Оборотни и документооборот, и Даша (СИ)

— Вот прям так и знамениты? — Выгнула я бровь. — Оружие лучше, чем у эльфов и гномов.
— Конечно, нет, — возмутился Борвасс. — Даже наши сотрудники не выдают свои секреты. Оборотням до этого далеко.
— Ну, и отлично, — похлопала его по плечу. — лучше быть сытыми, богатыми и делать мелочи, чем голодать, но кичиться никому не нужными мечами.
— А вы не так просты, Дарина, — заметил он.
Есть извечная истина: для того чтобы победить кого-то в споре, одной правоты мало. Она, чаще всего, вообще не важна. А вот упрямство, толика нахальства и умение налить «воды» в доводах уделает всех моих соперников.
  
Глава 5. Маркетинг в баре и Страшила властный.
 
Даша Антонова
Довелось ли кому-то видеть миграцию саранчи, когда эти противные насекомые заполняют все пространство и с бешеной скоростью летят туда, куда их направляет судьба и желание поживиться чем-нибудь новеньким?
Так вот, две недели с момента переезда канцелярских сотрудников фабрики и заселения к нам артефактора и гравировщика, я напоминала эту зеленую вездесущую и очень быструю тварь. Носилась, "кусала", выдавая колкости, и подумывала, как умертвить особенно глупых особей.
Коллеги не желали собирать вещички, постоянно жалуясь де Эттвуду на мой ведьминский произвол и несносный характер. Но начальник филиала стойко выдерживал нападки, потому что за день до этого я предложила ему представить, будто я стою за спиной и вкручиваю ему нож в спину за любое послабление этим нахлебникам. Робб спорить не стал, он вообще был как пассивная вафля, хоть все нововведения ему и не нравились. Мою сторону заняли только Форбар, отчаянно улыбавшийся, наблюдая за хмурыми лицами коллег, как ни странно, Дэниэл, загадочно подмигивающий мне при каждом удачном случае, и Оррин с Кейт, но им и деваться некуда: они эту кашу заварили, им и расхлебывать.
Помещения мы разделили, отдав большую часть под кабинеты начальства. В одном разместили Робба, а второй должен был занять дес де Ричмонд. Правда, на все это Элайза шептала, что мне все равно не отвертеться, и я вылечу с фабрики, как пробка от шампанского. Но меня уже не остановить, а заявления какой-то темноволосой дуры меня не напугают. В конце концов, имя мне благородное придумали, а манер не добавили, могу и ногу сломать.
С гномом мы хорошо сдружились. С его легкой руки и громкого крика на подчиненных за это время получилось изготовить небольшую партию дешевых безделушек: кружки, ложки, вилки, ножи, кинжалы, а также различные простенькие украшения, модные в моем мире. Одно время вся Москва сходила с ума от браслетов с шармами и в виде гвоздя. Почему бы не презентовать их здесь?
Все это я относила к Колтону Вортингтону, заключив с ним договор, что его работа бесплатна, но он получает процент от сбыта. Маг долго ворчал, что я его граблю, но все же согласился попробовать. У нас вышли столовые наборы, отдаленно напоминающие серебряные, кулоны для питомцев благородных десов с гравировкой и недорогое холодное оружие со всякими мудростями на острие. Потом придумаю, как разнообразить линейку.
Лавочник по имени Патрик Браун долго препирался со мной о возможности сделки.
— Деса ведьма, — говорил он, — я вообще не уверен, что кто-то захочет купить это.
Он с таким скептицизмом относился к вымученным мною товарам, что у меня родилась идея о рейдерском захвате, которую Бали тут же поддержал.
 
— Я, конечно, не бойцовский пес, но за зад прикусить его смогу, — приценивался фамильяр.
— Рассмотрим это на крайний случай, — попридержала звериные замашки друга. — Он нам еще нужен.
В общем, я просто отдала все барахло под реализацию и сразу же побежала в местную газету. Редактор, уже достаточно познакомившись со мной, отказывать не стал, и на следующий день вышло объявление: «Столовые наборы от де Ричмонд. Почувствуй себя аристократом». Еще хотелось придумать что-то из разряда: "Ведь ты этого достойна", но я приберегла для последующей статейки.
Как позже сообщил десай Браун, в его лавку пришли почти все купчихи, экономки и другие женщины неблагородных фамилий, но способные платить, и скупили все подчистую.
— Может, есть еще? — заискивающе начал он, отстегивая мне два увесистых мешка с монетами.
Передав их сопровождавшему меня де Римоуту, кивнула мужчине.
— Будет, — пообещала я, а сама задумалась о том, где можно разместить свой собственный фабричный магазин.
Наверное, в этом есть смысл, все-таки сыграло и имя марки. Де Ричмонд ассоциировался с товарами для богачей. Рано или поздно, приедет владелец и может задаться вопросом, почему мы сбываем изделия у по сути конкурентов. Но у меня совершенно нет времени этим заниматься. Нет, сначала прибыль, потом стулья...
А вот украшения расходились плохо, что меня не радовало. Я же экономист, мать его ети, вложения были? Были. Значит, их надо отбить. И для этого я придумала хитроумный план: пойду гулять с фамильяром в городской парк Гроунвуда, а вечером, в сопровождении Дэниэла и Форбара наведаюсь в местное злачное место, тем более что хотела изучить,чем они живут. Мой сумасшедший артефактор уже презентовал мне вертел для шаурмы, осталось найти работника, подходящего по всем параметрам, чтобы не стеснительный был, с акцентом и обязательно с бородой.
В любом случае за неполный месяц фабрика принесла доход и превысила свой предыдущий показатель. Затрат-то было мало. Робб сиял от счастья и долго передо мной расшаркивался.
— Боги, вы просто меня спали, — каялся он. — Поверить не могу, что у нас нет долгов.
— Благодарите детей, — задумчиво отвечала я, поглядывая на Оррина с Кейт.
Если девушка тоже улыбалась, то парень был хмур и мрачен.
— Простите меня, Дарина, — он все-таки повинился. — Кто знал, что ваши идеи сработают?
Пф, я, конечно. В какие бы обстоятельства я ни попала, главное — не теряться, много работать и помнить истину, что все хорошее уже придумали за тебя.
***
Днем я нарядилась в платье, выданное Кейт. Все-таки в нашем мире мода больше поспевала за удобностью и практичностью, в Аридии, наоборот, красота требовала жертв. Кровавых и очень явных. Молодая оборотница одела меня в белое платье в лиловую полоску, навесила несколько юбок, и только потом застегнула основной подол. Моя попа напоминала армянскую статую в честь их главной звезды по имени Ким и по фамилии, начинавшейся на букву «К». Мне вручили бежевый зонтик с бахромой, соломенную шляпку, повязанную лентой, и отправили гулять с собакой.
Еле передвигая ногами, мы приехали в парк. Слава всем богам, что до него я не шла пешком. Это только студентки и работницы могли позволить себе брюки, а вот благородные десы, к коим относилась я с легкой руки Робба, купившего мне поддельные документы, должны были быстро семенить ногами, задыхаться от корсета и улыбаться всем проходящим мужчинам. К сожалению, моя улыбка больше напоминала оскал. Крючки больно впивались в спину, я не могла с полной силой вздохнуть, чтобы не порвать на себе лиф, а еще у меня было огромное желание утопить зонтик в близлежащем пруду. В Гроунвуде не слишком яркое солнышко.