Бойся своих желаний (СИ)
— Хорошо, что сотрудники только завтра придут и не услышат, как их директор позорно стонет за дверью, — накручиваю галстук на ладонь. Тяну, заставляя Вадима сплотиться ниже, — но поскольку директор здесь я, у меня будут некоторые пожелания.
— Какие? — глаза мужа загораются азартом.
— Идем, — пячусь обратно к панорамному окну. Тяну Вадима за галстук следом за собой, — у меня тоже, знаешь ли были фантазии по поводу рабочего кабинета.
— И? — застывает передо мной, нагло засунув руки в карманы. При этом похотливым взглядом уже раздевает.
— Вот такие, — кладу ладонь ему на плечо и мягко нажимаю.
— Прямо так? — он ухмыляется самым наглым образом.
— Да, — киваю самоуверенно, — не стой Вадим, в ногах правды нет. Приступай.
— Ты, — он осекается с широко раскрытыми глазами. Такой наглости муж явно не ожидал.
— Директор, да, я помню, — вынимаю из кармана свои очки в тонкой золотой оправе и напяливаю на нос. Зрение после родов упало, так что теперь без них никуда. Вдаль я все также вижу хорошо, а вот с документами беда — как слепая мышь.
— Блядь, — хрипотца в голосе выдает как он мгновенно возбудился, — у меня на этот строгий образ постоянный стояк.
— Знаю, — смотра на него строго, как училка в школе и стучу туфелькой по ламинату, — долго я буду ждать?
— Нет, Анастасия Тимофеевна, — Вадим опускается передо мной на колени, — я уже. Простите, что вел себя непозволительно.
— Хороший мальчик, — довольно треплю его по щеке.
— Спасибо, — перехватив ладонь, муж целует внутреннюю ее сторону.
Я откидываюсь на прохладную гладь окна. От предвкушения нервно покусываю губы. Когда юбка едет вверх — тихонько стону. Губы Вадима прижимаются к внутренней стороне бедра, целуют выше. Пальцы оттягивают резинки, тянущиеся от пояса для чулок, ныряют под трусики.
Муж дышит возбужденно, с каждой минутой лаская все развязнее. Зубами тянет за влажное кружево, смещая его в сторону. Зарывается головой мне между ног. Для удобства одну ногу кладет себе на плечо, нажимает на ягодицы, двигая к себе.
— Так вам нравится? — поднимает голову, облизывая губы, — я все правильно делаю, Анастасия Тимофеевна?
— Да, Вадим, все отлично. Но будет лучше, если ты заткнешься и продолжишь, — поправляю очки и смотрю на него через тонкие стекла.
— Простите, — бормочет себе под нос, как нерадивый школьник, — хочу, чтобы все было идеально.
— Тогда продолжай работать языком, — сжимаю светлый ежик на голове и утыкаю Вадима лицом себе между ног.
Его горячее дыхание обжигает снова. Язык танцует вокруг клитора и ныряет в меня. Мои глаза сами закрываются от накатывающего волнами наслаждения. Вздрагиваю, когда Вадим вставляет в меня пальцы.
— Черт, боже. Как ты хорош, мальчик, — хвалю в запале. Вадим всасывает в рот клитор и языком ласкает, доводя меня до оргазма. Вскрикиваю, распластываясь по окну. Этот оргазм в кабинете я точно не забуду.
— Мальчик, значит…
Разморено и нагло смотрю мужу в глаза. Ну да, назвала… и мне понравилось вот так поменяться ролями.
— Сучка, — он упирается одной рукой в окно рядом с моим лицом. Второй сжимает свой стояк в штанах.
— Я? — сыто облизываю губы, — тебе Вадим следовало бы быть повежливее с директором в кабинете которого ты находишься. А то так можно и не кончить…
— Ммм… — Вадим цокает, — важная какая.
— Такая, — поправляю ему немного сбившийся набок галстук. Муж тут же проводит прием по захвату и выворачивает мне руку. Делаю оборот на каблуках. Вскрикиваю и оказываюсь вжатой грудью в стекло. Пытаясь оттолкнуться от него, упираюсь ладонями перед собой.
— Советовал бы прогнуться, Анастасия Тимофеевна. А то учитывая размер, возможны проблемы, — борзо ухмыляется на ухо. Прижимается сзади и щелкает ремнем, — возражения будут?
— Это неуважительно, — дую губы, встречаясь с серыми глазами в отражении.
— Да по хую, — задирает юбку до пояса и смачно шлепает ладонью по ягодице. Вскрикиваю, когда в меня до основания входит член мужа. Действительно, следует прогнуться.
Вадим двигается быстро и мощно, сжимая мою грудь через блузку. Берет как заведенный, сдавленно ругаясь. Сипит мое имя и кучу развратных эпитетов моей заднице.
Такому напору невозможно сопротивляться. Спираль возбуждения внизу закручивается с новой силой и выстреливает, когда Вадим кончает в меня.
— Вот поэтому я и не работаю рядом с тобой, — выдыхаю, пытаясь выбраться.
— Если ты думаешь, что офис в соседнем здании что-то решит, то зря, — с вываленным членом идет к столу и вынимает из ящика пачку салфеток. Вытирается, поглядывая на меня, — ресторан?
— Угу, — забираю из его рук салфетки и тоже провожу гигиенические процедуры.
— А у меня в офисе есть душ.
— Знаю!
— В офисе на этаж ниже тоже.
— Александр счастлив по этому поводу, я уверена.
— Ты подумай, Анастасия Тимофеевна.
— Нет, — с высоко задранной головой выхожу в коридор. Да, небольшой офис. Но уютный. Мой и без всякого надзора со стороны.
— Сильная и независимая? — усмехается, нажимая на кнопку лифта.
— С восьми до пять, а потом вся твоя, — вхожу в лифт.
— С Никольским не работаешь все равно.
— Ах вот оно что, — складываю руки на груди, — ты уже моих клиентов шерстить начал.
— И с Крыловым тоже.
— Ревнуешь?
— Беспокоюсь.
— Ревнуешь!
— Прямо как ты к моей прошлой секретарше, — и припомнил же, не поленился…
Мда, такой вот я человек, уволила девочку и не жалею. Мало быть профессионалом своего дела, нужно еще и порядочной быть заодно. Ее призывные взгляды, слишком откровенные наряды, попытки флирта с мужем меня выбесили прилично. Так что я устроила Вадиму скандал и вытребовала замену. Сейчас у него работает отличный секретарь. Женщина пятидесяти лет — стаж о-го-го. Он у меня в надежных руках.
— Понятно…
В любимом итальянском ресторанчике сидим несколько часов. Пьем вино, болтаем о планах на отдых, о нашей девочке ненаглядной. Отпуск решаем провести там же, где праздновали свадьбу и провели медовый месяц — в Италии. Это был самый незабываемый месяц в моей жизни и сейчас очень хочется его повторить. Только уже втроем. На этом и сходимся.
Вадим поднимал тосты за успешный старт моего личного бизнеса.
— Я в тебя верю и всегда поддержу, — это именно то, что я хотела от него услышать.
— Спасибо. И знаешь, чисто по блату…
— Я весь превратился вслух.
— Сделаю тебе скидку десять процентов на первую компанию. Баннер в подарок.
— Не очень щедро, — Вадим развел руками, — пожалуй, я рассмотрю остальные предложения на рынке.
— Вот, — указываю на свою увеличившуюся во время кормления грудь, — за возможность работы с вами доплачу натурой.
— Я тебя люблю, — муж хохотнул и перегнулся через стол, чтобы поцеловать, — но того, кто учил тебя предпринимательской деятельности, прибил бы.
— Ее и экономику вел Лилиан Киньянович, ты помнишь.
— Помню, — во взгляде Вадима промелькнула ревность.
Да, Лилиан был моим преподавателем до конца учебы. И муж регулярно встречал меня возле универа после его пар, территорию метил на всякий случай, так сказать. Мой беременный живот и потом ребенок почему-то весомым доводом, что за мной никто не ухлёстывает, не считался.
— Пора ехать, — я взглянула на часы.
Добираемся до квартиры уже с помощью Леши, который забирает нас немного тепленьких из ресторана. Он до сих пор с нашей семьей. Присматривает в основном за мной и Боженой. Дочка даже зовет его дядей. На Новый год мы его уговорили сыграть для нее Дедушку Мороза. Дочка была в восторге.
— Папа, — Божена в пижаме несется к Вадиму, а потом только ко мне. Я немного завидую, но не обижаюсь. У них какая-то особенная связь. Даже внешне Божена пошла полностью в него. От меня только нос и брови.
Вадим пытается меня убедить, что по каким-то там приметаем его бабки следующий ребенок будет точно один в один я. Не сильно верю, но… все равно думаю об этом.