Оборотни и документооборот, и Даша (СИ)

— Фамильяр?! — холодно отозвался мужчина, посматривая то на меня, то на собакена. — Он же разумный? Вы не можете приучить его к порядку?
Вот здесь я по-настоящему рассвирепела. Это какой-то модный хлыщ будет отчитывать меня за поведение? Пускай за собой смотрит. Я в отличие от него хотя бы направление знала, куда унесся питомец.
— А вы не можете приучить Пушка, — с явным неодобрением к имени произнесла я, — чтобы он не терялся?
Шпиц визгливо тявкнул с рук своего хозяина. Кажется мне, не зря его Бали сожрать пытался.
— Вы, ведьмы, никогда не соблюдаете правила приличия, — презрительно фыркнул хлыщ.
— Верно, — коварно улыбнулась ему. — У меня прям внутренняя игра включается.
— Какая? — не понял моего зловещего настроения незнакомец.
— Когда я кому-нибудь всеку, — будничным тоном отметила я.
— Что сделаете? — он опешил.
— Всеку, — не меняла интонации.
Он точно не испугался, даже не дернулся. Но по голосу чую, что заинтересовала.
— Вы же деса. Ни одна благородная аристократка не будет себя так вести.
Что-то ты мне заливаешь. Вот, сижу перед тобой, лягушек из-под платья достаю словно фокусник, и ничего.
— А вы нет, — зло сверкнула глазами. — Благородный дес бы помог даме, сердечно поблагодарил, а еще пригласил бы на ужин, чтобы замять это ужасное происшествие.
— Ваша собака чуть не убила мою! — пытался он оправдать свое поведение.
— А я чуть не утопилась, пока ее спасала, — передразнила его тон.
Мы оба встали друг напротив друга, тяжело дыша. Еще немного и разразится война на радость прогуливавшимся мимо нас парочкам.
— Деса де Артвуд, — прервал наш спор подбежавший грум. — Там Бали за кошкой погнался.
Черт. В этом мире фамильяр стал куда раскованнее, как будто пытался прощупать границы, в каком месте ему можно обнаглеть.
— Потом договорим, — кивнула я мужчине.
— Я запомню, — он не сводил с меня глаз.
Этот незнакомец в край испортил мне настроение, а еще долбанный ветер.
После охлаждающего купания в фонтане мне хотелось сменить одеяние, забраться в теплый плед, сесть на подоконник и пить какао в лучших традициях депрессии. Но в особняке де Эттвудов какао не водилось, хотя было что покрепче, а подоконники заставлены всякими разными статуэтками, книгами и горшками с цветами.
Я отыскала пса, схватила за ошейник и громко свистнула, призывая экипаж, чем вызвала небывалое удивление у гулявших.
— Домой, мне надо переодеться, — приказала я, а потом поправилась, все-таки надо не забывать, что я милая, красивая и вообще солнышко. — Десай, очень прошу, поспешите. Я замерзла, а мне сегодня еще в таверну идти.
Несчастный сопровождающий, который не ожидал такой прыти от разумного ротвейлера и его хозяйки, побледнел.
— Но благородные десы не ходят по тавернам.
— Да? — мои брови поползли вверх. — А меня не предупредили.
Что-то подобное я подозревала, но ни Дэниэл, ни Форбар и словом не обмолвились, лишь загадочно улыбались между собой. Это что, бунт на корабле? С другой стороны, чем меня можно удивить? Попади они в наш мир, я бы сводила их на рейв, а потом на нудистский пляж. А если зима, то оба события мог заменить новогодний корпоратив, бессмысленный и беспощадный.
 
Да и манер мне еще не доставили. Я прям чувствую, как во мне живет хабалистая женщина из ларька, кричащая всем, что у нее обед и громко хлопающая створкой.
***
Вернувшись, старалась не замечать укоризненного взгляда оборотницы. Хоть она особенно и не скрывалась. Но, к счастью, Кейт быстро перестала возмущаться и помогла мне в очередной раз. Я даже задумалась: еще немного, и я открою здесь уже собственное предприятие, может, стоит забрать девушку к себе? Когда найду Машу, и мы отыщем путь в свой мир, деса де Эттвуд станет владелицей моих патентов и ресторанного дела. А то, что шаурма, артефакты и другие изобретения будут пользоваться спросом, я не сомневалась.
К вечеру к особняку подъехал де Римоут. Он картинно поклонился Роббу де Эттвуду, поздоровался и с выжиданием уставился на меня.
— Вы пойдете в этом? — его бровь нервически задергалась.
Я немного смутилась. А что не так? Не на бал же идем, да и Кейт сказала, что наряд для ведьмы вполне подходящий: многослойная юбка, короткая спереди, длинные сапоги на шнуровке, доходящие до подола, проклятый очередной корсет и черная куртка с заклепками. Выгляжу, как цветной гот, когда у него радостное настроение.
— Да, — хищно улыбнулась.
Плевать, главное, что привлекаю к себе внимание. А на мне еще куча цацок с производства. Тут тебе и чокер с шипами, и браслеты с шармами и в виде гвоздей, кольца-кастеты и обычные, а еще я не удержалась и упросила изготовить ювелира серьги в виде волков. А что? Страшила де Ричмонд тоже волк.
— А ты не боишься, что к тебе начнут приставать? — отбросив всякие фамильярности, спросил мужчина.
— На то и расчет, — ободряюще похлопала его по плечу. — Зачем я тогда попросила бы тебя об этом и десая Борвасса?
— Ты что, могла пойти одна?
Пф, удивил. Это местные десы и десаи без сопровождения и мусор не выкинут. А в моем мире все, кому за тридцать, настоящие хищницы. Правда, я помладше, но не об этом речь.
Дэниэл хмыкнул, но все же подал руку и вывел за пределы дома. Там нас ждал Форбар со скучающим видом, но как только увидел меня, присвистнул.
— Я же говорил, нормальная она баба, — подмигнул он оборотню.
— Она деса, — пытался приструнить его де Римоут. — Это невежливо.
— Ладно вам, — я уселась и чинно сложила руки на коленях. — Сегодня я нормальная баба.
Если бы мне давали премию каждый раз, когда оборотень закатывает глаза, я бы обогатилась.
Бали с нами не поехал. Фамильяр устал, вдоль набегавшись в парке, а я не стала настаивать. Сегодня днем он меня сильно удивил своим поведением, уж слишком раскованным стал, того и гляди, начнет и на больших собак поглядывать.
Ведя неспешную беседу о моих дальнейших планах, мы быстро достигли места назначения.
— «Пляшущий орк», — прочитала я на вывеске.
— Да, это самое известное место среди обычных десаев, — удовлетворенно заметил гном, поглядывая на де Римоута.
По тому было видно, что он редко посещал подобные места и чувствовал себя неуютно.