Император желает услышать «Да»

– Понятия не имею, – отвечаю и иду смотреть наш «укромный уголок».
Хм… тут даже две кровати есть, а не сено на полу раскидано… И небольшой комод в углу стоит – попрочнее на вид, чем в гостиной.
Похоже, к слугам северяне относятся лучше, чем к их господам.
– А за едой когда можно будет сходить? – протягивает Алинэ, заглядывая в нашу комнатушку.
Нет, ну, она явно почву прощупывает! Пытается понять, на что я соглашусь, а от чего точно откажусь в качестве ее «подчиненной».
  
Или я надумываю?..
– Ты уже проголодалась? – Смотрю на нее тяжелым взглядом. – Скоро встреча с императором.
Широко раскрытые глаза, полные ожиданий, вынуждают меня глубоко вздохнуть…
– Хорошо, за едой я могу сходить, – протягиваю, забросив сумку под дальнюю кровать.
В конце концов, мою легенду должны подтверждать хоть какие-то реальные действия…
– Спасибо большое! Я скажу своей служанке, чтобы помогла тебе разобрать вещи! – хлопнув в ладоши, радостно отзывается юная герцогиня.
– Ни в коем случае! Мою сумку могу трогать только я, – предупреждаю всерьез. – Лучше имя ее узнай. И объясни, какие у нее теперь обязанности.
– Точно! Так и сделаю, – кивает самой себе Алинэ, словно запоминая сложное задание…
Еще раз тяжело вздыхаю и выхожу из покоев. Хорошо, что на мое перемещение по дворцу не наложено никаких запретов. Мне это, конечно, не помешает делать то, что я планирую, но целыми днями сидеть взаперти в компании юной герцогини и неопытной служанки – развлечение так себе.
Спускаюсь вниз и иду на запах. Не знаю, есть ли в гостевом дворце кто-то кроме Алинэ, но еду готовят явно не для слуг: слишком богатые ароматы.
Хоть с этим проблем не возникнет…
На просторной кухне орудовали двое: седая кухарка и ее молодая помощница, явно не допущенная до самого процесса готовки.
Однако в ее руках был нож – и им девица работала очень умело.
– Добрый день, – здороваюсь, рассматривая утварь.
– А это у нас кто? – поворачивается ко мне помощница, прокручивая тесак в руке, а затем отрубая голову общипанной птице.
– Меня зовут Ная. Я служанка герцогини Даронской. Пришла узнать, когда будет обед, – достаточно вежливо произношу я.
Затем жду едва не полминуты, пока мне хоть кто-нибудь соизволит ответить…
– Что за герцогиня? Ты знаешь такую? – лениво протягивает помощница и переводит взгляд на кухарку, но та лишь молчаливо качает головой.
– Вам необязательно знать ее, просто скажите, когда будет готов обед, – замечаю ровным голосом.
Теперь становится понятным предупреждение посла о количестве приемов пищи. Удивительно, если с таким отношением нас вообще накормят.
– Ишь, какая голосистая! – резко воткнув тесак в разделочную доску, бросает мне помощница кухарки. – Ты откуда такая взялась, чтобы говорить нам, что обязательно, а что необязательно?
Прищуриваюсь, пристально глядя на эту девицу. Черноволосая, как большинство жителей империи, и поджарая, она то ли видит во мне соперницу, то ли не любит лично герцога и его дочь.
– Ты работаешь в гостевом дворце императора и не знаешь, в какой стороне находится герцогство Дарон-Гицы? – уточняю без эмоций.
– Восток, – сплюнув на пол, цедит девица и начинает разделывать птицу.
Так, ясно. Она не любит восточное направление в целом.
– Я получу ответ на свой вопрос? – стою на своем, даже не думая реагировать на эту грубость.
Полы тут мыть все равно не мне.
– Вот скажи мне, старуха Ки, почему мы должны обслуживать всяких ублюдочных отпрысков проклятых цаянских земель? – взглянув на кухарку, вопрошает девица.
Пораженная услышанным, стою и не двигаюсь. Потому что, если двинусь, кому-то станет больно.
– Держи язык за зубами, Юйци, – впервые решает ответить вслух кухарка и бросает на меня короткий взгляд. – Обед будет через час. А сейчас уходи.
Та-а-а-ак… это враждебное отношение – то, с чем мне придется постоянно сталкиваться? И ведь даже нашу служанку сюда вместо себя не пошлешь – ее же просто съедят и не подавятся!
– Благодарю, – напряженно отвечаю я и хочу выйти из кухни, но в дверях вырастает громила с размахом плеч шириной в проход.
– А это кто тут у нас? – почти слово в слово повторяет воин вопрос Юйци.
Братик ее, что ли?..
– Служанка герцогини Даронской, – решаю ответить.
Потому что если это сделаю не я, то меня представят так, как сочтут нужным. И, боюсь, это представление мне очень не понравится…
– И за что служанка герцогини Даронской вас благодарит? – стоит на месте этот громила, даже не думая пропускать меня.
– Похоже, она благодарит нас за то, что я назвала ее ублюдочным отпрыском проклятых цаянских земель! – хохочет Юйци.
Медленно разворачиваюсь к девушке.
– Что, скажешь, твоя белая башка, черные брови и молочная кожа – случайный подарок судьбы? – грубо бросает мне та.
– Я не отрицала, что во мне есть эта кровь, – мягко произношу, пристально глядя на нее.
– Тогда чего глазами своими сверкаешь? – презрительно фыркает помощница.
– Что конкретно тебе сделало государство Цай? – спрашиваю ровным голосом.
– Юйци, Данли, заканчивайте. А ты, служанка герцогини, ступай отсюда. И в следующий раз вместо себя другую девушку отправь: не нужны мне здесь конфликты! – грозно произносит кухарка, и я впервые замечаю знакомые черты на ее лице.
Так она ж сама с востока! Совершенно точно. Только почему-то заступаться за меня не торопится. И, похоже, скрывает свои корни – благо поседевшие волосы позволяют.
– Да, не место здесь цаянским шлюшкам, – фыркает Юйци, когда Данли послушно делает шаг в сторону от двери, освобождая проход.
– Повтори, – предлагаю сухо, не двигаясь с места.
– Я говорю: не место на кухне цаянским ш… – Фразу Юйци не заканчивает, невольно сплюнув кровь от хлесткой пощечины.
– Как?.. – теряется Данли, рядом с которым я стояла еще секунду назад.
– Ты что… ударила меня? – недоверчиво переспрашивает девица.
– Хочешь удостовериться? Повтори сказанное ранее, – предлагаю ей совершенно спокойно.
– Да я тебя сейчас!.. – Юйци велением воли поднимает в воздух все ножи на столе, а до меня доходит, что передо мной – стихийница.
Разумеется, ветер…
Ну, замечательно. Теперь понятно, чего она была такой самоуверенной и дерзкой. Стихийников с подобной силой нынче появляется все реже; а если учесть, что исторически они рождаются исключительно на этой холодной земле, Юйци должна чувствовать себя едва ли не принцессой севера.
Впрочем, меня это мало волнует.
– Ну попробуй, – вновь предлагаю, не меняясь в лице.
– Юйци! Остановись! – требовательно произносит старуха Ки, но в меня уже летят отлично заточенные орудия кухонного убийства.
Ухожу с их траектории, мягко поворачивая корпус.
– А это еще что такое? – еще больше хмурится Данли, глядя на меня.
– Ты закончила? – уточняю у Юйци.
– Закончила? – сводит брови та.
И падает на пол, не имея сил удерживать свое тело вертикально.
Люблю эту хитрую точку на теле. Точнее, люблю на нее нажимать, когда кто-то сильно бесит.
– Что ты с ней сделала! – изумленно восклицает старуха Ки, пропуская Данли, летящего своей подруге на помощь.
Я к тому моменту уже стою с другой стороны кухни, сложив руки на груди.
– Через пару часов она сможет почувствовать ноги. К вечеру уже будет стоять… возможно, – произношу ровным голосом. – Что касается обеда и ужина – за ними на кухню приду я. И вообще… сюда буду приходить только я. Так что будьте морально готовы. Если выясню, что вы испортили еду или еще как решили досадить герцогине и ее слугам…
– Никто здесь не будет портить пищу! – строго выговаривает мне старуха Ки. – Не под моим руководством! Так что нечего запугивать меня и моих людей!
  
Это кто тут кого запугивает? Если бы я не постояла за себя, меня бы проткнули ножами!
Ничего не отвечаю и ухожу с кухни. Но наверх не иду: мне нужен воздух, чтобы остыть. Потому нахожу дверь для слуг и выхожу во внутренний двор.