Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала (СИ)

Не понимаешь по-хорошему? Пойдем другим путем.
Я следовал за ней. Её фигура, её движения — всё это было для меня невыносимо притягательным.
И этот долбанный чемодан, что она тащила с таким независимым видом.
Думал выкину его к чертям собачьим.
Что она в него так вцепилась?
— Расскажи, как ты жила всё это время, Лис? — спросил я, пытаясь проникнуть в её мысли, узнать, что она чувствует. Её ответ был резким, но я видел, что она не так уверена, как пытается казаться.
  
— Отлично жила, — ответила она, но я знал, что это ложь.
Я не видел её глаз, её выражение лица.
Злит, зараза! Специально накаляет!
Она хотела быть подальше от меня.
Какой-то смертник посмел занять место рядом с ней, моё место.
В моей голове возникли образы, один страшнее другого: кто-то другой держит её за руку, обнимает, целует. Моя Лис, моя огненная, дерзкая Лис, теперь принадлежала другому.
Этот смертник, кто бы он ни был, не знал, с кем связался.
Я едва удержал себя от того, чтобы не помчаться выяснить, кто этот человек. Дракон внутри меня рвался на свободу, жаждая мести. Он хотел уничтожить всех, кто встал между мной и моей Лис.
Я стиснул зубы, стараясь не выдать своих эмоций, но руки сжались в кулаки, а дыхание стало тяжёлым и прерывистым.
И как я мог так быстро забыть о ее предательстве? Вот что она делает со мной? Как имеет так много власти надо мной?
Р-р-р!
— И потому ты позволяла клеиться к тебе Райнару? — спросил я, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё кипело.
Она не ответила сразу, и я увидел, как в её глазах промелькнуло что-то похожее на растерянность.
Дракон внутри меня рвался наружу, жаждая расправы.
— Хотя верность и ты вещи несовместимые. Ничего не меняется, — усмехнулся я. — Не будем нарушать традиции. Жду у себя вечером.
Когда я покидал её, гнев и ревность раздирали меня изнутри, но я знал, что должен был сохранить самообладание.
Отдал приказы о выходе в море. Разложил карту, чтобы проложить еще раз маршрут.
Но чёртова бывшая стояла перед глазами.
Её аромат. Убийственный, такой желанный для меня. Пожалуй, только это в ней и изменилось. Он стал ещё более манящим и притягательным. Аромат водных лилий усилился, расцвел лотос. Для меня она пахла морем и свободой. И все это сводило с ума.
А потом в каюту вошёл друг. Я сразу понял, что Талисса что-то выкинула.
Фирен стоял передо мной явно растерянный. Я чувствовал, как ярость медленно закипает внутри меня. Дракон внутри рычал.
Какого чёрта!
Что еще могло произойти?
Ведь я специально отправил Фирена побыть недалеко от её каюты, зная, что он ни за что не ослушается и не пойдёт у неё на поводу. В отличие от мягкого Валариса, что всегда за мир во всём мире. Чёртов пацифист.
— Тор, я... я уступил свою комнату Талиссе, — голос Фирена охрип, когда он произносил эти слова.
— Ты что сделал?! — мои слова прозвучали как громовой раскат. — Ты, чёрт возьми, решил, что можешь игнорировать мои приказы?
Фирен отступил на шаг, явно не ожидая такой реакции.
— Я вообще не понял, как нарушил твой приказ, — его голос был полон смятения. — Она была очень настойчива, но и я не собирался потакать ей… вроде бы… бездна.
Дракон внутри меня рычал, требуя незамедлительных действий.
Если она не хочет жить рядом, то будет жить в моей каюте. Это решено.
— Значит, она у тебя, — спросил я, с трудом сдерживая гнев.
— Да, — ответил Фирен, всё ещё растерянный.
— Отлично, — холодно произнёс я, направляясь к её каюте. Каждый шаг отдавался в моём сердце глухим стуком.
Не удосужившись постучать, я распахнул дверь каюты. Передо мной предстала картина, которая мгновенно разожгла огонь внутри меня.
Талисса стояла в одном полотенце, её кожа была влажной после ванны.
— Что ты здесь делаешь? — она повернулась ко мне, её глаза метали молнии.
Я медленно подошёл к ней, чувствуя, как внутри меня разгорается пожар. Её аромат водных лилий, смешанный с запахом лотоса и бриза, наполнял комнату, и я жадно раздувал ноздри, впитывая этот запах.
— Если не хочешь жить рядом, то будешь жить у меня. Это не обсуждается.
Талисса не взорвалась, как я ожидал. Вместо этого она подошла ко мне ближе и положила руки на мою грудь. От её прикосновения меня повело.
Она смотрела прямо в глаза.
— Я не пойду никуда и останусь здесь, — заявила она, словно бросая вызов.
Я стоял, сражённый её дерзостью.
С трудом сдерживая себя, я развернулся и вышел из каюты.
Только на мостике понял, что сам вышел, отпустил её, не доведя до конца то, зачем пришёл.
И на меня это было не похоже.
Дракон внутри меня взревел, что его обвели вокруг пальца.
Снова, как когда-то.
В ярости я смёл всё со стола.
Ты не так проста, и кажется, я тебя совсем не знал?
  
Глава 29 
 
Торгард
Я барабанил пальцами по столу, досконально прокручивая в голове слова друга и своё странное поведение.
В себе я был уверен. В своём настрое немедленно закинуть Лису на плечо и доставить её прямо в мою каюту тоже.
Помню, как горел этим желанием, как дракон ликовал внутри меня от этого.
А потом раз — и всё схлынуло.
Я просто ушёл.
Раздался стук, и вошёл Фирен, по-прежнему растерянный.
— Присаживайся, — я указал ему на стул, прикреплённый к полу. Подтолкнул листок бумаги и бросил ручку. — Пиши.
— Что писать?
— В подробностях как ты ослушался моего приказа и как поменялся каютами, вплоть до мыслей, что блуждали у тебя в голове при виде нашей старой знакомой.
— Эм. Зачем?
— Пиши.
Я расстегнул камзол, снял и повесил его на спинку, обошёл кресло. Всё время думал, думал.
Закатал рукава белой рубашки, потер устало переносицу. Вдруг вспомнил, а когда я последний раз спал?
Да бездна его знает когда. Не до сна сейчас.
Нужно как можно скорее добраться до острова-тюрьмы и забрать то ли пиратов, то ли умело маскирующихся под них вояк. И обратно в столицу. Теперь шанс довести этих морских мародёров очень высок.
Надо же, Талисса.
Я опёрся руками о спинку кресла и наблюдал за сосредоточенным лицом друга, что марал уже вторую сторону листа бумаги. Что у него в голове было, что так долго всё описывает?
Постучал по спинке кресла пальцами.
Я ведь искал Талиссу. Ушёл тогда в рейс ещё месяц, вернулся — её уже не было. Но не бесследно же она пропала, подумал тогда.
И я подыхал от её предательства, каждый день был отравлен ею и без неё. А она была счастлива. Счастлива. С кем?
Но счастлива. Уехала в неизвестность, бросила морскую академию. И она счастлива. А я всё подыхал и подыхал. А потом… после её слов отпустило. Или не её?
Дракон внутри встрепенулся, отозвался. Он был не согласен. Но ведь она счастлива. И почему в голове только и крутится это идиотское утверждение?
А ведь каждый раз, когда она мне снилась, желание найти её было нестерпимым.
Оно душило.
Доходило даже до того, что я был готов простить ей предательство, лишь бы снова ощутить под пальцами шёлк её кожи, услышать стоны. Дракон особенно сильно рвал и лютовал после этого всего. Но потом я уверял его, что она там счастлива без нас и зверь принимал это.
Я не жил эти пять лет. Я существовал.
Ноги почти не касались суши. Вся моя жизнь — это бесконечный океан. Потому я так добился многого в столь раннем возрасте. А ещё это было делом чести — отловить всех мерзавцев.
Шорох бумаги вернул в реальность.
Фирен протянул её мне. Я обошёл кресло, прислонился бедром к столу и принялся читать опус друга.
К чести, никаких пошлостей я тут не прочитал, похоже, при виде Талиссы только меня нехило кроет.
Снова стук, и в каюту вошёл Валарис. Не поднимая глаз от листа, спросил:
— Как устроился контр-адмирал?
— Отлично. Он сейчас на палубе.