Буря над бездной (СИ)

— Капитан, Влад, тут Эсфирра требует с вами поговорить, — слегка растерянно сообщил старпом. — Говорит, это нужно всем нам.
— Ну так дай ей переговорник, — удивилась Каси.
— Капитан, не тупи, — пробасил старпом. — Она ж не звуками говорит! Как я ей переговорник дам?
Влад как-то не привык игнорировать Эсфирру, да и Каси за последнее время прониклась к тенебрисе уважением, так что устроили встречу. Правда, для этого пришлось лететь на «Стремительную» — тогда-то и выяснилось, что тенебриса наотрез отказывается выходить на холод. Там-то сенс и объяснила, что просто так магнитить гелиотроп опасно, требуется правильно выбирать места.
  
Пришлось с помощью мастера на все руки — механика Хримпа строить для тенебрисы нечто вроде скафандра с подогревом. Вышло громоздко, ходить в этом самостоятельно Эсфирра могла с трудом, но кое-как приспособились.
И вот, друзья начали пожинать плоды совместных трудов.
— Хорошо идёт, — комментировала Каси. — Ребята, я начинаю верить, что у нас что-то получится!
Уже на следующий день стало ясно, что Каси не ошиблась. Температура на острове увеличилась — пока всего на пару градусов, но уже было ясно, что он поднимается. Влад смотрел на физиономии друзей и товарищей, и с удовольствием замечал, что хмурость и тревога исчезли. Андрей даже предложил отпраздновать это дело, но на него зашикали орки — не сглазь, дескать.
Долго радоваться не получилось, потому что через неделю остров затормозил. Поднялся слишком высоко и гелиотроп перестал поступать. Впрочем, Влад с дядей Сашей догадывались, что рано или поздно магнитное поле перестанет доставать куда оно там должно доставать, так что обескураживающей новость не стала. И план был, вот только выполнить его оказалось несколько сложнее, чем первый этап, причём, даже несмотря на то, что температура к тому времени поднялась до вполне терпимых и привычных минус тридцати.
Теперь снова приходилось спускать вниз платформу с электродвигателем, ждать, пока она наберёт достаточно гелиотропа, и потом устанавливать её в указанное Эсфиррой место. Основная сложность, понятное дело, возникала именно на последнем этапе. По крайней мере поначалу, потом-то приспособились.
И всё равно это был, наверное, самый напряжённый месяц в жизни Влада. С тех пор, как остров поднялся до туманного слоя, постоянный аврал превратился в рутину. Впахивать приходилось по шестнадцать часов, на сон оставалось меньше шести. Поистине выматывающе.
— Скажи, Влад, почему мы так торопимся? — спросила его как-то Каси. — Остров больше не падает, вполне уверенно держится. Ясно, что мы рано или поздно поднимем его. Так зачем все так выматываются, как будто куда-то опаздывают?
— Сам этим вопросом задаюсь, — признался Влад.
У них как раз закончилась очередная, очень тяжёлая «смена», они с Каси, дядей Сашей, Борном и Эсфиррой ужинали. В том самом доме, в который Влад когда-то перебрался жить, почти сразу после провала. Температура за окном была уже вполне приличная — всего минус двадцать, а в доме и вовсе было жарко натоплено. Всё-таки Влад тогда не ошибся — очень удобное и хорошее жилище. Как только стало возможно, вся компания здесь и расположилась. Можно было занять и соседние дома, но тратить время на обустройство не хотелось, а здесь места было достаточно. И очень уютно!
— Мы торопимся, потому что первородные могут ещё припереться, — предположил сосед. — А остальные — потому что света хотят и тепла. Это мы, если захочется, можем подняться на «Стремительной» и погреться, а остальные такой возможности лишены.
— А у меня сложилось впечатление, что местные все чувствуют надвигающиеся неприятности, — призналась Каси. — Хотя, возможно, я просто себя накручиваю. Эсфирра, у тебя не возникало никаких… предчувствий?
— Нет. Я не чувствую, что мы опаздываем, как это было, когда мы спешили сюда — ответила тенебриса. — Однако ты ведь знаешь, мой дар — не пророческий. В случае, если неприятности ждут нас независимо от наших действий, я ничего не почувствую.
— Всё равно я рад, что ты ничего такого не чувствуешь, — признался Лопатин. — Сейчас, когда Каси рассказала, мне и самому кажется, что этот вот единый порыв, в котором всё местное население и пришельцы взялись возвращать остров на место, выглядит неестественно.
Каси глотнула безалкогольного пива из банки — девушке этот напиток здорово понравился, причём, почему-то, именно в безалкогольном исполнении, хотя трезвенницей она не была.
— Ладно. Время покажет, случайность это, или такое коллективное предчувствие. Но знаете, что, друзья мои? На нашем месте я бы немного сбавила обороты после того, как мы поднимем остров. Всем требуется отдых. Да и перед тем, как отправляться в империю, нужно подготовиться. Хоть немного обжиться на острове…
— Думаешь, стоит сначала здесь обустроиться? — Влад уже и сам об этом думал.
— Не столько обустроиться, сколько… вы вот не забыли ещё вашу идею с ракетами? — спросила девушка. — Здесь, я думаю, будет намного проще её воплотить. Да и вообще — мне кажется, стоит защитить остров как можно лучше. Чтобы потом не жалеть. И чтобы Владу не приходилось телепортироваться туда-сюда, изображая из себя это… «средство доставки», так ты это назвал?
— Угу, — кивнул Влад.
— Вот-вот. Давайте признаем — это была самоубийственная идея, и только твоё удивительное везение позволило нам выжить и обойтись без серьёзных потерь.
Влад согласился, да и остальные — тоже. Влад уже устал вечно торопиться, и был совсем не против слегка придержать коней.
«Мирный, неспешный труд, на ниве укрепления нашей обороноспособности — что может быть лучше⁈» — мысленно посмеялся Лопатин'.
А утром на острове впервые за долгое время стало по-настоящему светло. Город, наконец, вылетел из мглистого слоя.
  
Глава 4
 
Капитан Фальгрим был вне себя от злости. С тех пор, как он согласился на эту «подработку», всё пошло под откос. Идея отправиться за пределы Ойкумены, чтобы притянуть какой-то остров с самого начала казалась сомнительной.
«В ближайшее время работы для тягачей нет, — объяснял мастер Валдрик. — Самому не надоело скучать? А тут тебе премия будет хорошая. Полгода двойной зарплаты, как за боевые действия, плюс госпожа Касиодорра обещала по окончании работы премию гелиотропами».
Фальгрим тогда даже обрадовался, хотя что-то царапало мозг. С какой стати повышенная оплата, если боевых действий не предвидится? И ещё — не государственный заказ. Да, конечно, князь Розмор личность известная, но работать на него… Фальгрим ещё в юности решил, что армия — это не для него. Во-первых, опасно. Да, в империи считается, нет лучшей судьбы, чем крушить головы противника на полях сражений, вот только Фальгрим себя ценил. У него большой талант к судовождению. Ещё до того, как отправляться учиться в небесное училище, он занимал места в гонках на яхтах, и обучение только помогло отточить и огранить его талант. Теперь Фальгрим мог не только управлять маленькими яхтами, но и командовать любым другим кораблём. Но не военным. Капитан испытывал неизбывное отвращение к любым формам насилия. Необычно для орка, хотя вопреки стереотипам, тех, кто не стремится воевать, среди его народа достаточно. Фальгрим считал себя пацифистом.
«Чтобы отнимать жизни много ума не нужно, — рассуждал орк. — Это варварство и глупость. Всегда можно полюбовно договориться, к всеобщей выгоде. Если же идёт бой, значит, одна или обе стороны оказались просто идиотами, которые не могут говорить словами через рот. Я в этом точно участвовать не собираюсь!»
Капитан считал, что ему очень повезло. Работа на верфи мастера Валдрика оказалась именно тем, что ему хотелось от жизни. В моменты авралов бывало сложно, но очень интересно. В последнее время, правда, сложных и интересных задач было мало — время от времени транспортировка повреждённых кораблей на ремонт, перевозка отремонтированных заказчику, транспортировка и испытание новых машин, построенных на верфи… вот только крупных проектов не было. Империя готовится к войне, причём делает ставку на малый флот, и для Фальгрима с командой почти нет работы. Это злило.