Обольщение

– Значит, вы утаили бы правду обо мне от своего собственного брата, чтобы защитить меня?
Джулианна еле заметно улыбнулась:
– Да, я сделала бы это.
– Вы думаете, он выдал бы меня?
– Нет! Он в любом случае не смог бы совершить ничего подобного, потому что мы никогда не сказали бы ему, кто вы.
– Вы ожидаете его приезда в ближайшем будущем?
– Он всегда дает нам знать, когда намерен вернуться. Вам не стоит волноваться на его счет, – заверила Джулианна. Впрочем, неделю назад Лукас не прислал предварительно письмо, он просто появился дома. Но она решила не рассказывать об этом Шарлю.
Он пристально посмотрел на нее и спросил:
– А другой ваш брат?
– Джека совершенно не волнует война, он не склоняется ни к той, ни к другой стороне.
– Неужели? – Француз явно сомневался.
– Джек – контрабандист, месье. Из-за войны взлетели цены на виски, табак и чай – на самом деле выросли цены на многие товары, – и он утверждает, что это выгодно для его бизнеса.
Шарль снова потер шею и вздохнул:
– Хорошо.
Джулианна не осуждала его за все эти вопросы. Разумеется, он хотел как можно больше узнать о членах ее семьи, а заодно и о том, каких политических взглядов они придерживаются. Шарль хотел удостовериться, в безопасности ли он. Джулианна молча наблюдала, как француз массировал шею. Неужели ему было настолько не по себе, что затекло все тело? Хотя как могло быть иначе, в его-то ситуации?
– Не устаю задаваться вопросом, почему Джек привез вас сюда.
Шарль в упор посмотрел на нее.
Когда он так и не ответил, Джулианна, не сумев истолковать суть этого прямого взгляда, объяснила:
– Я не видела Джека с тех пор, как он доставил вас сюда, – он беспорядочно мечется туда-сюда, приходит и уходит. Вот и на этот раз его не было, когда я приехала домой и застала вас здесь в ужасном состоянии. Я до сих пор гадаю, что же произошло. Лукас сказал только, что Джек наткнулся на вас, истекающего кровью, на причале в Бресте.
Шарль явно колебался, желая что-то сказать.
– Я должен кое в чем признаться, Джулианна. Я не помню, как попал сюда.
Джулианна была ошеломлена.
– Почему же вы ничего не сказали? – вскричала она, тут же встревожившись.
– Мы ведь с вами только-только познакомились.
Джулианна не могла принять это объяснение. Почему Шарль не спросил ее, как очутился в этом доме, если ничего не помнил об этом? Как странно! И все же она сильно переживала за несчастного.
– А что вы вообще помните? Есть ли другие провалы в памяти?
– Помню, что меня ранило в битве, – ответил Шарль. – Мы сражались с вандейскими роялистами. В тот миг, когда пуля пронзила мою спину, я понял, что нахожусь в смертельной опасности. Все затуманила боль, а потом я просто провалился в темноту.
Подумать только: гость их дома участвовал в великой битве против вандейских роялистов! А когда Джулианна рассказала ему новости о разгроме противников, он и глазом не моргнул! Ей оставалось только гадать, почему же Шарль не выказал своей радости по поводу победы товарищей – поражение роялистов, безусловно, взволновало его гораздо больше. Выглядело странным, что он встретил новости о последнем сражении с таким безразличием.
– Разве Нант не удален от побережья океана?
Шарль сосредоточенно смотрел на поверхность стола.
– Догадываюсь, что мои люди доставили меня в Брест. Жаль, что не могу этого вспомнить. Они, возможно, оказались там в поисках военного врача – у нас вечно недостает врачей. Вероятно, мы разделились и оказались отрезанными от наших войск. Или, может быть, они оказались дезертирами. – Шарль поднял взгляд на Джулианну. – Существует множество сценариев развития событий. Допускаю даже, что они, добравшись до Бреста, решили бросить меня, оставив умирать.
Джулианна была потрясена. Как же люди Шарля могли бросить его в таком состоянии, обрекая на верную смерть? Неужели они были такими трусами? Теперь Шарль пристально, во все глаза смотрел на нее. Джулианна задрожала.
– Слава богу, Джек вас нашел! Я до сих пор не понимаю, почему он перевез вас в Корнуолл, – воскликнула она, и их взгляды встретились, – но он, возможно, ошибся, приняв вас за такого же контрабандиста. Зная своего брата, полагаю, что он мог в спешке высадиться на берег. Он вечно удирает от какого-нибудь судна или от таможенников. Полагаю, вместо того, чтобы бросить вас умирать, он просто взял вас на борт своего корабля и быстро отчалил от берега. Да и Лукас, должно быть, счел вас контрабандистом.
 
– Независимо от того, что произошло, мне повезло, не так ли? Если бы Джек не спас меня, я не сидел бы сейчас здесь, с вами.
Его взгляд казался глубоким, многозначительным.
– Я тоже очень рада, что он спас вас, – тихо призналась Джулианна. – Рано или поздно Джек вернется домой, и тогда мы сможем узнать, что же произошло на самом деле.
Шарль потянулся через стол и взял Джулианну за руку, вложив ее кисть в свою большую ладонь.
– Сама судьба передала меня в ваши руки, – сказал он. – Разве уже одного этого не достаточно для счастья? Вы спасли мне жизнь.
Его нежный тон волной накрыл Джулианну, только усилив сковавшую ее неловкость.
Когда она взглянула на Шарля, тот вздохнул, отпустил ее руку и принялся снова растирать шею.
– Возблагодари Господь Джека, – тихо добавил он.
Джулианна растерянно наблюдала, как собеседник массирует шею.
Шарль поймал взгляд Джулианны, и его лицо исказила гримаса.
– Думаю, я слишком долго пробыл в кровати. Шея ужасно затекла.
Волнение в душе Джулианны достигло пика. Она могла помочь больному – если бы осмелилась.
– Вам больно?
– Немного.
Сердце Джулианны разрывалось от сочувствия. Ей хотелось утешить Шарля. Но в ее намерении таилось и нечто большее. Она хотела прикоснуться к нему.
Джулианна омывала тело Шарля, пока он был без сознания. Она знала, какова его кожа на ощупь, какие крепкие у него мускулы…
Джулианна замерла на месте, на несколько секунд утратив способность дышать.
Потом она медленно поднялась с места, едва ли способная поверить, что решится на такую смелость. Сейчас она чувствовала себя другой женщиной – старше, мудрее и опытнее. Джулианна, которую она знала, – которую знали ее близкие и друзья, – никогда не совершила бы того, что она сейчас задумала.
Безжизненные, вялые глаза Шарля стали настороженными.
Джулианна прошептала:
– Я могу помочь облегчить вашу боль, месье?
Он поднял на нее глаза:
– Да.
Джулианна обошла стол, направившись к Шарлю.
Изумленная собственной дерзостью, она подошла к нему сзади. И начала растирать его шею.
Шарль издал низкий, гортанный звук. Это было нечто необычайно мужское и необычайно чувственное.
Волна желания тут же снова нахлынула на нее. Все остальные мысли разом вылетели из головы, и Джулианна принялась сильнее давить на затекшие мускулы его шеи большими пальцами, пытаясь не трепетать всем телом, стараясь не дышать… И, продолжая свой нехитрый массаж, она почувствовала, как окостеневшие мускулы немного смягчились, а голова Шарля откинулась назад.
Если он и понял, что положил голову на ее груди, то виду не подал.
Утром Джулианна несколько раз пыталась справиться о самочувствии Шарля, но он спал. Бедняга по-прежнему восстанавливался после серьезного ранения и последовавшего в результате заражения – и прошлым вечером Джулианна не покидала его спальню до половины одиннадцатого.
Джулианна задумчиво прикусила губу. Был уже полдень. «Сердце колотится, как у глупой девчонки», – подумала она, остановившись в коридоре у двери Шарля. Интересно, она все это придумала или между ними действительно происходит нечто восхитительное? Шарль счел ее красивой – он говорил об этом, причем несколько раз. Он чувствовал ее так же тонко, как она – его. А еще они оба были пылкими революционерами. Что, если они полюбили друг друга?
Ах, если бы у Джулианны было больше опыта в амурных делах! Никогда прежде она не интересовалась кем-либо вот так. Нет, подобные чувства не могли быть невзаимными!