Оракул с Уолл-стрит (СИ)

— Стерлинг, — он встал, протягивая руку. — Чарльз Риверс, «Herald Tribune». Рад, что вы пришли.
— Сложно было игнорировать такую интригующую записку, — ответил я, пожимая его руку и усаживаясь напротив.
— Бурбон? — он кивнул на пустой стакан передо мной.
— С удовольствием.
Риверс сделал знак официанту, и вскоре передо мной появился стакан с янтарной жидкостью. Я сделал глоток. Настоящий выдержанный бурбон, не та разбавленная бутлегерская дрянь, которую обычно подавали в спикизи.
  
— Вижу, у вас здесь особые привилегии, — заметил я.
Риверс улыбнулся.
— Владелец ценит хорошую прессу. И умение держать язык за зубами, когда нужно. — Он наклонился ближе. — Но я позвал вас не обсуждать нюансы Сухого закона.
— Вы упомянули моего отца, — я решил сразу перейти к делу. — И какую-то связь между Харрисоном и Continental Trust.
Риверс внимательно изучал меня.
— Вы не помните нашу последнюю встречу, верно?
Я замер. Вот оно. Провал в знаниях о жизни настоящего Стерлинга.
— Головные боли, — уклончиво ответил я. — После аварии многое… туманно.
— Забавно, — его глаза сузились. — Как раз об этой «аварии» мы и говорили в последний раз. Вы были уверены, что это не было случайностью.
Я застыл на месте. Насколько глубоко я увяз в делах настоящего Стерлинга?
Может, просто встать и уйти? Меня никто не держит.
Но я остался.
— Освежите мою память, — попросил я, стараясь сохранять спокойствие.
Риверс достал из внутреннего кармана пиджака тонкую папку.
— Три года назад ваш отец погиб на своей текстильной фабрике. Официальная версия — несчастный случай. Он якобы упал с лестницы, осматривая оборудование. — Журналист раскрыл папку. — Но странно, что за неделю до этого он отправил письмо своему юристу. Вот копия.
Я взял бумагу и углубился в чтение. Очень интересно. Я даже и не знал о существовании этого письма.
  
Глава 6
 
Презентация
 
Письмо слегка подрагивало в руке. На нем аккуратным почерком было написано:
'Дорогой Генри,
Боюсь, ситуация серьезнее, чем мы предполагали. Расхождения в бухгалтерских книгах указывают на систематический вывод средств через филиал Continental Trust. Следы ведут к Р. Х. и его партнерам. Нужно встретиться немедленно. Возможно, потребуется обратиться к властям.
С уважением,
Эдвард Стерлинг'
Я задумался, не выпуская письмо из рук. Р. Х. — очевидно, Роберт Харрисон.
— Откуда у вас это? — спросил я, чувствуя, как сжимается горло.
— У юриста вашего отца была секретарша с острым чувством справедливости, — ответил Риверс с кривой улыбкой. — Она предоставила мне копию, когда я начал расследование махинаций Continental Trust год назад.
— И что вы выяснили?
— Что ваш отец был прав. — Риверс вытащил еще несколько документов. — Continental Trust использовалась для отмывания денег от манипуляций на бирже. Фиктивные займы, завышенные оценки активов, ложные отчеты о прибылях. Классическая схема финансового мошенничества.
— А Харрисон?
— Вот в чем вопрос, — Риверс постучал пальцем по документам. — Нет прямых доказательств его причастности, но есть косвенные свидетельства. Через подставные компании он контролировал значительный пакет акций Continental. А ваша отцовская фабрика была одним из каналов для легализации средств.
Я изучал документы. Выписки со счетов, копии финансовых отчетов, заметки от руки, сделанные, судя по всему, отцом Стерлинга.
— Это серьезные обвинения, — заметил я. — Но недостаточные для суда.
— Именно, — кивнул Риверс. — Поэтому мне нужна ваша помощь. Вы работаете в фирме Харрисона. У вас есть доступ к информации, которая может стать недостающим звеном.
— И что конкретно вы хотите?
— Документы по сделкам между «Харрисон Партнеры» и Continental Trust за последние пять лет. Особенно меня интересуют записи о встречах Харрисона с руководством Continental в период, когда погиб ваш отец.
Я сделал глоток бурбона, обдумывая ситуацию. Если Харрисон действительно причастен к смерти отца Стерлинга, это меняет все.
С другой стороны, такое сотрудничество с журналистом может разрушить мою карьеру в фирме и подорвать все планы на использование знаний о будущем.
— Вы говорили о моей аварии, — сказал я, меняя тему. — Что тогда произошло?
Риверс помрачнел.
— Вы не помните? Две недели назад вас сбила машина на Парк-авеню. Водитель скрылся. Вы были без сознания почти сутки. — Он понизил голос. — В тот же день вы позвонили мне и сказали, что нашли документы, подтверждающие связь между Харрисоном и Continental Trust. Сказали, что принесете их на нашу встречу. Но встреча так и не состоялась.
Я почувствовал холодок по спине. Значит, настоящий Уильям Стерлинг мог быть убит не случайно, а из-за своего расследования. А я занял его место в самый разгар этого опасного дела.
— Эти документы… — начал я.
— Вы не знаете, где они? — Риверс выглядел разочарованным.
— После аварии многое… перепуталось, — ответил я уклончиво. — Но я продолжу поиски.
— Время уходит, Стерлинг, — Риверс нервно постукивал пальцами по столу. — Мой источник в Continental говорит, что готовится крупная сделка. Харрисон и его партнеры могут замести следы навсегда.
Я осушил бурбон одним глотком. Информация складывалась в тревожную картину. Настоящий Стерлинг расследовал смерть своего отца. Похоже, был готов разоблачить Харрисона. За это его могли попытаться убрать.
— Мне нужно время, — сказал я. — Я только начал работать в фирме. Пока у меня ограниченный доступ к документам.
— Сколько? — нахмурился Риверс.
— Две недели, — ответил я, прикидывая сроки. — К тому времени я должен получить более широкие полномочия. Харрисон уже поручает мне работу с важными клиентами.
Риверс удивленно поднял брови.
— Вы быстро продвигаетесь. Но будьте осторожны. Если Харрисон узнает, что вы копаетесь в его прошлом…
— Я понимаю риски, — кивнул я. — Но и вы должны кое-что сделать для меня.
— Что именно? — он подался вперед.
— Пока не публикуйте ничего о Continental Trust и возможной связи с Харрисоном. Мне нужно время для сбора информации, а преждевременная статья все испортит.
Риверс помолчал, взвешивая мое предложение.
— Хорошо, две недели. Но не больше. И если вы найдете что-то существенное, сразу связывайтесь со мной.
Я кивнул и протянул руку:
— По рукам.
Пока мы пожимали руки, я обдумывал полученную информацию. По всем признакам, Харрисон замешан в финансовых махинациях. Возможно, причастен к смерти отца Стерлинга.
Но за годы работы в финансах я научился не делать поспешных выводов. Прямых доказательств не было, только косвенные улики и предположения.
— Есть еще кое-что, — сказал Риверс, убирая документы. — Записная книжка вашего отца. Вы упоминали о ней в нашу последнюю встречу. Говорили, что там могут быть закодированные записи о Continental.
— Записная книжка? — я попытался выглядеть задумчивым. — Возможно, она среди вещей, которые я еще не разобрал после… аварии.
— Найдите ее, — настойчиво произнес Риверс. — Это может быть ключом ко всему делу.
Музыка стихла, и на сцену вышла стройная темнокожая певица в блестящем платье. Бар затих, когда она запела «St. Louis Blues» хриплым, проникновенным голосом.
— Мне пора, — сказал Риверс, оставляя на столе несколько купюр. — Будьте осторожны, Стерлинг. Если Харрисон действительно причастен к смерти вашего отца, он не остановится перед еще одним «несчастным случаем».
Когда журналист ушел, я остался сидеть, погруженный в размышления. Ситуация становилась все сложнее.
Я пришел в этот мир с четким планом. Использовать знания о будущем крахе рынка, чтобы разбогатеть. Но теперь оказался втянут в расследование возможного убийства.
Я подозвал официанта и заказал еще бурбон. Нужно тщательно все обдумать.
Если Харрисон действительно виновен, я мог бы использовать эту информацию как страховку. Или даже для шантажа, если дела пойдут не так, как планировалось. Но если он невиновен, слишком активное копание в этом деле может разрушить мою карьеру.