А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы (СИ)
— Если я скажу, что это не так, я буду не прав. Но мне не доставляет удовольствие сам процесс охоты. Я делаю это ради мести. То, что очередной ублюдок получает по заслугам. Вот что меня радует.
Кира выпятила нижнюю губу и склонила голову, оценивая услышанное:
— Это я могу понять... Когда-нибудь расскажешь мне, за что ты им мстишь?
— Если будешь себя хорошо вести...
— О, опять папашу включил. Я тебе не ребёнок!
— Твоя правда. Не кричи только.
Девчонка снова насупилась, но в этот раз её лицо посветлело намного быстрее. Картина июльского леса и правда поднимала ей настроение. И дальше она шла молча, любуясь нашим зелёным окружением.
У самой границы лесопарка мы немного задержались возле незаметного родника, скрытого в густом кустарнике, и обновили запасы воды. Умывшись и напившись, Кира блаженно вздохнула:
— Ой, хорошо-то как... Я и не знала, что тут есть родник.
— Их тут вокруг много. Просто не все легко доступны. А вот те, про которые знают все, лучше обходить издалека.
— Да, знаю. Там для засады — самое то. А вот говорят, что даже звери друг друга не трогают на водопое.
— Это миф. Ещё как трогают. Просто всякие антилопы обычно уступают хищникам право напиться первым. И держатся на расстоянии всем стадом, пока он не уйдёт. А одинокий хищник, в свою очередь, на всё стадо сразу не нападает.
Быстро перебежав через дорогу, отделявшую парк от Митинского электродепо, мы торопливо обошли его по периметру, стараясь не высовываться из посадок. И снова вошли в густой лес, перебравшись через течение Журавки.
— Самое жуткое место на районе... — Съёжившись, девчонка то и дело оглядывалась на ангары депо. — Тут некоторые ребята в поездах ночевали часто. Когда ночные жоры в первый раз из тоннелей вылезли — всех разорвали. Никто убежать не успел.
Тут её осенила догадка:
— Погоди... У тебя тут рядом что ли логово? Сюда даже днём никто лишний раз не суётся.
— Уже теплее. Но нет. Здесь и правда слишком опасно. В том числе и для меня.
— Так... А я вроде знаю, где мы... — Кира начала активно оглядываться. — Вон там выше Журавка широкая становится. И за ней посёлок большой элитный. Мы там были с Ромкой... Почти месяц кочевали из дома в дом, пока туда шмели не зачастили. Хорошее было время... Нам не туда случайно?
— Нет. Дальше на запад. Вон туда, за ту проплешину.
— Да там же... Так вот где ты прячешься! — Осенённая догадкой девчонка хлопнула в ладоши. — На кладбище!
— Бинго.
— Да... Туда и правда народ не суётся. Это не депо, конечно... Но слухи тоже жутенькие ходят... И где ты там прописался?
— В самом центре была небольшая конторка с ритуальными услугами. Через дорогу от туалетов.
— Удобно! — Она снова выпятила губу и покивала. — А то да, с туалетами нынче напряжёнка... И чё? Неужели там никто не беспокоит?
— Одиночки боятся. Особенно после того, как я припугнул парочку... И, наверное, стал источником этих слухов, о которых ты говоришь. А шмелям там ловить нечего. Слишком близко от Отрады, давно уже всё подмели. Ещё до того, как я там прописался.
— Толково, чё...
Засыпанные прелой листвой старые могилы встречали нас торжественным молчанием. Ветер стих и даже птицы не особо старались, разомлев на жарком солнце, поднимающемся к полудню.
— Жарковато... — Кира расстегнула олимпийку, открыв чёрную футболку с дерзким принтом в виде какой-то жуткой японской маски. — Ну хоть в июле лето началось. А то весь май и июнь холодрыга... Реально, в феврале иногда ночи теплее были, чем этим летом.
— Заходи. — Незаметно дёрнув за её спиной за секретную верёвку, скрытую в зарослях дикого винограда, я открыл щеколду.
— У-у-у-у... Да у тебя тут как в избушке бабы-яги! — Войдя в тёмное помещение, девчонка первым делом обратила внимание на пучки трав, развешанных по стенам и под потолком. — Запах-то какой...
— Это от авитаминоза. И вместо лекарств. Иначе на одних консервах и печеньках долго не проживёшь. — Я снял рюкзак с арбалетом и вытащил пистолет на верстак, собираясь его разобрать и почистить. — Аптеки-то в городе уже давно полупустые. Весной заболевшие всё подряд жрали в надежде вылечиться.
— Ага... Пока печень не отказывала. — Кира покосилась на оружие и нерешительно шагнула вглубь помещения. — Вот мы с Ромкой и тогда тоже в город лишний раз не совались. Повсюду эти несчастные доходяги валялись со своей холерой или поносом. Некоторые даже уже штаны перестали снимать... Фу... Как вспомню... Куда можно сесть?
— Вот. — Я указал на старое кресло и начал выкладывать на стол перед ним свои припасы. — Вода там на крыше в баках, если нужно. Лестница сзади. Туалет знаешь где.
— С родника воду таскаешь? — Девчонка присела на подлокотник, всё ещё зачарованно разглядывая ароматные веники.
— Для душа с реки, она ближе и давно стала гораздо чище. Плюс дождевая. Для питья родник. И росу собираю.
— У тебя душ есть??? — Она распахнула и без того широкие глаза. — Я думала может просто умывальник какой...
— Бак на крыше нагревается от солнца. Сейчас, кстати самое время, если хочешь. Вон за той дверью. Уже тёплый должен быть.
— Э-э-э-э-э!!! — Издав странный звук, набиравший высоту и громкость ближе к концу, Кира распахнула указанную дверь и действительно обнаружила небольшое помещение, которое я отвёл под душевую.
Обернувшись, она опять издала этот возглас, означавший, видимо, смесь недоверия, восторга и удивления:
— Э-э-э-э-э!!!
Я протянул ей чистое полотенце:
— Давай быстрее. И много не лей, я тоже хочу. Шампунь там на полке травяной, можно использовать. Жоры на него не реагируют, я проверял.
— Э-э-э-э-э!!! — В очередной раз лишившись дара речи, девчонка метнулась к своему рюкзаку, вытащила какой-то свёрток и захлопнула за собой дверь душа. Вскоре зашумела вода и из-за двери снова раздалось приглушённое «Э-э-э-э-э!!!»
Минут через десять, за которые я успел сделать бутерброды из крекеров и тушёнки, а также вскипятить сухим горючим пару кружек с чаем из трав и шиповника, Кира вышла из душа с полотенцем на голове и расслабленно растеклась в кресле.
— Шутни-и-и-к... — Она блаженно прикрыла глаза. — Прости меня за всю херню, Шутник... Ты, мать его, самый лучший старпёр на планете...
— Никогда спеши с выводами. Ещё с утра так бы и было. Но сама слышала... Хотя я не говорю, что ты ошибаешься. Приступай к обеду. Я сейчас.
— Э-э-э-э-э... — На этот раз возглас, полный блаженства и покоя, наоборот понижался и затихал к концу.
Приняв душ, я сменил одежду и натянул чистую маску. И, присоединившись к трапезе, заметил у девчонки в руках найденную книгу:
— Не читала раньше?
— Не-а. Я фантастику не люблю. Жизнь — и так сплошная страшная сказка. Зачем ещё другие истории выдумывать... — Тем не менее, она продолжила листать книжку, рассматривая картинки.
— Ну про бабу-ягу-то ты в курсе. Значит читала сказки. Они помогают отдохнуть и отвлечься.
— Да кто ж про неё не знает... — Она пожала плечами. — А тут про что? Какие-то школьники вон бегают...
— Про будущее. Про путешествия во времени.
— Детская книжка-то... Зачем она тебе? Неужели от чего-то вообще отвлекает?
Я поспешил сменить тему:
— Интересно, а как же ты раньше отдыхала и развлекалась?
— На байке каталась! — Она закрыла и отодвинула книжку, откусив очередной бутерброд.
— В смысле на велосипеде?
— В шмышле на байке! Ма’енькый тырчшык, конешно. — Кира спешно прожевала и проглотила кусок. — На большом только с восемнадцати же можно. Но я всё равно умела. Отец меня ещё в школе научил. Сначала на скутере, а потом я его чоппер тоже освоила, как до руля смогла дотянуться.
— Обычно родители против, когда дети такими рискованными хобби увлекаются...
— А он ко мне никогда не относился, как к ребёнку. Всегда на равных общался. А вот мать — та да. Всё время на него за это ругалась. И вообще... Всегда легко повод находила. Он, наверное, поэтому и ушёл. Надоело, что его ни в грош не ставят. Я бы уехала с ним в Питер... Но тут у меня уже Ромка был... Отец сам сказал, что так нельзя, если он мне правда нравится.