Сергей Павлович Королев

— Складывается впечатление, — начал Сергей Павлович, — что отдельные ручейки суждений уже сами по себе сливаются в правильный вывод. Вопрос, который Мстислав Всеволодович задал присутствующим здесь представителям авиации и авиационной медицины: «Готовы ли к полету в космос летчики?» — не случаен. Наиболее подходящим контингентом располагает авиация, хотя смелые и стойкие люди имеются всюду. Чтобы в короткий срок стать полноценным космонавтом, качеств, которые вырабатывают в человеке так называемые земные специальности, еще недостаточно…
Большинство присутствующих оказались не готовы к обсуждению вопроса, который требовал аргументации, а не просто умозаключений. Чтобы разжечь аудиторию, Королев объяснил, что космонавту необходимо безошибочно ориентироваться и понимать существо происходящих явлений, без чего невозможно правильно и своевременно управлять кораблем. Он должен уметь работать в сложных, быстротечных, а порой и аварийных условиях полета. А для этого требуется всесторонняя подготовка и профессиональная способность быстро находить и осуществлять наиболее рациональные решения.
В качестве возможных кандидатов назывались моряки-подводники, цирковые акробаты, верхолазы, альпинисты.
— Сергей Павлович, — попросил слова полковник медицинской службы из ВВС Евгений Анатольевич Карпов, — позвольте обосновать право военного летчика на такой полет.
Королев согласно закивал. Карпов немногословно, но весьма четко и по пунктам изложил свою точку зрения. Его поддержал генерал Н. П. Каманин. Оба они вскоре займут ведущие «космические» должности: Каманин станет помощником главкома ВВС по проблемам космонавтики, а Карпов возглавит первый Центр подготовки космонавтов, который впоследствии назовут Звездным городком. Подводил итоги совещания Сергей Павлович Королев.
— Для такого дела, — сказал он, — и это уже отмечалось, более всего подходит летчик, и прежде всего летчик-истребитель. Почему? Объясню. Это и есть универсальный специалист. Он и пилот, и штурман, и связист, и бортинженер. А будучи кадровым военным, он обладает необходимыми морально-волевыми качествами: его отличает собранность, дисциплинированность и непреклонное стремление к достижению поставленной цели…
Общий разговор перешел в диалог между главным конструктором и Карповым. Королев наметил ряд важных ориентиров для отбора и подготовки первой группы космонавтов, обратив внимание на то, что нужно выбрать наиболее устойчивых летчиков, которые бы не только успешно справились с воздействием факторов космического полета, но и обязательно выполнили полетное задание, включая ликвидацию аварийной обстановки, если такая возникнет в ходе полета.
— Об аварии я говорю не потому, что у нас есть сомнения в надежности техники, — поспешил уточнить Королев. — Но готовым нужно быть ко всему.
Когда расходились, он попросил Карпова задержаться. Настроение у Королева было приподнятое. В шутку он даже рекомендовал врачам каждую предназначенную для ознакомления космонавтов пробу или методику их тренировки предварительно испытывать на нем. Его оптимизм и глубокая вера в успех начатого дела заражали окружающих.
— Евгений Анатольевич, — отвел он Карпова в сторонку, — я ведь тоже из авиационного гнезда. Считайте, четверть века авиации отдал. Да и теперь, как видите, не расстаюсь с ней, — произнес он с гордостью и добавил: — Вы не спешите, но поторапливайтесь, времени у вас, да и у меня, немного.
Главный конструктор поставил ряд ограничений по росту, весу и возрасту: до 175 сантиметров, до 70 килограммов и не старше 25–30 лет. Отбор начался летом. Группа врачей разъехалась по авиационным гарнизонам. Так сначала по документам и личным делам, а затем в личных беседах они ознакомились более чем с тремя тысячами кандидатов. Естественно, далеко не все прошли через этот «фильтр». Вернее, прошли-то многие, а отобрали несколько сотен. За первым туром последовал второй. После него осталось 102 человека. Осенью того же 1959 года все они прошли тщательное медицинское обследование в Москве, в авиационном госпитале. Были и специальные нагрузочные пробы, различные психологические тесты. Впрочем, чего только не было. В марте 1960-го был сформирован первый космический отряд, в который вошли двадцать человек.
 
* * *
Королеву не терпелось увидеть тех, кто начал подготовку к полету. Он каждый день планировал такую встречу, но неотложные дела заставляли откладывать ее. В такой текучке прошел почти месяц. Королев спохватился: «Да что же это такое! Неужели знакомство состоится на Байконуре, перед самым стартом?» — корил он себя. Набрал телефонный номер Каманина:
— Николай Петрович, жду вас завтра с вашими питомцами. К девяти годится?
— Мы готовы в любое время, Сергей Павлович. Всех привезти или шестерку из авангардного звена?
— Для начала шестерых. Чтобы поближе познакомиться, — неуверенно ответил Королев. — Остальные не обидятся, как думаете?
— Не обидятся, Сергей Павлович.
— Тогда жду, к девяти.
Знакомясь, Королев крепко пожимал руку, повторял фамилию, имя и отчество каждого из представлявшихся ему молодых офицеров, внимательно вглядывался в лицо гостя и говорил:
— Очень рад вам. Будем знакомы. Королев.
Усадив всех за большой стол, главный конструктор обратился к космонавтам:
— Сегодня знаменательный день. У меня, надеюсь — и у вас. Вы приехали к нам, чтобы увидеть, а затем полностью освоить первый, подчеркиваю — первый пилотируемый космический корабль. Мы не впервые принимаем у себя главных испытателей нашей пилотируемой продукции… Но прежде чем вы увидите корабль, расскажите коротко о себе: что, где, когда, как…
Будущие космонавты вставали, каждый называл дату и место рождения, училище, в котором учился, количество налетанных часов. Королев что-то уточнял, благодарил и просил садиться. Когда очередь дошла до Гагарина и тот назвал день своего рождения — 9 марта 1934 года, главный вдруг что-то вспомнил, глаза его сузились, губы сжались. «Девятое марта, девятое марта, год тридцать четвертый, — пульсировало в голове. — Что же связано с этим днем? Что-то определенно связано. Но что?» Он слушал Юрия Гагарина, но не мог сосредоточиться. Потом вспомнил: «Да, да, это происходило именно в марте, девятого, дали друг другу обещание запомнить эту дату. И вот…»
…В один из весенних дней далекого 1934 года Королев и Тихонравов вышли из подвала на Садовой улице, где располагался ГИРД, направились к трамвайной остановке, чтобы ехать в Нахабино. Пока ожидали трамвай, размечтались. «Настанет время, когда не маленькая ракета, а громадный космический корабль унесет человека в космос. Как ты думаешь, доживем ли мы до этого дня?» — спрашивал один. «Обязательно доживем, — отвечал другой. — Более того, мы будем среди тех, кто сконструирует такую ракету и корабль. Это будет коллективная работа, но мы с тобой обязательно примем в ней участие». — «А кто полетит?» — не унимался первый инженер. «Не знаю, — отвечал его коллега. — Быть может, он родился в этот самый день. Запомним его».
Это происходило 9 марта 1934 года. И вот теперь перед Королевым стоит молоденький старший лейтенант со Смоленщины, который среди других таких же молодых летчиков готовится к полету на его, королёвском, корабле.
Сергей Павлович широко улыбался и даже выглядел чуточку растерянным, чувствовалось, что он тронут не только рассказами ребят о себе, но и чем-то еще. А вот чем — никто понять не мог.
— Вот и познакомились! — В голосе главного конструктора прозвучали нотки откровенного удовлетворения. — Вот и познакомились, — повторил он, продолжая внимательно рассматривать Гагарина. — А теперь немного помечтаем вслух… Скоро вы сами почувствуете, как это помогает нашему делу.
Просто и увлекательно рассказывал главный конструктор о том, что уже достигнуто в ракетостроении, и его мысль уносилась в будущее. Наверное, как тогда, весной 1934-го, Королев говорил о гигантских ракетах, которые доставляют на орбиты блоки конструкций; будучи там собраны, они превращаются в громадные космические станции. С этих «островов» вне Земли звездолеты с людьми, развив вторую космическую скорость, улетают к планетам солнечной системы. На всех этих космических объектах, которые Циолковский называл «внеземными поселениями», созданы комфортабельные условия для жизни и работы людей. Отсюда снаряжаются экспедиции по дальним маршрутам…