Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов–2

– И королём, который принял соответствующий закон, позволяющий одарённым простолюдинам поступать и учиться в Королевской целительской академии на бесплатной основе!
– Не без этого, – хмыкнул Веснушка. – Ладно, ты иди домой. У меня ещё ПЛ (портовая лечебница).
– И на кой тебе туда таскаться? Платят крохи, всегда уйма больных, шум, гам, беспорядок. Все что-то орут, требуют.
  
– Я родился в том районе. Это мой долг. Тамошние люди когда-то крепко помогли моей матери после пожара, – нахмурился Шон и Стив понял, что зря затронул эту тему.
– Хочешь, я тебе сегодня там помогу? – само собой сорвалось с губ. Брэдли, запоздало осознав, что сказал, чуть не прикусил себе язык с досады, но слово не воробей, как говорится.
– Вижу, что ляпнул, не подумав.
Блондин облегчённо выдохнул.
– Но будет тебе впредь наука – не мести языком. Поэтому твоё предложение принимается. Переодевайся, друг мой, и в путь!
Стив, нечего делать, с тяжким вздохом потащился к вещевому шкафу.
Тем временем Кристофер Донован спустился на первый этаж. Но Максимилиана с его спутниками там, увы, не застал.
– Мартин, – окликнул он младшего помощника целителей, – ты не знаешь, куда направился лорд Грей?
Тот мигом ответил:
– Они пошли в палату миссис Браун.
– Мог бы сам догадаться, – с лёгкой досадой под нос пробормотал Крис и поспешил в западное крыло.
Палата, в которой разместили мать мастера Тома Брауна, была небольшой, но чистой и светлой. Простая кровать с двумя подушками, тумбочка, пара стульев, да симпатичный коврик у входа. Единственным украшением служили свежие цветы в вазе на подоконнике – явно принесённые сыном пациентки.
Миссис Браун: худая женщина лет пятидесяти с преждевременно поседевшими волосами, полусидела, опираясь на подушки. На её измождённом лице выделяли большие грустные глаза, под которыми пролегли синеватые тени. Дышала она тяжело, с усилием.
Незнакомка, приехавшая с Греем, как раз что-то спрашивала у хворой. Между прочим, его подопечной! Лёгкая ревность кольнула сердце. Но Донован сдержался, тихо скользнул в приоткрытую дверь. Правда, его появление не осталось незамеченным – две пары глаз внимательно следили за его передвижениями. Макс приветливо кивнул, акацукиец сдержанно склонил голову. Брюнетка же не заметила появления нового лица, внимательно слушая разговор золотоволой и миссис Браун.
Крис тоже превратился в слух, но расспросы уже подошли к концу, и девушка принялась за… Осмотр!
Мастер-целитель едва сдержал удивлённый возглас: женщина безо всякой брезгливости трогает больного… при это удивительно профессионально! И даже так, как он никогда не делал.
Прекрасная незнакомка ощупала руки и ноги миссис Браун. Живот. Особое внимание уделила синим векам вен и центру грудной клетки.
– Итак, – звонкий, чистый голос наполнил помещение, – пальпация показала следующее: верхушечный толчок сердца смещён влево и вниз. Печень выступает из-под края рёберной дуги на три пальца, плотная, болезненная – явный признак застоя. Перкуссия: расширение границ сердца влево и вправо. Над лёгкими притупление в нижних отделах – вероятно, также застойные явления. Аускультация: тоны сердца глухие, выслушивается третий тон – характерный ритм галопа. В лёгких, в нижних отделах, влажные хрипы. Пульс: частый, слабого наполнения, сто десять ударов в минуту. Артефакт показал давление девяносто пять на шестьдесят.
– Лод Грей, можно ваше Всевидящее око? – протянула она руку Максу, тот мигом вложил в хрупкую ладонь с длинными пальцами магический анализатор.
И снова стало тихо: молодая женщина замерла с прижатым к груди больной Оком.
– Так, – несколько минут спустя, изучив полученные данные, заговорила вновь, – все камеры сердца расширены, особенно левый желудочек. Стенки истончены, сократимость миокарда заметно снижена. В лёгких визуализируется застой, что подтверждает проведённый мной визуальный осмотр. Сатурация составляет восемьдесят девять процентов, значит, у вас, миссис Браун, дыхательная недостаточность. На основании характерных симптомов и данных магической визуализации диагноз очевиден – дилатационная кардиомиопатия.
– Э-это излечимо? – выдохнула с трудом матушка Тома.
Крис же нахмурился – это название болезни ему совершенно ни о чём не сказало. Слова-то какие мудрёные взяли! Могли что попроще придумать? Мягкое сердце, например.
– Да. Ведь лорд Максимилиан не зря так далеко уезжал. Он нашёл растение, и настойка на его основе поможет вам встать на ноги.
– О, милостивый Всевышний! – губы миссис Браун задрожали, на глазах показались слёзы.
– Не плачьте, – мягко обхватив руки больной, поспешила её успокоить блондинка. – Вам ни в коем случае нельзя волноваться. Помогите нам в этом, а всё остальное мы сделаем сами.
– С-спасибо, – две горячие слезинки покатились по серой морщинистой коже.
– Аоки-сан, прошу вас, составьте компанию мадам Мэри, пока я переговорю с лордом Греем.
– Хорошо, Белла-сан, – кивнула жгучая очень красивая брюнетка.
Белла развернулась на выход и только тут заметила тихо замершего в дальнем углу высокого мужчину.
– Добрый день! – приветливо улыбнулась она.
– Добрый… А вы, собственно, кто такая? И почему имеете наглость осматривать мою пациентку?
 
Глава 7. Не с той ноги встал?
 
– Не с той ноги встал? – каким-то непостижимым образом Максимилиан оказался между мной и незнакомцем. – А-а… – протянул он, будто бы о чём-то догадавшись, – ты с дежурства? Но это обстоятельство никак не должно отражаться на простой вежливости. Не забывайся, мастер Донован. Леди Элисон – моя гостья, более того, коллега, – обычный мягкий, слегка насмешливый голос Грея вдруг резко переменился, став острее стали. В палате будто на несколько градусов опустилась температура – таким холодом повеяло от моего работодателя.
– Я позволил леди Изабелле осмотреть пациентку. Надеюсь, ты помнишь, что миссис Браун и моя подопечная тоже. В равной степени. Именно мои артефакты поддерживают её жизнь вот уже сколько времени.
К холоду помещения добавилась неприятная вязкая тишина. Даже мне вдруг стало не по себе, будто это меня отчитывают.
– Да, ты прав, – явно преодолевая внутреннее сопротивление, всё же ответил некий Донован. – Позволь извиниться перед твоей гостьей.
Всё это время я стояла за широкой спиной Грея практически неподвижно. Страсть, как хотелось качнуться в сторону, чтобы посмотреть на выражение лица хама, но я держалась.
Макс плавно отступил, открывая обзор, и я встретилась глазами с незнакомцем.
– Леди Элисон, прошу простить меня за грубость, и не держите обиду, – мужчина учтиво склонил голову. – Меня зовут Кристофер Донован, мастер-целитель, заведующий отделением внутренних болезней и оперативного врачевания Королевской лечебницы.
– Приятно познакомиться, – спокойно ответила я. – Леди Изабелла Элисон, врач оперативной медицины. Прибыла к вам издалека. И да, я понимаю вашу реакцию: кто-то буквально с улицы, заявляется без всякого предупреждения и что-то делает с больным человеком. Тут и навредить недолго. Поэтому никаких обид, – я на самом деле так думала. И пусть он накинулся на меня, как коршун на полевую мышь, не выбирая выражений, я не хотела раздувать из такой мелочи скандал. Мне не нужен враг в лице этого человека.
– Благодарю за понимание, – в карих глазах мелькнуло удивление – целитель не ожидал от юной девушки столь рассудительного ответа.
Донован был чуть ниже Максимилиана, метр восемьдесят, плюс-минус, уже в плечах и гораздо худее. Высокий, гибкий, с чёрными как смоль волосами и проницательными тёмными глазами – заведующий двух отделений производил впечатление человека, полностью поглощённого своей работой. Его возраст было сложно определить точно – где-то между тридцатью и сорока. Одетый в белоснежную мантию с серебряной окантовкой, он держался с достоинством, присущим его высокой должности. Несмотря на усталость после ночного дежурства, его взгляд оставался внимательными и цепкими. Настороженность и некоторая резкость в общении выдавали в нём человека, привыкшего отстаивать своё положение в обществе. Уверена, в Королевской лечебнице каждый день шла борьба не только за жизни пациентов, но и за место в больничной иерархии.