Оборотни и документооборот, и Даша (СИ)

— Не язви, тебе ничего не угрожало. Думаешь, я юнец недоразвитый? А насчет невесты, ты сама предложила.
— Хорошо, — яростно кивнула. — Я при Крисе почти что разорвала помолвку. Давай еще немного поднапряжемся, покраснеем, а после перестанем пускать пыль в глаза?
— Зачем? — в очередной раз опешил коллега.
Зачем? Серьезно? Эх, с такими дураками каши не сваришь. Пришлось постучать по своему лбу, по его-то темечку чревато.
— В смысле? Войдем обиженные, в цвете лица, так сказать, и будем дуться друг на друга. Мне этот спектакль уже ни к чему, а ты можешь спокойно все валить на меня.
В Аридии репутация много значила, но десе Антоновой было наплевать. Я почти уверовала, что рано или поздно вернусь в свой мир.
— А как же положение? Да тебя потом никто замуж не возьмет, — пригрозил мне серый хвост.
Я хмыкнула. В этой области даже в Москве были пробелы. Кто в здравом уме согласится завести дома кудрявую ехидну с замашками императрицы?
— Ты забываешь, — ткнула его пальцем в грудь. — Я ведьма. Мы берем что хотим. — и подумав, добавила. — Замуж не хотим, ресторан хотим, и вообще, у меня встреча с начальством. Так ты согласен? Я же тебя об этом временно просила...от родственника твоего скрывалась. Да и ... — мазнула этим же пальцем и коснулась носа «жениха», —все равно у нас бы ничего не получилось, как сказали бы классики.
Де Римоут на мгновение задумался и одобрять мое решение не спешил.
— Знаешь, Дарина, — начал он, — неделю назад я бы с тобой согласился. А теперь, — оборотень растерянно потер затылок. — Ты так оригинально решаешь проблемы, воюешь с моим врагом ( и он туда же), умная, находчивая... а что язык, как помело, так это исправимо.
Последнее можно было не упоминать. Мой интеллект — достояние народа и семьи. С характером не повезло, это да. С другой стороны, все родственники намекали на общую черту. Наша семейка испокон веков слыла парией: за словом в карман не полезем, чинопочитания не испытываем, традиции отрицаем.
— Э-э-э, — остановила поток связанной мысли, — давай вот без угроз.
Теперь пришла очередь Дэниэла ухмыляться.
— Нет, до-ро-га-я, — прокатил на своем языке, — я немного подумал и решил не отказываться. Сама назвалась, сама и выпутывайся.
Мамочки, он меня натурально в жены записывает? У кадровика крыша прохудилась и разъехалась в разные стороны? В какой руке держать лопату, если волчара окончательно охренел?
Сдержав в себе воинственный порыв, вдарить кулаком по наглой морде, я застыла. Всегда успею решить свои проблемы мордобоем, настоящие леди действуют немного тоньше.
Он весь такой согласный, пока не столкнулся с истинной стороной моего распрекрасного характера. Ни один москвич не выдержал, да что там говорить, у меня в поклонниках и дагестанец затесался. Сбежал, сверкая пятками. А почему? Потому что никто не любит самодостаточных и язвительных женщин, способных залезть в твое нутро, дотронуться до самых потаенных частей тела, да так, чтобы ощущать при моем появлении порывы к трусливому побегу.
Что же могло случиться?
Ха, я-то активно пользовалась чисто девичьим умением взорвать мозг, образно ухватившись за горло, утянуть пищевод и сжать кадык, пряча его где-то в поджелудочной, а потом, вместе с потрохами и содержимым желудка вытащить чужие глубинные страхи и комплексы, но...
Это уже ужасы какие-то пошли. В целом, я барышня веселая, смешливая и легкая на подъем. Мечта любого.
 
— Все, Дэниэл, — я топнула ногой, — Если это было обольщение, то ты провалился по всем статьям.
— Это почему же? — волк абсолютно не понимал своей ошибки, уверенный в том, что на меня взыграют его животные феромоны.
Ну, или его должность. Что здесь, вообще, девиц привлекает?
— Меня надо брать ужасами и неотвратимой победой, — обескуражила своего коллегу. — Да и к начальнику пора бежать, — вздохнула, наблюдая, как мой почти женишок мрачнеет с каждой секундой.
— Ой, иди, — махнул он рукой и даже отворил створку словно истинный джентльмен.
Стоило ли говорить, что именно сегодня у меня взыгралась паранойя? С одной стороны, всегда приятно, если у тебя есть верный поклонник, с другой, сильно настораживает, когда он перевоплощается в преследователя.
Я короткими перебежками достигла кабинета Кристофера. Большинство работников фабрики больше не реагировали на меня, будто я чужачка. Наоборот, Юлианна приветливо помахала мне одной рукой, одетая с иголочки. С некоторых пор ее сильно заботил внешний вид и как она общается. Конечно, мы же предложили ей рекламировать нас и вести переговоры с другими аристократичными десами, вкладывающих деньги в компанию. Акционерное общество процветало. Пожалуй, пришло время найти толкового и идейного дизайнера-ювелира. Рядом с ней меня поприветствовали и Линея с Эндрю. Главным образом потому что я от них отстала. Да и десе де Ольденберг куда удобнее работать, если не высчитываешь копеечки, лишь бы заплатить сотрудникам, а смело бравировать на деревянных счетах и выписывать чеки всем желающим. Не принимала меня только Элайза, угрюмо выглядывающая из-под стопки с документами. Казалось, что теперь смысл ее жизни заключался в том, чтобы подловить меня на чем-нибудь постыдном. Я даже удивлялась, отчего у нее ничего не получается. При хорошем освещении я позорюсь несколько раз на дню.
— Даша, — обратился ко мне по имени де Ричмонд, когда я вкатилась в кабинет. Вот он в мои минуты постыдной славы был частым свидетелем. — Тебя только за смертью посылать. Чем ты довела своего, — он выполнил глазами полный оборот, — жениха?
— Да так, — скромно потупила взгляд. — У вас у всех какая-то неправильная реакция на льва. Что он тебе только сделал?
Я спросила и не надеялась на ответ, но уловка уже закинута. Если хотят одолеть местного мафиози, придется делиться информацией.
— Это неважно, — припечатал оборотень, но через пару секунд решил пояснить. — Мы вместе учились в академии, а в детстве дружили: я, Лайон и Дэниэл. После дороги разошлись.
Вот где собака зарыта. Мутная история из детства. Чую, не обошлось без большой любви и женского предательства. Мужчинки на подобное только так и реагируют. То ли дело барышни: не отомстила бывшему и разлучнице, не сделала им какую-нибудь пакость, считай, день бесполезно прошел.
— Так, ты что-то придумала? — вперил в меня свой внимательный взгляд волчище.
А я, вместо того, чтобы вдумчиво излагать свой план, залюбовалась синими как лед глазами, метающими молнии. Хорошо, что не в меня. Люблю мужчин, увлеченных делом.
— Да, — вздрогнула, отбрасывая весь налипший романтический флер. Это на меня так спасение из лап де Римоута действует, я надеюсь. — Будем брать врага его же оружием.
— Не понял, — склонился над столом Кристофер, укладывая подбородок на ладони. — Каким именно?