В трех шагах (СИ)

Сейчас Приморский и Маньчжурский фронты остановили наступление, и перешли к обороне. Теперь нужно подтягивать отставшие тылы, подводить резервы, перебрасывать дивизии с армейскими управлениями из состава расформированного Приамурского фронта, надобность в котором после уничтожения малочисленных вражеских войск по Амуру и Уссури отпала. Победа была достигнута с минимальными потерями, но это если сравнивать с теми же немцами, и не раз Кулик испытывал ощущение, что здесь происходят события сорок первого года, только наоборот. Врага удалось раздавить благодаря чудовищному превосходству в танках, и лучшему применению полевой артиллерии — немцы многому «научили» бойцов и командиров РККА. И хотя удержать достигнутого господства в воздухе не удалось, но не произошло доминирования и японской авиации, борьба шла на равных. Но сейчас «качели войны» снова перешли на его сторону с прибытием на приморские аэродромы американской авиации.
  
Янки взялись предельно серьезно — не заморачиваясь политическими и моральными соображениями они щедро сбрасывали на головы японцев не только тысячефунтовые бомбы, но и пачки заранее напечатанных листовок к маньчжурам, китайцам и корейцам переходить на «правильную сторону истории», как говорится, и начинать истреблять японских оккупантов. За это обещали всевозможные «плюшки», начиная от поддержки независимости этих стран, до оказания всевозможной экономической помощи, после получения которой, Маньчжурия и Корея превратятся в райский филиал. И в качестве доказательства к каждой листовке с рисунками и письменами прикрепляли подарок — несколько перемотанных сигарет в упаковке, или конфету, а то и завернутый кусочек шоколадки.
Но сейчас посыпались с неба и другие «подарки» — вице-президент Уоллес предельно серьезно отнесся к его предложению устроить широкомасштабное партизанское движение в Корее и Маньчжурии, где японская власть была оккупационной. И вместо французов, которые предпочитали отсиживаться в стороне, сидеть в «бистро», попивая дрянное винцо, и втихомолку кляня «проклятых бошей», попробовать вооружить корейцев и китайцев простейшими однозарядными пистолетами под кольтовский патрон, ценой в два доллара и сорок центов и весом в один фунт. Пистолеты укладывались в картонную коробку с десятью патронами и детальной инструкцией по применению на двух листках. Первый чисто практический, связанный с зарядкой пистолета. Второй мотивационный — там были приведены фотографии зверств, которые устраивали японцы с простеньким призывом всем жертвам к отмщению. Янки большие любители комиксов, и снабдили разнообразными рисунками — такая наглядная агитация быстрее доходит до неграмотного человека. Сюжеты жизненные, привычные для аборигенов — вот изнасилованная японскими солдатами кореянка стреляет в затылок насильнику, и вооружается винтовой, или несчастный китайский рикша убивает исподтишка офицера и вытаскивает у него из кобуры пистолет. А дальше сплошной хеппи-энд, иначе и быть не может — местные жители восторженно встречают освободителей, русских и американских солдат. Причем, последние вояки щедро угощают освобожденных от неволи людей сигаретами, похлопывают по плечу и раздают шоколад с конфетами. Видимо, показывая как хороша демократия, пусть даже она находится на «марше».
Производство пистолетов американцы наладили полгода назад, выпускали их десятками тысяч, накопив на складах под миллион штук, и назывались они характерно — «либератор», то есть «освободитель». И с американским размахом решили экспериментировать на азиатах, считая их более доверчивыми, храбрыми и внушаемыми, чем цивилизованные французы. Последние, будучи европейцами, очень ценили свою жизнь. И не торопились записываться в «клуб самоубийц», потому что с партизанами «боши» свирепо расправлялись. К тому же карательными акциями занимались отсутствующие на фронте дивизии СС. И логика тут у бизнесменов проста — азиаты будут драться, они не ценят драгоценную жизнь, им нужно только дать простейшее оружие, с помощью которого можно убить врага с восьми метров, потому что ствол для дешевизны оставили гладким.
Транспорт привез в Петропавловск четверть миллиона подготовленных коробок, каждая из которых была снабжена широкой лентой для парашютирования, ведь сбрасывать их предстояло в гористой и лесистой местности с небольших высот. А далее каждый вылетающий в Приморье самолет брал две тысячи коробок, которые уже на аэродромах готовили к выброске. И каждую ночь в летную погоду экипажи «дугласов» разбрасывали везде эти самые пистолеты, стараясь не пролетать там, где на картах были обозначены места дислокации японских войск.
— А ведь прислушались к моим словам, еще как прислушались — и отреагировали быстро, — маршал пробормотал сквозь зубы и отвлекся на стук в дверь. Взглянул на часы — все правильно, приближалось время военного совета, на котором предстояло разрешить массу проблем…
 Инструкция по использованию однозарядного пистолета «Liberator» нарисована всего дюжине картинок — все предельно рационально скомпоновано. Что-то, а в прагматизме американцам не откажешь… 
 
 
  
 Глава 24  
 
— Что творят, отрыжка пьяной коровы, что творят! Откуда их столько здесь, как мух на навозной куче, роями летают!
Адмирал Уильям Холси в словах не стеснялся, сыпал ими с угрожающей небесам частотой. И было отчего этому адмиралу так бесноваться на мостике своего флагманского авианосца «Хорнет» — в «Йорктаун» попало не менее трех торпед, и прямо сейчас, на глазах у потрясенных моряков, в мостик авианосца врезался груженный бомбой пикировщик — столб черного дыма встал над авианосцем, и что самое неприятное, из-под палубы стали вырываться языки пламени — судя по всему возгорелось топливо. Все моряки прекрасно понимали ярость адмирала — потерять авианосец в «затравке» генерального сражения никому не хотелось.
Японцы опередили с первым ударом, причем самураи воспользовались большей дальностью полета своих самолетов, сразу выпустив ударные авиагруппы со своих авианосцев. Однако количество самолетов в них было непропорционально огромным, и никак не соотносилось с их штатной численностью на четырех больших авианосцах. Ладно, пусть пяти — если считать еще один, меньше размерами, судя по всему однотипный потопленному англичанами «Сехо» — переделанной плавбазы субмарин. Если все подсчитать, то на круг выйдет три с половиной сотни самолетов, больше ангары кораблей просто не вместят, хотя японцы практикуют иметь в трюмах несколько самолетов в разобранном виде, на замену убыли. Но так их сборка занимает много времени, а потому в подсчеты они просто не следует принимать. Это только когда сражение закончится, потребуется подсчитать общую убыль. Но то будет завтра, а не сейчас, когда сражение только началось.
Холси продолжал расхаживать и ругаться сквозь зубы, одновременно ведя расчеты. За один раз выпустить с палуб каждый авианосец сможет три десятка самолетов, никак не больше, даже чуть меньше на «драконах». Потом необходимо поднять из ангара вторую ударную авиагруппу, подготовленную к вылету, на это потребуется два часа, не меньше, все зависит от числа подъемников на корабле, с тремя быстро, с двумя намного медленней. Плюс истребители воздушного патруля, они постоянно кружат над авианосцами, обеспечивая противовоздушную оборону — хвала всевышнему, что японцы до сих пор не установили радары, хотя у немцев они имеются. И если Гитлер их передаст, то ситуация намного ухудшится. К тому же у самураев появились специальные разведчики — давно отмечены в небе «кейты» с подвесными баками, что сменили привычные прежде гидросамолеты с тяжелых крейсеров. Этих «скаутов» на больших авианосцах полдесятка, не меньше, слишком большой сектор пытаются перекрыть и постоянно отправляют смену. Так что максимум, что могли выпустить в первой волне японцы, так не больше чем сто двадцать самолетов, а подсчитали их во время атаки чуть ли не с двести, шедших тремя большими группами с небольшими интервалами, что уже говорит о многом. О том, в первую очередь, что самураи явно решили сокрушить два тактических авианосных соединения US NAVY одним мощным ударом. И выпускают их «по дивизиям», сразу объединенными группами с двух больших авианосцев.