Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала (СИ)

— Мне всё равно, — отрезал Торгард, его глаза были полны решимости. — Я верю тебе. Верю в нас.
— Дурак, — прошептала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.
Он нежно взял меня за руку, его прикосновение было тёплым и обнадёживающим.
— Пусть так, — сказал он, слабо улыбаясь. — Но я не отступлю. Ни перед чем.
Он сжал мой подбородок, склонился, словно хотел поцеловать, и пронзил меня горящими слепой яростью глазами.
  
— Я помешан на тебе. Ты моя жизнь. И я не прощу тех, кто лишил меня тебя на эти долгие годы. Они захлебнутся кровью и болью. А пока я оставлю тебя, должен решить один вопрос.
— Какой?
Он отошёл от меня, а когда я увидела, куда он идёт, всё поняла.
И Валарис тоже понял, хотя украдкой смотрел на нас с верхней палубы.
С корабля не сбежать.
От адмирала не уйти.
От дракона, чью истинную обидели, не скрыться.
От мужчины, что зол, не спрятаться.
  
Глава 41 
 
С корабля не сбежать. От адмирала не уйти. От дракона, чью истинную обидели, не скрыться. От мужчины, что зол и решителен, не укрыться.
Всё это пронеслось в моей голове, когда я следовала за Торгардом вглубь корабля. Мы оставили позади шум палубы и команду, которая пыталась не замечать происходящего, но их взгляды говорили о многом.
Торгард двигался решительно. И так же не говоря ни слова, схватил того за грудки втолкнул в пустое помещение, похожее на склад.
Он швырнул Валариса на пол. Я вошла следом и прикрыла дверь за собой.
— Ничего не хочешь мне рассказать, друг? — ударение на последнее слово не услышал бы только глухой, столько пренебрежения таилось в нем. Ярость Торгарда была ощутима в каждом слове.
Валарис, вставая с пола, пытался сохранить лицо.
— Торгард…
— Ты угрожал ей.
— Неужели ты веришь это лживой девке? Мы через столько прошли вместе. Ты меня столько лет знаешь, — он поднялся и смотрел лихорадочным взглядом на Тора.
— Теперь я сомневаюсь в том, что знал тебя. Ты понесешь наказание, — гремел голос Торгарда.
Валарис скривился. Он был похож на зверя, что пытается спасти собственную шкуру. Его губы презрительно скривились.
— Она сама пришла ко мне, — выдал он, пытаясь держаться спокойно. — Тогда. Пять лет назад. Поняла, что тебя и твоих денег ей не видать и решила быть со мной. А я что? Я не гордый. Мог и подобрать по старой памяти…
Но договорить Валарис не смог. Торгард схватил его за грудки, а потом врезал в челюсть. Еще раз и еще раз.
— Ублюдок! — рявкнул Торград, его глаза сверкали гневом. — Ты перехватил ее письмо тогда!
— Я люблю её, — прохрипел Валарис, кровь текла из его носа и разбитой губы. — Чем ты лучше меня? Происхождением?! — Валариса понесло. — У меня тоже всё есть. Я бы многое ей дал, если бы она согласилась быть со мной.
— Идиот.
— Может и так! Тебе не понять. Я выбрал её. Я первый её увидел! Она должна была быть со мной! Но тут появился всеми любимый Торгард и, как обычно, подвинул меня. Я всегда был в твоей тени. И даже сейчас, по прошествии пяти лет, я так и не продвинулся.
— Ты мог уйти давно и сам начать военную карьеру. Я бы дал тебе продвижение. В чём претензия?
Но Валарис не слышал Торгарда. Он захлёбывался кровью, его глаза горели злобой, которую он сдерживал.
— И вот пять лет спустя она снова рядом с тобой, ты бьёшь мне морду. А она выбирает тебя!
Я только и могла стоять в стороне. Он любил меня? Я нравилась ему?
— Одержимый идиот, — покачала я головой.
— Ты! Это ты всё поломала! — Валарис вырвался из хватки Торгарда, бросился на меня, но Торгард его перехватил и отправил одним ударом на пол. Валарис усмехнулся, вытер губы и кровь с носа тыльной стороной ладони, сплюнул.
— Да пошли вы все.
Он хотел встать. Но Торгард снова отправил его на пол.
— Я спущусь с корабля в первом же порту.
— Ты угрожал члену моего экипажа. Проведёшь всё это время в трюме, — жестко припечатал Торгард.
— Что? — Валарис оскалился. — Ты из-за девки и нашего недопонимания пустишь меня в расход?
— Приказ не подлежит обсуждению. И ещё, — Торгард заслонил меня спиной. — Ты прислал мне ту магическую карточку?
Валарис усмехнулся.
— Что, никак не можешь забыть, что твоя Лиса, — прокривлялся Валарис, — самая настоящая шлю…
Закончить Валарис снова не смог — ещё один удар, и тот отлетел к стене.
— Я лишь думал, что мне тоже перепадёт её внимания. Она же любит скакать по кроватям. Но тварь оказалась крепкой, решила проявить невинность. Оттолкнула меня. Но знаешь, Торгард, — выплюнул Валарис, — живи и мучайся с тем, что эта… обманула тебя. И что каждый раз, когда ты будешь уходить в море, она не будет тебе верна. Не думай верить ей. Пусть тебя это сжирает изнутри!
Валарис лил ядом. Но Торгард уже не слушал его. Он выпрямился, потом подхватил ветошь и вытирал руки от крови. А Валарис всё сквернословил. Он не знал, что мы сейчас не могли врать друг другу. И Торград и я знаем правду минувших лет.
Только вот, судя по разговору, тот, кто прислал эту магическую карточку, оставался по-прежнему в тени.
Валарис кричал, его глаза горели безумным огнём. Этот идиот просо решил воспользоваться случаем и подкатить ко мне.
Торгард выкинул ветошь под ноги Валарису.
В дверь вошёл Фирен и ошеломлённым взглядом смотрел на всех нас.
— Отведите его в трюм, — приказал Торгард. — Пусть он останется там, пока я не решу, что с ним делать. Поднимем вопрос о его вменяемости. Он напал на члена собственного экипажа.
— Тор?
— Выполнять, — с нажимом повторил адмирал. И Фирен помог подняться Валарису.
Я стояла в стороне, наблюдая, как Валариса уводят. Его крики эхом отдавались в моих ушах.
— Лис, — сказал Торгард, подойдя ко мне. — Пойдём. Тебе нужно отдохнуть.
Мы вышли на палубу, и я почувствовала, как свежий ветер коснулся моего лица, принося с собой запах моря. Торгард обнял меня, и я почувствовала его тепло и силу.
— А ты?
— У меня ещё дела.
— Но сирена?
— Ты ведь запретила ей проявлять магию.
— Да.
— Отдохни.
Торгард взял моё лицо в свои сильные руки.
— А как же контр-адмирал, Фирен?
— Всё это я возьму на себя.
А потом он дотронулся своим лбом до моего, но лишь мимолётно.
Он проводил меня до каюты, настойчиво держа за талию. И не было возможности улизнуть от этих крепких объятий. Словно Торгард желал насытиться вниманием.
— Я прикажу принести тебе еды.
Я кивнула ему.
— Скоро приду.
Он хотел ещё раз подойти ко мне, но я попятилась от него и качнула головой.
Тот сжал зубы до скежета, но кивнул в знак понимания.
Закрыл за собой дверь.
А я села на край кровати.
И кто же был так против наших с ним отношений?
Впрочем, это всё пусть выясняет Торгард.
Простила ли я его?
Нет.
Я вообще не хочу об этом думать. Я привыкла справляться без него, и как быть теперь с ним в моей жизни, я не знала.
Угроза императора тоже была мне очевидна. Одна я не выстою. А ведь у меня сын и мама-сирена.
Боги! Как же все трудно.
Чувствую ли я истинность?
Бездна побери!
Торгард всегда был для меня гораздо большим. Он был моим воздухом, моим сердцем, моим всем. Что это, если не истинность?
Может быть, из-за того, что я полукровка, я не чувствую эту бешеную тягу, что описывают в книгах, но я точно знала, что я любила его безумно и невыносимо.
Я потёрла переносицу, помассировала виски. Нужно было привести себя в порядок и действительно отдохнуть.
Обо всём еще раз подумать.
Обед вскоре принесли. Я оставила его на столе и пошла в душ.
Рейд скоро закончится. Все может измениться. И вот что будет потом, неизвестно. Это сейчас Торгард рядом.
А еще он не знает о сыне.
Как же я соскучилась по Нерею.
Уже вечерело.
Я хотела расспросить Торгарда обо всём. Поговорил ли он с контр-адмиралом, Фиреном, сиреной? Что решил с Валарисом, одержимым придурком?