Записки морфа
— А причём тогда оказались старики?
— Издержки и погрешности. Изменить ДНК и создать за короткое время новый жизнеспособный вид не так-то и просто, всегда приходится чем-то жертвовать.
Кажется я начал понимать, почему у Та-Лаи не было войн, они просто, как спартанцы, уничтожали больных и слабых, не видя в этом ничего зазорного. Жестокие по отношению к себе, они не собирались демонстрировать показушного человеколюбия в отношении других. Ехидный червячок, окопавшийся в моём разуме, противненько нашёптывал, что поделом тараканам досталось. Учитывая полтора миллиарда жертв от лучевых атак, я не испытывал к ним ни грамма сострадания или сочувствия. Интересно, на что она надеялась? Наивная, неужели она думала, что после слезливого рассказа перед ней раскинут объятия и жалостливо погладят по повинной головке? Наивно надеяться на сочувствие от того, кто по прихоти уродки с орбиты превратился в неведомую зверушку и должен ежечасно, ежесекундно доказывать, что он не зверь. Однако я понял Олое и принял её точку зрения на ситуацию. За всё время рассказа она ни разу не соврала. Я бы почувствовал ложь, но её не было, даже намёка на обман не проскочило, и это почему-то задевало сильнее всего.
— Последний вопрос. Для чего понадобился я?
— Гордись, — усмехнулась инопланетянка в искусственной шкуре. — По всем параметрам ты венец эволюции йома. Мне были нужны твои био и энергоматрицы.
— Зачем, интересно?
— Затем, что по прихоти создателей базы последний этап коррекции может активировать только живое существо, с которого сняты матричные параметры, применяемые излучателями. Я к таковым не отношусь в силу некоторых причин.
— Да, всё больше убеждаюсь, что вынужденное одиночество в первую очередь пагубно сказывается на мозгах. С чего ты решила, что я буду участвовать в твоих игрищах?
Олое плавно встала с кресла. Повинуясь её команде, в комнате потух свет. Исчезли стены, ковёр, потолок — вокруг простирался бескрайний космос, пронзённый иглами звёзд. Под ногами вращалась Земля, сверкающая шапками ледников и стыдливо прячущаяся под покрывалами циклонов. На фоне прекрасного пейзажа повисли старинные аптечные весы с двумя чашами.
— Левая чаша моя, — сказала она. — Смотри, я кладу на неё звёзды.
Мерцающие снежинки далёких солнц скатились к весам и легли на дно чаши.
— Вижу, мало. К звёздам добавляю все известные мне и информационным базам данных технологии, а также передаю в руки человечества орбитальную базу и "Лаиту", — призрачное изображение Станции легло поверх звёзд. — Это не всё, приплюсуй сюда четыре тысячи лет от горшка до гроба, которые будут у йома, и отсутствие болезней. Я могу накидать на свою половину ещё кучу мелочи, но не хочу заниматься перечислением, впрочем, есть ещё один камушек. Финальная коррекция на базисной матрице, снятой с тебя, позволит землянам навсегда избавиться от проблемы диких йома. Диких не будет, потому, что чёткие параметры базовой формы окажут мягкое влияние на высшую мозговую деятельность, а также избавят от мощных гормональных взрывов. Всё население планеты безболезненно обретёт способности морфов и проблема войны между различными ветвями человечества исчезнет сама собой. Что можешь предложить ты?
Я задумался, на ум ничего не приходило.
— Тогда мы перестанем быть людьми.
— Чушь! Скажи, ты считаешь себя человеком?
— Несомненно, — усмехнулся я.
— Вот видишь. Хочешь быть человеком — будь им! У тебя пять минут, подумай.
— Я деактивирую модуляторы и ментальное поле, — сказала Олое и вышла. Весы трансформировались в две кнопки. Под зелёной мерцала надпись: "Да". Под красной: "Нет".
Оригинальная старушка. Вот, значит, о каком главном испытании говорила она в самом начале разговора. Отец оказался прав. Совершенно неожиданно, словно немецкий танк, выскочивший из-за угла в чистом поле, на меня свалилась ответственность за всё человечество. Умереть не встать. Господи, за что мне это?
Время неумолимо приближалось к обозначенному рубежу, а в голове так и не родилось ни единой мысли. Древняя засранка ловко поставила варвара с поверхности перед фактом выбора.
Еж, Курт, вы мечтали о звёздах…, оказывается, они ближе, чем мы предполагали.
Ксюша, тебя единственную тяготила твоя человеческая природа….
Нэка, ты мечтала, чтобы у твоего папы отрос хвост…
Выбор есть всегда. Не будет меня, найдётся другой…
Вместо эпилога
— О чём задумался, Коля?
— О Лёшке. Боюсь я.
— Ты не одинок, давай бояться вместе.
— Давай.
Мужчина и женщина, оккупировавшие маленький диванчик в ЦУПе, прижались друг к другу. Женщина пристроила голову на плечо мужа:
— Он сильный, он справится.
По центру управления полётами пронёсся неуловимый шум.
— Что происходит? — спросил мужчина.
— От Станции отделилось двенадцать малых объектов, — ответил один из операторов.
— Что это значит?
— Пока не знаем, эм-чэ-эсники предлагают объявить по всей стране тревогу.
— Объявите, лишним не будет.
— Это ретрансляторы, Коля. Станция ударит по всей планете.
— Откуда ты знаешь.
— Просто знаю и всё.
— Чёрт, неужели Лёшка не справился?
— Наоборот.
Небосвод озарился необычным золотистым сиянием….
*****
— Хотите быть людьми — будьте ими! — прошептали мои губы.
Белое лебяжье перо легло на зелёную кнопку….
КОНЕЦ!