Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов–2
Вместо того чтобы встать в очередь, мы её обогнули и подошли к левой двери. Там не было толкотни, и вообще пусто.
Внутри здание поражало простором и строгой элегантностью: высокие потолки, мраморные полы, стены, обшитые тёмными деревянными панелями. В воздухе витал запах бумаги, чернил и какой-то особой чопорности, присущей правительственным учреждениям во всех мирах.
Зала была условно разделена на квадраты: кто-то стоял с квитками у столов, стоявших по периметру дальней стены, и что-то возбуждённо доказывал работникам в тёмных пиджаках; кто-то бегал туда-сюда, явно в поисках каких-то кабинетов, кто-то уверенно шагал на второй этаж, другие вниз. Всё это сопровождалось естественным гулом, шумом и суетой.
Максимилиан же уверенно вёл нас по коридорам, следуя за чиновником. Все, кто встречался нам на пути, почтительно ему кланялись, было заметно – лорда Грея здесь хорошо знают.
Когда я уже думала, что мы никогда не доберёмся до цели, как за следующим поворотом вдруг остановились. От неожиданности я чуть не налетела в Макса, но тот успел меня придержать, вовремя обернувшись. Будто у него глаза были ещё и на затылке.
– Пришли, – подмигнул он и отошёл в сторону, давая мне прочитать:
"Отдел регистрации иностранных подданных", – значилось на дубовой двери золочёными буквами.
В просторном кабинете нас встретил седой клерк в строгом сюртуке. Перед ним на столе лежала внушительная стопка бумаг.
– Мастер Шарль, лорд Грей прибыл, – позвал его мистер Рэт.
Старик поднял глаза: половинки очков на его крючковатом носу равнодушно блеснули в свете настольной лампы, которая почему-то горела, несмотря на лучи солнца, заливавшие кабинет.
– Доброго дня, – проскрипел клерк, едва заметно кивнув. – Документы готовы. Осталось вписать даты и места рождения прибывших, и расписаться.
Он раскрыл какую-то толстую книгу в кожаном переплёте. Каждое слово сопровождалось тычком кривого пальца по желтоватой, шершавой бумаге. Я обратила внимание на его утолщённые фаланги.
– Сильно болит, мастер Шарль? – вырвалось быстрее, чем я успела подумать.
– О, юная леди, я уж привык, – он удивлённо поглядел на меня, приподняв седые кустистые брови.
– Какое-нибудь лечение получаете?
– Раз в неделю непременно хожу на процедуры в КЛ, – проскрипел мужчина. – Становится полегче, но и только. Стар я уже, хворь не убрать, полностью не излечиться.
Я задумчиво на него покосилась, после чего, молча подтянув к себе фолиант, вчиталась в несколько скупых строчек:
"Сей документ подтверждает:
Подданная иностранного государства Изабелла Элисон, рождённая в городе (…), земли (…), в день (…) месяца (…) года (…) от Второго Рассвета, прибывшая в Королевство Альбирион из Империи Акацуки, получает право временного проживания на территории королевства Альбирион сроком на один год с правом продления.
По истечении трёх лет проживания на территории Королевства Альбирион становится его подданной, если не последует иного королевского указа, либо ранее через заключение брака с подданным Королевства Альбирион".
Ниже уже стояла подпись чиновника, рядом с ней шла пустая строка для моего работодателя, и третья была предназначена уже для меня.
– Есть ли у вас вопросы, леди Элисон? – уточнил мастер Шарль.
– Нет, всё предельно ясно, – кивнула я.
– Прошу вас, диктуйте, – клерк вынул из подставки дип-пен, обмакнул его в пузатую чернильницу и замер, ожидая от меня информацию, которую он должен был вписать в пустующие графы.
Я давным-давно придумала не существую в этом мире страну – путешествия в поисках новых материков здесь уже практиковались, но всё же пока оставались пятна, куда ещё никто не добирался.
Скрупулёзно всё записав, старичок отдал перо Грею. Максимилиан размашисто вписал своё имя, и настала моя очередь ставить подпись.
Также нам выдали отдельную грамотку с моими данными и нашими подписями. На белой бумаге, завораживающе переливаясь на свету, стояла крупная печать.
– Этот документ останется у вас, леди Элисон, – старик аккуратно свернул бумагу трубочкой и обвязал её алой лентой.
– Спасибо, – кивнула я, забирая свиток.
Дальше ту же процедуру прошла Аоки, у неё была вымышленная ещё в Акацуки фамилии. Для мужа она мертва, здесь, на Альбирионе, для неё начиналась новая жизнь.
– Желаете пройти испытание на древность рода? – с глухим стуком закрыв книгу, уточнил мастер Шарль.
– Желаю! – решительно ответила я. Аоки, чуть поколебавшись, тоже кивнула.
– Запишу вас на завтрашний день, сразу после завершения Малого совещания в Палате лордов.
"Малое совещание" – значит, без участия Его Величества.
Грей уже рассказал нам о том, как и где всё происходит: в Парламентском дворце Краунхейвена, когда все члены в сборе, претендент касается Кристалла Родовой Памяти (один из древнейших артефактов, сохранившихся со времён Первого Рассвета. Он способен видеть магические нити, связывающие поколения, и устанавливать древность рода по силе этих связей), после чего тот загорается определённым светом.
Золотое сияние ближе к алому – древнейшие роды Первого Рассвета, кровь королей, золотистое без красных оттенков – древнейшие роды Первого Рассвета. Серебристое – благородные семьи раннего Второго Рассвета. Синее – молодая аристократия (не старше трёх столетий). Зелёное – дворянские роды без древней истории. Фиолетовое – кровь простолюдинов.
Мы вежливо распрощались с мастером Шарлем и покинули кабинет.
– Вы снова удивляете, – шепнула я Максимилиану.
– И чем же? – притворился тот ничего непонимающим.
– Разве так бывает: приходишь, расписываешься и уходишь. Всё заняло, считай, десять минут. Отвечу: в подобных местах такое что-то за гранью фантастики.
– Вы явно близко знакомы с бюрократической системой, – усмехнулся Грей.
– Увы, – вздохнула я.
– Да, я отдал нужные распоряжения ещё вчера. Когда есть прикормленный человечек, жизнь становится в разы легче, – негромко добавил он, многозначительно покосившись на прытко шагающего впереди мистера Рэта.
После Грей оплатил госпошлину, и мы, наконец-то, покинули этот муравейник.
– Чем хотите заняться сегодня? Предлагаю обновить ваш гардероб, леди, – и посмотрел на меня вместе с Аоки. – Аоки-сан, я понимаю, что вы привыкли к другим нарядам. Но сейчас вы в иных условиях. То же самое касается и вас, Кэнсин-сан. Но я не настаиваю.
– Максимилиан-сама, я бы хотел носить только то, к чему привык, – отрицательно качнул головой мой ученик.
– Ваше право. Но, поскольку ваши вещи остались в порту Рюсейто, закажем одежду и для вас.
– Благодарю, Максимилиан-сама. Я сам за всё заплачу, монеты остались при мне. Дядя обещал снабжать меня деньгами раз в три месяца, поэтому занимать не придётся.
Я посмотрела на молодого Цурукву, а ведь он симпатичный малый. Экзотическая внешность, высокий рост, острый пронзительный взгляд тёплых карих глаз – вскоре, я уверена в этом, у него от девушек отбоя не будет.
Глянула на Аоки. Но она всё это время оставалась равнодушна к молодому земляку. Относилась к нему чисто по-дружески, или как старшая сестра к брату. Впрочем, подруга так много пережила, что ей точно не до любовных утех и завязываний новых отношений.
– Я хочу носить наряды, принятые в Альбирионе, – подала голос Аоки. Я удивлённо на неё покосилась, возможно, ей будет так легче адаптироваться? Отринув прошлое, чтобы ничего не напоминало о пережитом? Не знаю.
– Тогда решено! – кивнул Макс. – Едем к модистке, мадам Генриетте Лавлейс. Уверен, она сможет пошить гардероб по вашему вкусу. Главное, чтобы ваши желания оставались в рамках принятой здесь моды, – он говорил и при этом смотрел только на меня.
Ох уж эти его многозначительные взгляды! В них так и читалось: "Леди Белла, я знаю о вас всё!".
– А после салона модных платьев предлагаю посмотреть дома, где вы сможете жить с комфортом.
Глава 10. Белый Лев
Интерлюдия