Искупление (СИ)

- Пожиратели веселятся в банкетном зале, отмечая поимку Гарри Поттера, а «многоуважаемый» гость сейчас несколько занят, поэтому о нашем разговоре никто не узнает. Никому нет до нас дела. Мы – Малфои – превратились в трусливых, покорных и униженных созданий. Но мы все еще можем выбрать нужную сторону в этом противостоянии. Возможно, именно сейчас за дверями твоего бывшего кабинета решается судьба магической Британии. И если сидеть, сложа руки, затаившись по углам, то ничего так и не изменится.
  
- Нарцисса, ты сошла с ума!
- Нет, дорогой, я – мать, и готова на все ради собственного сына. И если тебе безразлична его судьба, то можешь и дальше медитировать на камин и сидеть тут, боясь сделать хоть что-то.
- Что ты от меня хочешь? – Люциус устало откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. – Мне тоже дорог Драко, и я переживаю за него не меньше тебя, но он сейчас, слава всем богам, далеко отсюда. А вот если Лорд догадается, что у меня есть другая палочка вместо сломанной тогда, в назидание… Мне придется вымаливать у него на коленях быструю смерть.
- Тебя никто не просит идти против Темного Лорда! Но снять с мэнора антиаппарационный купол и заклинание распознавания метки тебе под силу.
- Зачем? – на Люциуса накатило прежнее безразличие. – Неужели ты думаешь, что кто-то рискнет сунуться сюда, зная, что здесь обитает сам Темный Лорд?
- Я могу лишь надеяться, что есть те, кто рискнет… Люциус, не спорь со мной! Просто сними чары и ни о чем больше не спрашивай. Ради нашего сына, ради будущего! – Она подошла к мужу и взяла его за руки своими холодными, слегка дрожащими пальцами.
Он с сомнением покачал головой, но все же достал из-под подлокотника кресла волшебную палочку и произнес какую-то замысловатую формулу, отчего стены мэнора едва уловимо дрогнули.
- Довольна? – устало спросил Люциус.
Но Нарцисса не отвечала, напряженно прислушиваясь к тому, что происходит за дверью. Кругом стояла абсолютная тишина, как будто все вокруг вымерло. И вдруг, спустя пару минут, со стороны улицы послышался какой-то неясный шум, крики и звуки, напоминающие взрывы. В тот же миг Люциус резко охнул, коснувшись рукава, под которым скрывалась темная метка.
- Что это? – с удивлением посмотрел он на супругу, которая решительно направилась к двери.
Но ответить Нарциссе помешал домовик, который внезапно появился в комнате, испуганно вращая глазами и прижимая к голове уши.
- Хозяин, там толпа каких-то людей, и, кажется, авроры. Они атакуют мэнор!
Люциус пару мгновений недоверчиво разглядывал домовика, затем хотел спросить у супруги, что все это значит, но та, не тратя времени на объяснения, быстро ринулась из кабинета. Громко выругавшись, Малфой спрятал в кармане свою волшебную палочку и поспешил следом.
*
Перенос на Гриммо при помощи Кричера окончательно доконал Северуса и, едва успев заметить знакомую обстановку гостиной, он тут же отключился.
Очнулся он от резкого запаха аммиака. Кто-то настойчиво совал ему под нос стеклянный флакончик с вонючим содержимым. Северус попытался резко сесть, но ощутив боль в поврежденных костях и слабость во всем теле, вновь с вырвавшимся сквозь сжатые зубы стоном рухнул на диван.
- Выпейте это, – услышал он знакомый голос Грейнджер, и горлышко флакона тут же коснулось его губ, а теплая рука придержала голову.
Сделав глубокий вдох, Северусу удалось опознать собственноручно сваренное сильное обезболивающее. Приняв его без возражений, он открыл глаза и, уставившись в потолок, полежал с минуту, ожидая, пока зелье начнет действовать, затем вновь попытался подняться. На этот раз попытка оказалась успешной.
Северус настороженно осмотрелся. Возле дивана, словно изваяния, застыли Драко и Гермиона, с волнением наблюдая за ним. Крестник был слишком бледен, с расширившимися от страха глазами и белыми плотно сжатыми губами. А вот Грейнджер как всегда имела решительный вид, хотя испуг тоже просачивался в ее взгляде.
- Как вы могли позволить… – хрипло выдавил он из себя, но упрямая девчонка не дала ему договорить.
- Я не слишком хорошо знаю, можно ли сочетать ваше обезболивающее с Костеростом, – тут же перешла она к делу, отодвинув Драко в сторону. У того за спиной находился журнальный столик, с выставленной на нем целой батареей различных флаконов и бутылочек с зельями.
Чувствуя, как боль медленно уходит из тела, Северус упрямо поджал губы, но Грейнджер не отступала. Тогда, смирившись с ее настойчивостью, он принялся давать советы по очередности принятия зелий. Выпив напоследок Костерост и уже чувствуя легкую боль от его действия, Северус, тем не менее, решительно поднялся на ноги, слегка покачнувшись.
- Я никуда не позволю вам выйти в таком состоянии! – грозно нахмурилась Грейнджер, заступая ему дорогу. – Гарри не простит мне, если…
- Ну, так может вы мне тогда расскажите, почему этот взбалмошный мальчишка решил сдаться, пожертвовав своей безмозглой головой, вместо того, чтобы сидеть здесь в безопасности?! – волнение, пожиравшее его изнутри вылилось в едком сарказме, но повинуясь указанию непреклонной девчонки, он все же сел обратно. Да и понимал, что пока тело хоть немного не восстановится, толку от его действий или помощи много не будет.
- У него есть план, – попыталась защитить друга Грейнджер. – При помощи домовиков выбраться из плена и добраться до крестража.
- Сумасшедший! – зло рявкнул Северус. – Как он осуществит это, запертый в подземельях, без палочки и в доме, где полно Пожирателей?!
- Палочка у него будет, Мантия-невидимка тоже, а там… – Гермиона отвернулась, пожав плечами. И Северус понял, что она тоже не одобряла план, выбранный Гарри, но, тем не менее, поддержала друга.
- Ладно, будем как-то исправлять, – вздохнул Северус. – Рассказывайте в подробностях, что там у него за план.
Грейнджер с сомнением глянула на Драко, но все-таки начала рассказ, который с каждым словом вызывал у Северуса лишь чувство недоумения и неприкрытого восхищения поступком Поттера. Несмотря на то, что задумка казалась весьма рискованной, именно из-за непередаваемой дерзости, вполне могла увенчаться успехом. Однако в плане было слишком много слабых мест, непродуманность в которых могла дорого обойтись Гарри.
Наконец, когда Гермиона умолкла, Северус решительно поднялся и направился на выход из гостиной, чувствуя, что вполне нормально может передвигаться.
- Нет! Подождите! – Грейнджер кинулась к нему наперерез. – Гарри просил вас о помощи, когда вы придете в себя. Но не выручать его, а воспользовавшись властью директора, попытаться освободить Хогвартс!
- Что?! Нет, я понимаю, что это необходимо, но…
- Северус, – по имени обратилась к нему Гермиона, выдавая свое волнение, – вы не понимаете… Я не хотела его отпускать, но если… если у него получится задуманное, Пожиратели озвереют. Нет, многие из них просто сбегут, но ведь есть и такие, кто за своего Лорда будет убивать всех на своем пути. И даже если не получится, – голос ее дрогнул, – мы должны что-то предпринять, чтобы изменить ситуацию в стране. Я уже оповестила Орден Феникса и членов ОД, и они собираются около Малфой-мэнора. Ждут, пока с него снимут защитные чары. А вам…
- Что?! – Северус не поверил услышанному. – То есть вы считаете, что Поттеру под силу снять чары со старинного поместья чистокровных волшебников?
- В этом должна помочь мама, – подал голос Драко, до этого тихо сидевший в кресле. Северус в шоке обернулся к крестнику, не веря его словам. Но тот лишь утверждающе кивнул и объяснил: – Она в определенный момент должна уговорить отца, чтобы тот снял чары. Если у Г-гарри все получится.
  
- А если нет?! – Северус принялся расхаживать по гостиной, пытаясь унять свою злость на этих неразумных детей, которые, как оказалось, при помощи Нарциссы составили целый план-заговор, невероятный по своей дерзости. Только вот многого они не предусмотрели. Однако Грейнджер перебила его размышления: