Товарищ "Чума" 2 (СИ)

— Значит, если лишить эту тварь подпитки, она сдохнет? — подытожил Гиммлер.
— Да. Но если нечисть сильная, может пройти довольно долгий срок, прежде чем она развоплотиться. В моей книге есть пример, когда нечисть держали на «голодном пайке» столетиями, но она так и не сдохла.
— М-да… — Рейхсфюрер задумчиво почесал гладко выбритый подбородок. — Поразительная живучесть!
— На то они и твари. Если колдун по какой-либо причине не сможет внедрить помощников в тело жертвы, они непременно будут причинять вред ему самому — такова их природа. Если нет работы, то малоопытных и слабых колдунов нечисть будет мучить с особой жестокостью. Это, кстати, касается и малефиков, идущих путем силы — если колдун постоянно не портит людей, он теряет силы, хиреет и умирает в жутких мучениях. В большинстве случаев именно таким способом кончают свою жизнь большинство ведьм, если не сумеют передать свой проклятый дар «наследникам», или любому человеку с потенциальным задатком одарённого.
— Следовательно, колдун вынужден быть «злым» и причинять вред окружающим в любом случае? — Четко определил главную мысль пожилого генерала Гиммлер.
— Это аксиома, Генрих, — усмехнулся Вилигут. — Основная характеристика колдуна — «злоба». Колдуны вынужденно «злы», они заложники своего дара и своих помощников. С одной стороны, проклятый дар помогает осуществить их притязания власти над миром, людьми, животными, природными силами и явлениями. Но с другой стороны, колдуны обязаны постоянно вредить людям, наводить порчу, проклинать — иначе дар или помощники будут причинять вред им самим, и без этого их сила может иссякнуть. Все, Генрих, мне больше нечего сказать по этому вопросу, — выдохнул Вилигут, отирая со лба выступившие капли пота.
— Интересно-интересно… — Гиммлер отвлеченно побарабанил пальцами по полированной столешнице. — Выходит так, что ведьмы и ведьмаки должны постоянно причинять вред простым людям, независимо от их национальности?
— Конечно, Генрих, — отозвался старик, — нет никакой разницы. Там, — он указал пальцем вниз, не сортируют на русских и немцев.
— То есть, если бы ему не попались наши солдаты, то он отыгрывался бы на своих? Например, на партизанах, если никого не окажется поблизости?
— Я думаю, что не всё так просто, как кажется, — возразил Виллигут. — За партизанами еще по лесу побегать надо. А наши бойцы ни от кого не скрываются — найти их проще, да и больше их. Думаю, что ведьмак будет идти по пути наименьшего сопротивления. А чем больше количеству людей он будет вредить, причинять страдания и убивать, тем сильнее поднимется в ранге. Думаю, только, что факт гибели в жутчайших муках от кровавого поноса двух наших роты, принес ему неплохой куш. Война — настоящее благо для ведьм!
— Значит так, камрады, — Гиммлер поднялся на ноги, а следом за ним резко подскочили со стульев и генерал с профессором, — нам нужно срочно уничтожить этого русского ведьмака! Я так понимаю, что на достигнутом он не остановится?
— Нет, Генрих, — мотнул головой Вилигут, — его деятельность будет только набирать обороты с каждым днем. Такой шанс возвыситься выпадает далеко не каждому ведьмаку или ведьме! Каждый из них мечтает устроить на земле настоящий апокалипсис, чтобы занять достойное место в адских чертогах…
— Пока ситуация не превратилась в критическую, — Гиммлер по очереди оглядел каждого из собеседников, —, следует подготовить систему противодействий для этого… «Meister der Flüche». Да-да, так и назовем операцию — «Meister der Flüche»! Мне нужен живым или мертвым этот «мастер проклятий»! Ведь должны же существовать какие-то способы защиты от его колдовства?
— Конечно они есть, Генрих, — ответил профессор Левин, практически молчавший всё это время. — С ведьмами успешно боролась инквизиция, практически уничтожив этих тварей на нашем континенте. Я прямо сейчас же займусь поиском и сбором необходимой информации. Материала по этой теме «зондеркоманда» в своё время «накопала» достаточно, изымая его даже в Ватикане! Его просто надо еще раз внимательно изучить и структурировать, сосредоточившись на моменте противодействия колдовству.
 
— Отлично, Руди! — воскликнул Гиммлер. — Брось на это все имеющиеся силы! Подключи резервы! Если нужно, я походатайствую о переводе необходимых специалистов из «Аненербе». Если есть кто на примете, подготовь докладную записку на моё имя — я её рассмотрю в первую очередь.
— Слушаюсь, майн рейхсфюрер!
— Теперь ты, Карл, — Гиммлер обратил свой взор на старика, глаза которого уже не выглядели мертвыми и потухшими, как в начале беседы.
— Я, Генрих! — Теперь старый генерал и сам рвался в бой. Он был готов разорвать подлого врага на кусочки своими собственными руками и отомстить за нанесенное унижение, за рану Рудольфа, за поруганную честь. Он был готов сдохнуть, но поквитаться с русским ведьмаком.
— Ищи, Карл! Перерой свои пыльные книги! Но найди то, что сможет защитить наших солдат! Артефакты, амулеты, обереги! От вредоносной магии противника нужно использовать собственную магию! Ну, что-то же должно давать хотя бы временную защиту от его проклятий?
— Костьми лягу, но найду! — произнес старый генерал, стукнув себя кулаком в грудь.
— Верю, мой друг! Но поспеши! А сможешь достать его еще? Воздействуя на расстоянии, как в прошлый раз?
— Боюсь, что нет… — Покачал головой Вилигут. — Рука славы, которую я использовал в прошлый раз, пришла в полную негодность. Единственное, что можно из неё еще «выдавить» — выйти на создателя этого артефакта. Либо на его кровных родственников, если создатель уже мёртв. И воздействовать уже на них.
— Займись этим неотложно! — распорядился Гиммлер. — Скорее всего, ведьмак с ними плотно связан. Если можешь, приложи хорошенечко этого создателя или его родню! Это его тоже притормозит. Он будет вынужден защищаться, а не нападать на наших солдат.
— Слушаюсь! Сделаю всё возможное, майн рейхсфюрер!
— Я же срочно распоряжусь, чтобы предполагаемое место дислокации ведьмака взяли в плотное кольцо наши войска. Чтобы ни одна мышь не проскочила! Да и проутюжить этот лес артиллерией не помешает… И вообще, нам нужно узнать всю его подноготную: кто он вообще такой? Ведь есть же у него какое-то имя? Не мог же он нигде не засветиться? — размышлял вслух Генрих. — В Тарасоффке он действовал совместно с партизанами. Значит, как минимум, кто-то из них с ним знаком, либо в курсе его «оккультной» деятельности. Хотя, для красных комиссаров, это вообще-то нонсенс — в магию они не верят…
— Может быть, попытаться внедрить в этот отряд наших людей? — предложил профессор. — У меня в «зондеркоманде» есть группа специалистов подходящего профиля…
— Нет, Руди, боюсь, что компетенции твоих «специалистов» не подойдет, — возразил Гиммлер. — Да, они хорошо зарекомендовали себя в европейских странах, в Америке и Египте, но для СССР они не годятся! Да и профиль не тот… Придется, видимо, подключать к этому делу Хитрого Лиса[1]…
— Но он же ни в грош не ставит все наши исследования! Считает их полным бредом и заведомо никчёмной тратой средств! — воскликнул Вилигут, зная насквозь «материалистичный» и прагматичный склад ума начальника «Абвера» — службы военной разведки и контрразведки.
— Канарис будет знать об операции лишь то, что ему будет положено знать для выполнения задания, — успокоил старика Гиммлер. — Главное — это добыть хоть какую-то информацию об этом ведьмаке. Особенно, его внешние данные. Жаль, что в прошлый раз мы так не смогли его как следует разглядеть, — с сожалением произнес рейхсфюрер. — Тогда бы мы уже сейчас распространили на наших новых территориях листовки с наградой за его голову. С хорошей наградой! А за «тридцать серебряников» нашлось бы немало охотников сдать его нам с потрохами. Посудите сами, ведь не может же он совсем ни с кем не общаться? Он должен где-то жить, есть-пить. А через пару-тройку месяцев наступит зима… Нет, без поддержки местного населения он попросту не выживет! Мы должны обложить его со всех сторон, как загнанного на охоте волка! Всем всё понятно, камрады?