Император желает услышать «Да»

Похоже, мой план «быть неинтересной» для определенных глаз провалился.
Я буду интересной для всех, кто видит мое лицо, потому что это лицо здесь априори ненавидят.
Это плохо. И то, что я раскрыла свои умения, – плохо. Радует только одно: с таким отношением к моему народу император вряд ли будет ждать моего появления в его гостевом дворце.
Это просто невозможно.
– Эй, я тебе понравился? – слышу вопрос Данли себе в спину и игнорирую его, понятия не имея, с чего он это взял.
  
Захожу на кухню, беру поднос с едой, которой и впрямь оказалось не так уж много, и иду к покоям герцогини на втором этаже. В дверь стучусь носком дорожных ботинок. Алинэ, наверно, в обморок упадет, когда увидит эту грязь.
– Ты почему так долго? Я едва не начала есть свои платья! – возмущается моя подопечная, когда дверь открывается безымянной служанкой.
– Тебя как звать? – спрашиваю у бледной девчушки, судя по виду, совсем недавно закончившей таскать вещи герцогини с зеленой травки перед входом во дворец до покоев наверху.
Выглядит девочка, мягко говоря, не очень.
– Лулу, – отвечает она.
– Бери поднос, Лулу, и поставь на тот столик у окна. – Передаю ей ношу.
За подносом с напитками решаю спуститься сама: моя напарница явно не выдюжит еще один заход по ступеням.
– А ты куда? – требовательно спрашивает Алинэ.
– Ты есть всухомятку собралась? – холодно спрашиваю в ответ, вызывая испуг на лице у Лулу и одновременно увеличение ее глаз.
– Нет, – хмурится Алинэ.
– Тогда глупых вопросов не задавай, – отрезаю я и уже иду к дверям, когда в них раздается стук.
Открываю послу и отхожу в сторону.
– Его величество сегодня не сможет принять вас. Но завтра с утра за вами отправят карету, – с ходу произносит тот.
– О! Так мы отправимся в главный дворец? – едва не подпрыгивает Алинэ, складывая ладошки перед грудью.
Холодный дворец… не место для герцогини.
Тем более для юной и бестолковой герцогини Даронской, которая отправится туда без какой-либо защиты.
Это плохо. Очень плохо. Так… кажется, я повторяюсь…
Это хуже некуда!!!
– Все верно. Император пожелал принять вас именно там. На этом я с вами прощаюсь, – без эмоций чеканит посол и тут же скрывается за дверьми.
Поворачиваю голову и смотрю на счастливую Алинэ.
– Он отменил сегодняшнюю встречу, – напоминаю ей.
Вообще-то, император отменял встречи уже дважды! Нечему тут радоваться!
– Я попаду в Холодный дворец! – сверкает глазами Алинэ.
– Не замерзни там, – бросаю ей. И ловлю соусницу, летевшую на пол с покосившегося подноса бледной как смерть Лулу.
Совсем слаба девочка.
Забираю у нее поднос, несу на стол, затем беру служанку за руку и вывожу в коридор.
– Все, что ты слышишь и видишь в этих покоях, должно остаться при тебе, – произношу спокойным голосом, едва не волоча ее за собой. – Если хоть что-то дойдет до ушей местных слуг или чего хуже – посла императора… – останавливаюсь в углу и прижимаю ее к стене одним четким движением, – обратно ты уже не вернешься. Кивни, если поняла, что это не самая радужная перспектива.
Лулу кивает, глядя на меня своими оленьими глазищами.
– Теперь кивни, если поняла, что в северной столице ты жить не останешься, – предлагаю ей.
И получаю очередной кивок.
– Ну вот и славно. Предатели нам не нужны. А союзники – очень даже. Если хорошо проявишь себя – вернешься на родину и будешь до конца дней жить в достатке. Кивни, если поняла…
– Я поняла, – активно кивает Лулу.
– Отлично! – восклицаю, легонько хлопнув ее по плечу, и иду на первый этаж.
– А мне куда?.. – слышу неуверенный голос служанки.
– Тебе за мной. И вообще… всегда держись рядом. Северяне только выглядят привлекательно. Если ты наблюдательная – должна была заметить, как тут к нам относятся.
– Я заметила. И буду держаться рядом.
Вот и хорошая девочка!
 
Глава 3
 
Серьезный просчет
 
Когда захожу на кухню, тут же замечаю в углу молодого человека весьма странной для севера наружности: непривычно худ, бледен, простая черная одежда и длинные черные волосы… но такие черные, что даже цвет одежды по сравнению с ними кажется то ли блеклым, то ли выцветшим. Молодой человек сидит на стуле в не менее странной позе – едва не свернувшись в узел. И смотрит он исключительно на меня.
– Служанка герцогини Даронской по имени Ная? – произносит высокий и плечистый военный, присутствие которого волнует меня не столь сильно, как присутствие того, в углу.
– Да, это я, – отвечаю, бросив взгляд на стоявшую спиной ко мне старуху Ки.
Виновато поглядывающий на меня Данли завершает картину «Здесь происходит что-то серьезное».
– Я вынужден допросить вас по факту нападения на слугу его величества, – сухо произносит военный – мужчина лет тридцати пяти, одетый в кожаные штаны и меховой жилет на голое тело.
Посмеялась бы над тем, что меня собирается допрашивать полуголый воин из фантазий Алинэ, но что-то мне совсем не смешно.
– С готовностью отвечу на все ваши вопросы, но прошу позволения отпустить Лулу: она должна отнести наверх напитки. Посол его величества запретил герцогине покидать покои, и без помощи слуг госпожа может испытывать некоторые трудности… – мягко произношу, чуть склонив голову.
Вояка косит глазом на худого человека в углу, но тот его полностью игнорирует.
– Да, конечно. Гости его величества не должны испытывать неудобств, – кивает мой дознаватель и указывает Лулу на поднос.
Ха. Это все, что я могу сказать по поводу услышанного.
Девчушка устремляет на меня испуганный взгляд, то ли ожидая решения, то ли реагируя на известие о моем нападении на местных слуг. Едва заметным кивком отправляю ее с кухни. Хочу напутствовать, что некоторые вещи нужно держать в тайне от герцогини, но, боюсь, Лулу не сумеет сохранить секрет: ее лицо слишком красноречиво, а Алинэ слишком наблюдательна.
Когда за служанкой закрывается дверь, я чуть расслабляюсь. Хоть кто-то останется рядом с моей подопечной на случай моего задержания.
– Итак, около часа назад вами было совершено нападение на помощницу кухарки, вследствие которого та лишилась возможности двигать ногами, – начинает военный, цепко глядя на меня. – Вы не отрицаете этого факта?
Интересно, почему он мне выкает?
Внимательно смотрю на вояку, размышляя, стоит ли задать вопрос вслух – или пока достаточно будет просто плыть по течению?
– Все так и было, – киваю, опуская взгляд.
Данли уже наверняка успел передать всю информацию своему начальству. Соврать не получится.
Но и умничать нельзя – потому после признания замолкаю.
– Вы… не скажете ничего в свое оправдание? – слегка удивленно уточняет военный.
– Данли и старуха Ки присутствовали во время нападения. Уверена, они рассказали вам все обстоятельства, – отвечаю ровно.
Думали, я начну ругать северян за грубость и утверждать с пеной у рта, что она сама виновата?
Конечно, виновата. Но об этом не мне судить.
В данном случае лучше быть тише…
– Их показаний недостаточно. Я жду вашего ответа, – спустя некоторое время произносит военный.
Любопытно, какой у него чин? И зачем вообще пришел этот человек? Так процесс допроса не проходит…
И чего это мы каждый раз такую паузу выдерживаем перед вопросами? Неужели постоянно взглядом у начальства уточняем, о чем спрашивать можно, а о чем нельзя?
  
– Если вы хотите услышать, с чего все началось, – протягиваю я, решив хоть немного структурировать свой собственный допрос, – то вот как это было… Я пришла уточнить, когда будет обед, но ответ получила не сразу: помощница кухарки сперва решила объяснить мне, какие порядки нынче в гостевом дворце. Ей это показалось важным, поэтому я ее выслушала. Но когда она, доверившись слухам, назвала меня блудницей, я не сдержалась и подняла на нее руку.