Бойся своих желаний (СИ)

— Да, да, да, Вадим, да, — захлебываюсь собственным криком, бурно кончая.
Вдыхаю глубоко, постепенно приходя в себя и ловлю задумчивый взгляд Вадима. Он невесомо водит блестящими от смазки пальцами по животу, обрисовывает ими ямку пупка.
— Опоздал? — выпускаю из ладони измятый галстук.
— На твой оргазм успел, — цокает, — что с тобой делать, Настя, а?
Хлопаю непонимающе глазами, пока он смахивает меня с колен и приглаживает свой галстук.
— До вечера, — подхватывает папку с бумагами, — заеду за тобой.
— Вадим, — опомнилась я наконец. Судорожно надеваю на себя халат и подпоясываюсь. У меня же встреча сегодня с Гордеем, надо как-то выкрутиться теперь. Да и вообще, родители весь телефон оборвали, — мне сегодня после учёбы в торговый центр съездить нужно, кое-что купить, — иду следом за ним до самой двери, — еще хотела тебя предупредить, на выходных меня не будет.
— Настя, нет. Ты мне будешь нужна.
— А мне нужно домой.
— В другой раз съездишь. Будет важный приём.
— Нет, — закрываю собой дверь, прижимаясь лопатками к холодному полотну, — я поеду на выходных.
— Тогда мне придется искать тебе замену, — серые глаза с легким вызовом изучают меня, а потом переключаются на часы. Ах, да, Вадим спешит.
— Не имею ничего против, — смещаюсь в сторону, чтобы дать ему выйти.
Судорожно вдыхаю, когда дверь за ним захлопывается. Магия нашего безбашенного утра растворилась всего в паре его слов.
— Гад, — всхлипываю и тут же прижимаю руку ко рту. Меня пугает собственная сильная реакция. Это же хорошо, что Вадим найдет мне замену. Она вообще может понравиться Вадиму больше меня. И тогда я свободна. Класс! Вернусь к своей обычной жизни. Забуду его.
— И вас забуду, — марширую мимо котов, мирно дрыхнущих на диване, — предатели.
  
Глава 9
 
Ставлю пакеты с покупками на пол рядом со столиком. Молча снимаю пальто, кладу его на диванчик и присаживаюсь рядом.
Гордей все это время спокойно наблюдает за мной. Он точно такой, каким я его и запомнила — расслабленный, с торчащими в беспорядке черными волосами, которые хочется пригладить и очень острым взглядом. Одет просто — черные брюки и рубашка.
— Я боялся, ты не придёшь, — выдыхает он, улыбается. Отпивает кофе, делает официантке знак подойти, — поужинаешь со мной?
— Да, — перевожу взгляд на меню перед собой, — пасту с шампиньонами и глинтвейн, безалкогольный.
Девушка в униформе быстро черкает у себя в блокноте:
— Салат?
— Давайте тёплый с говядиной, — жду, пока Гордей делает свой заказ.
Я сегодня весь день нервничала, даже не знаю, чего ждала от Гордея. А в результате мы мирно ужинаем, пока.
— Как твои дела? — улыбается он тепло, — ты же учишься?
— Да.
— Чем ближе праздники, тем меньше хочется сидеть за книгами, верно?
— Так и есть.
— Вообще, как у тебя с оценками? У вас же сейчас десятибалльная система?
— Да, учусь на семь — восемь, иногда девять. Я не отличница.
— Это не обязательно, — Гордей пожимает плечами. — Ты же параллельно работала, насколько я знаю. Совмещать всегда сложно.
— Да, — обхватываю теплую чашку с глинтвейном, — о чем ты хотел поговорить?
— Он тебя не обижает, Настя? — Вот так сразу с места и в корьер.
Гордей протягивает ладони и обнимает мои. Взгляд серьёзен.
— Нет, — мои ладони выскальзывают из его, — Вадим не так ужасен, как ты думаешь. Мне кажется, все это большая ошибка, не мог он, — прикусываю губу. Слово "убить" так и не срывается с моего языка. Не могу его произнести.
— Настюш, — Гордей лохматит свои волосы ещё сильнее. Печально улыбается, — ты такая наивная. Эта Синяя Борода вконец заморочила тебе голову. Как и Кате в свое время.
— Она ему изменяла, так что ещё непонятно кто кому морочил.
— Катя просто не могла от него уйти.
— Не могла? — я сглатываю.
— Есть вещи, которые привязывают одних людей к другим.
— Например? — я хмурюсь.
— Вадим позаботился о Кате после того, как ее мать умерла. Она была дочерью его крестного. До девочки никому не было дела, так что…. Сафронов подсуетился — оплатил ней образование, содержал, помогал. А на самом деле держал при себе, пока Кате восемнадцать не стукнуло, потом женился. Вырастил себе жену, так сказать, — Гордей прервался, когда нам принесли еду, — Катя была очень юной и наивной. Так что Вадиму не составило труда запудрить мозг зависимой от него девочки.
 
Даже не знаю, что сейчас чувствую после сказанного Гордеем. Вот какой, оказывается, была жена Вадима — юная, наивная. Наверняка ещё и невинная, когда он женился на ней. А я? Не зря он ни во что не ставит таких, как я. Боже, подкатила к нему в клубе, сама предложила себя, трахалась как последняя шлюха на капоте его машины. Да и потом. Действительно, что со мной церемониться после всего. Да и поменять на другую не проблема. Становится стыдно за себя и неприятно.
— Но она изменяла, — чувствую, как дрогнул мой голос. Катя тоже идеальной её была.
— Встретила того, кого действительно полюбила, что в этом такого? С Вадимом у нее не было шанса разобраться.
— Она собиралась уйти?
— Да, только Вадим не дал, — его лицо застыло словно маска. Глаза полыхали ненавистью. — У него потом нашли фото телефоне. Оказалось, он следил за Катей. И было ещё кое-что, — Гордей бросил на стол папку.
— Что это?
— Материалы дела. Копии.
— И что здесь?
— А здесь отпечаток пальца, Настя. На одной из деталей взрывного устройства. Догадайся, кому принадлежит.
— Не может быть, — разворачиваю бумаги, пытаюсь вчитаться. Слова плывут перед глазами от волнения, — тут написано, что это не точно, фрагмент отпечатка слишком мал.
— Конечно мал, — Гордей отодвигает свою нетронутую тарелку и подается вперед, — там от машины и Кати с Артемом ничего не осталось. А само устройство вообще разорвало в пыль. Чудо, что нашли хоть что-то.
— Его вина не доказана, — сглатываю ком, образовавшийся в горле.
— Настенька, Вадим продуманная и беспринципная сволочь. Такая как ты, для него лакомый кусочек. Как и Катя была раньше.
— Я не такая, как Катя.
— Молоденькая, наивная, глупая. Он тебя заграбастал так же легко, как и ее. Ты хоть это понимаешь?
Все это бред, Гордей просто не в курсе наших с Вадимом отношений, вот и выдумывает. Он вообще многое на меня с Кати проецирует. Сам запутался и не понимает этого.
— Чего ты от меня хочешь?
— Помочь тебе.
— Мне не нужна помощь, — поднимаюсь на ноги, так и не притронувшись ни к еде, ни к напиткам.
— Я все равно помогу. И я позабочусь о том, чтобы Вадим оказался в тюрьме.
— Суд его оправдал. Тебе больно и ты просто хочешь отомстить, Гордей. А убийца, настоящий, он же ходит где-то рядом, может лучше направить силы на его поиск? — накидываю на плечи пальто и шарф, хвастаюсь за пакеты.
— Настя, ты его так слепо любишь? — Гордей подходит совсем близко, нависая надо мной.
— Люблю? Дело не в этом, я просто стараюсь смотреть на ситуацию трезво.
— Трезво? — пальцы Гордея нежно скользят по моей щеке. Руку сжимают предплечьям, — беги от него, пока не поздно.
— Не пугай меня, не надо.
— Настя, — Гордей щурится. — А Вадим вообще в курсе, что ты сейчас со мной?
— Я ему не говорила, — опускаю глаза, — не хотела беспокоить.
— Ты боишься его и это правильно.
Кусаю губы, потому что не нахожусь, что Гордею ответить.
— Я пойду, — дергаю плечами, освобождаясь из захвата. Отступаю на шаг.
— У тебя есть мой номер, — мужчина засовывает руки в карманы брюк, — звони в любое время.
— Пока, — опрометью выбегаю из ресторана.
Раздражающий звонок телефона в сумочке вывел меня из ступора. После разговора с Гордеем, я забилась в женский туалет и так тут и сидела на крышке унитаза в кабинке. Пакеты с покупками мирно висели на крючке рядом.
Почему именно в туалет меня занесло, непонятно. В торговом центре полно мест, где можно спокойно отсидеться. Тот же фуд-корт — сиди, пей кофе, страдай с комфортом на диванчике.