Буря над бездной (СИ)
— Думал, — кивнул Влад. — Я — вообще за прогресс… даже если он не совсем мирный. Только время ли сейчас об этом говорить? Я вот, кхм, не уверен, что проскочить удастся.
— О таких вещах, я мыслю, всегда время говорить! Потому как потом нужно будет действовать. Вот не верю я, что после победы над «Снежными волками» у нас мир и благодать наступит.
— Как оно вообще получилось-то? — уточнил Влад. — А то мы до сих пор не уточнили.
— Да мы и понять ничего толком не успели, — вздохнул Ждан. — Всё нормально было. Ходили разговоры, что империя нас обирает. Дескать, слишком мало платят за то, что мы производим. Только всем плевать было. Большинство понимало, что глупость это, а разговоры такие ходили только среди глупцов. Они отчего-то были уверены, что вот империю прогоним, станем со светлоликими торговать, и тогда все в достатке начнут купаться… А потом вдруг этих разговоров всё больше и больше становилось. Уже незадолго до шторма видел новости, что в портовых городах беспорядки, что нужно издать новый закон, согласно которому Троллтех войдёт в новую жизнь. И, дескать, если совет мастеров этого не понимает, то нужно новый совет мастеров избрать. А потом вдруг, как из ниоткуда появились «Снежные волки», совет мастеров частью разогнали, частью поубивали. Быстро избрали новый совет, измыслили эти новые законы, в соответствии с которыми теперь империя — враг. А достатка-то как не было, так и нет. Даже хуже стало. Поначалу мы здесь, в центре… ну не то, что внимания не обращали, скорее, не до того было. Народ тут занятой, работать надо. Потом вдруг цены пошли вверх, причём сразу на всё. Ещё до шторма. Гелиотроп, дескать, дорогой, доставка дорогая, так что нужно больше работать. Тогда-то центральные области и начали понемногу возмущаться. Заговорили о том, что новый совет мастеров — самозванцы… и ведь это на самом деле так! Где это видано, чтобы его только портовые выбирали⁈ Да ещё, считай, только в столице⁈ Здесь, в центре, решили свой совет мастеров выбрать, и законы все вернуть старые. Тогда и пришли «Снежные волки»…
— Короче, полный бардак, — согласился Влад. Теперь парню картинка стала более-менее ясна. — Так свой-то совет выбрали? Мастеров, в смысле?
— Нет пока, — покачал головой Ждан. — Сначала шторм разыгрался, потом волки напали… но выберем! Обязательно! Как только от наймитов эльфийских отобьёмся, сразу всё наладится!
— Ну, дай-то бог, — вздохнул Лопатин, а сам подумал:
«Остаётся только отбиться от эльфийских наймитов. И что-то мне представляется, что это не так просто окажется, как Ждан думает. Пока выглядит так, что они в основном обороняются, а их давят со всех сторон. Грустно, в общем, выглядит…»
— Вот я и подумал, — продолжал рассуждать Ждан, не заметив, как помрачнел собеседник. — Если бы у нас эти ваши автоматы были, было бы куда проще гадов прищучить! А то ещё, может, какие новинки с далёкой Земли у вас есть? Да хотя бы и задумки! У нас ведь вся промышленность! У нас заводы, станки… нам бы только отбиться, только времени чуть-чуть!
— Новинки есть, — кивнул Влад. — Мы, так-то, тоже не без дела сидели, понимали, что не на радугу с понями попали. Но что толку сейчас об этом говорить? Остров далеко, а мы — чёрт знает где, в поезде с беженцами. Нам бы через этот ваш Крагспайр прорваться…
«А вообще… так-то мысль довольно неплохая. Зачем нам в империю, если здесь есть всё, что нужно? Производства у гремлинов, говорят, развитые. Можем остаться здесь… ну разве что, чуть ближе остров перетащить, ради логистики. Или нет. Лучше даже на месте оставить, чтобы труднее было подсмотреть, как гелиотроп добывать. Хотя долго секрет удержать всё равно не получится. Но всё же соблазнительно. А оружием подсобим, надо только те же автоматы на гелиотропные патроны переделать. Долго ли умеючи? Главное, гелиотроп-то, пока, по крайней мере, только мы добывать умеем, так что с этой стороны тоже всё безопасно. Определённо, надо будет с ребятами этот момент обсудить потом…»
Додумать Влад не успел, потому что остальные, наконец, закончили обсуждать детали предстоящего прорыва. Пора было готовиться к отправлению.
Подготовка свелась к тому, чтобы разобраться, как запустить варварски остановленный локомотив. С этим справиться удалось довольно быстро, благо, среди пленных нашлось несколько работников железной дороги. Уже через полчаса поезд, дёрнувшись и лязгнув сцепками начал постепенно разгоянться.
— Больше десятки в час не разгонюсь, — пояснял мрачный, усталый гремлин, удобно устроившийся в кресле машиниста. — Посмотри, муть сплошная. Ещё и снегом пути заносит. А ну как дерево повалит? С рельс сойдём, как пить дать. Так что придётся медленно, потихонечку.
— Вы тут главный, вам и решать, серьёзно кивнула Каси. — Но когда будем подходить к городу, будьте готовы… к неожиданностям. Скорее всего, нас не заметят, но мало ли…
— Стрелки придётся переводить, — объяснил гремлин. — А то к краю уедем, а не в Камнеград. Хотя с этим, надеюсь, проблем не будет. Человек у вас для того больно удобный.
Вопреки ожиданиям поезд двигался без остановок. Ничего массивного на путях не встретилось, да и заносы оказались гораздо меньше, чем ожидалось. На некоторых участках приходилось снижать скорость, но в основном снег просто сдувало с открытой местности, рельсы были свободны. Поезд периодически вздрагивал, и пару раз Владу показалось, что сейчас какой-нибудь из вагонов перевернёт ветром, но обошлось. Через несколько часов впереди, сквозь снежные вихри стало возможным рассмотреть город.
— Так, а теперь тихо и медленно… незаметно даже, — пробормотал машинист, как только стало ясно, что город уже близко.
И в этот момент снег впереди и чуть справа по курсу вдруг взметнулся от взрыва.
Глава 23
По кабине локомотива разнёсся гулкий удар, от которого в голове поселилось долгое неприятное эхо.
— Рикошет, — пробормотал Влад.
Через секунду — ещё один удар и свист осколков. В жарко натопленной кабине мгновенно стало холодно — осколком выбило лобовое стекло, но никого из присутствующих не задело.
— Броня пробита, — прокомментировал Влад.
— Зачем ты это озвучиваешь? — возмутилась Каси. — Как будто мы сами не заметили!
— Да это прикол такой, из игрушки, — пробормотал Влад. — А, не важно. Не отвлекайся, ищем, откуда стреляют!
На самом деле болтал Влад не от лихости, просто страшно было очень. Наёмники пока не пристрелялись, но били часто. Большая часть разрывов вспухали впереди и по сторонам от локомотива, паровоз ещё держался, но пару раз осколки уже пробивали тонкий металл корпуса. Рано или поздно попадут как следуют, никакая буря им не помешает. Самое неприятное — никак не удавалось разглядеть, откуда бьют.
«Это в земных пушках при выстреле на конце ствола расцветает огненный цветок. Да и то, не на всех, вроде, — думал Влад. — А здесь ничего такого не происходит. Только дымок небольшой. Попробуй, разгляди его в такую бурю. И на слух ориентироваться невозможно! Выстрелы вообще не слышны за рёвом ветра!»
И вдруг Каси ткнула пальцем куда-то вправо — вперёд:
— Вон там, за тем зданием! Навесом бьют! Профессионалы, чтоб их!
— Точно⁈ — удивился Лопатин. В бездне, он знал, такой способ стрельбы непопулярен. Просто потому, что обычно никаких препятствий между канониром и целью нет — незачем изощряться.
— Больше неоткуда, иначе бы мы заметили. Но у них есть наблюдатель, где-то рядом. — Каси достала переговорник, и рявкнула:
— Канонир, трёхэтажное здание справа. Верхние этажи!
— Есть! — откликнулся Хрёрик.
— Бесполезно, — констатировал Влад. — Так просто его не нащупаешь.
— Согласна. Нужно заткнуть пушки. Давай, Влад.
Отправляться на штурм артиллерийской позиции в одиночку Лопатин не собирался — об этом друзья заявили сразу и очень категорично. Да Влад и сам понимал, что это бесполезно. Может, там и не знают о наличии среди беженцев телепортера, но быстро сориентируются. Большой группой тоже не получится — нужно, чтобы у них была возможность быстро вернуться на поезд. На штурм решили идти вчетвером: Влад, Каси, Ждан и Эрланд. Тролль сам вызвался, когда узнал, что происходит. Лопатин, откровенно говоря, и думать о нём забыл, тролль сам объявился в кабине почти сразу, как начались взрывы. Кабина на тролля была не рассчитана, там и для человека-то было довольно тесно, слишком много оборудования в локомотиве. Однако Эрланд отказывался уходить, пока ему не пообещали, что он обязательно поучаствует в наказании «уродцев, которые спать не дают и по мирным беженцам садят».