Измена. Рога тебе к лицу! (СИ)
Измена. Рога тебе к лицу!
Айрин Лакс
Глава 1
Алла
— Что было на мальчишнике, изменой не считается! — хвастливо произносит муж.
Проходя мимо игровой, где вовсю надымили мужики, я замираю.
По идее, я попрощалась с ними ещё полчаса назад, сказав, что отправилась спать. Но чёртов перфекционизм не позволил мне пройти мимо неубранного стола, а потом ещё эти крошки….
Словом, я хотела всего лишь чуточку, самую малость протереть, но в итоге затянула с уборкой.
И сейчас, с чистой совестью, направлялась наверх.
Но вот…. интересный обрывок разговора заставил меня прислушаться.
Дверь открыта. Слышится удар бильярдных шаров, и Герасимов Ермак, которого все просто называют Гера, хвалит моего мужа.
— Вот это удар! Загнал в лузу хорошенько.
— Это ещё что… — хмыкает мой муж. — Я и не в такие лузы недавно шары загонял.
Узнаю эти самодовольные интонации, когда муж похвастаться хочет.
Если сейчас будет рассказывать про наш секс, я его потом отчихвостю, но не слишком рьяно. Все-таки приятно, если муж о тебе может похвалиться… Приятно.
Но неожиданно муж заявляет:
— Показал молодняку, как надо. На мальчишнике Аркаши.
Аркаша — наш сын. Он женится скоро. Буквально вот-вот!
После фразы мужа о мальчишнике слышится пошлый звук.
Как будто муж сомкнул кулак и хлопает по нему второй ладонью, демонстрируя, как именно он показал.
— Ни хрена себе! — удивлен Гера. — Гонишь?
— Неа.… Засадил одной красавице. По самые помидоры. Так, что она верещала и охала, стены випки тряслись.… Ног потом собрать не могла.
Слышится изумленная тишина в ответ.
— Ты шутишь?
— Я серьёзно. Девчонка теперь на сосунков смотреть не сможет. Ей нужен этот папочка… — хлопает себя в грудь ладонью.
— То есть.… Ты отымел какую-то девку на мальчишнике?!
— Ага.
— А как же жена? Изменяешь ты ей, что ли?! Я думал, у вас крепкий брак…
— Жена? — вздыхает муж. — Ну, что жена… Жена и жена… Двадцать шесть лет жена. Ты же знаешь…. Женщины после сорока стареют стремительно. Да из нее скоро песок посыплется, а я ещё полон сил!
— Кхм.… — откашливается друг моего мужа. — Странно, конечно. Ещё и на мальчишнике…. А ничего, что это был мальчишник твоего сына? — удивляется неподдельно.
— Было и было. Жена не знает, значит, ничего не было.
— А если узнает?
— Да кто ей скажет? Ты, что ли?! — фыркает с угрозой муж. — Мужская солидарность? Слышал о такой, не? А если не слышал, то я тебе сейчас дам популярный расклад, как оно есть. Не гулял — не жил. И вообще… понятия мужская неверность не существует. Существует лишь опыт.
Я тихо ахнула, услышав такую наглость, и отступила назад, вглубь коридора, потому что мне показалось, что звук вышел слишком громким.
— Ты слышал? — напрягся муж.
— Нет. В чем дело?
— Как будто кто-то говорил.
— Ты и трындишь, я вот тебя слушаю и охереваю.
— Это мудрость. Веками сложенная. Так заведено, что мужчина не моногамен, а женщина в семье должна быть чистой. Ее цель — поддерживать огонь в семейном очаге. Огонь же в мужике поддерживают вот такие связи… Разнообразные. Для вдохновения.
Я больше не могла это слушать.
Меня едва не затошнило!
По телу пробежала горячая волна, глаза увлажнились…
Зажав рот ладонью, чтобы не разреветься от обиды и не закричать, я осторожно обошла дверь комнаты и поднялась вверх по лестнице, пошатываясь.
Каждая ступенька стала испытанием для меня.
Еле как поднялась, добрела до супружеской спальни, рухнула на кровать, словно подкошенная.
Слезы душили изнутри.
Но долго пролежать я не смогла: постель пахла им, моим мужем.
Кобелем проклятым…
Одеяло, подушка, простыни…
Я принялась сдирать постельное и кое-как заставила себя перестелить белье, грязное швырнула в комнату для стирки.
Сил больше не осталось.
Лишь на то, чтобы запереться в спальне изнутри и уснуть в слезах.
Но наутро.… я ощутила, как мужская лапа по-хозяйски ползет под ночную сорочку и тянет вниз трусики.
— Папочка хочет секса! — раздалось над моим ухом.
Глава 2
Алла
Макар старше меня на шесть лет. Иногда он шутил, что старше не на шесть, а на лет десять-пятнадцать, как минимум. Сейчас мне сорок восемь, а ему скоро исполнится пятьдесят четыре года.
И я, честно говоря, ровно до этого момента была рада, что у меня такой муж…
Именно такой, как Макар.
Закостенелый, взрослый, крепкий мужик. С задорной, белоснежной улыбкой, крепкими зубами и могучими ручищами, которыми можно гнуть железные прутья.
У него почти полностью седая голова, глубокие лучики морщинки возле глаз и на лбу, и это, пожалуй, единственное, что выдает в нем возраст. Потому что он интересный и очень активный мужчина с живым, лучистым взглядом. Он из тех, которым все к лицу — и добротный итальянский костюм, и простая джинсовая рубаха, запачканная в масле, и потная футболка после занятий спортом.
Мужик, словом.
У нас с ним не было проблем в постели. Потому что аппетит у Макара хороший. Регулярный секс.…
Подруги мне завидовали.
Потому что у многих из них мужик за пятьдесят — это такой пузатый человечек, которому секс теперь нужен раз в месяц по большим праздникам, и то только после того, как его вялого червячка призывают восстать чудесными техниками. Потом быстро потолкаться минут пять, сипло выдохнуть и… на боковую. К телеку, к сериалам, к разговорам о рыбалке, погоде и плохом президенте зарубежной державы.… Лень и скудоумие во всей красе.
Нет, были и другие мужчины, конечно, у моих подруг.
Но, по секрету, те ещё блядуны….
Во вторых или в третьих отношениях, плюс многих постоянно ловили то на чатиках с проститутками, то на интрижках…
Или игроки…
В общем, настоящих, крепких, адекватных мужчин в таком возрасте днем с огнем не сыскать.
Естественный отбор делает свое дело.
Плюс, если даже какое-то подобие более-менее нормального мужчины найдется, окажется, что характер у него сволочной. Мужик за пятьдесят не поменяется, не стоит даже мечтать.
Я до вчерашнего вечера жила в иллюзии полного женского счастья.
Теперь выясняется, что я… ошибалась.
Во всем.…
И я — та ещё лохушка, которой муж изменяет, при этом заявив, что из меня песок скоро посыплется.
Если из меня песок скоро посыплется, то какого чёрта он лезет мне в трусы?
— Извини, у меня начались эти дни, — заявляю я, перехватив его руку.
— Вытащи тампон и все дела, — сопит мне в шею перегаром. — Ты же знаешь, я не брезгливый. Или…
Толкается в зад своим членом, крепким и толстым, как бревно.
— Или давай в попочку? — покусывает ушко. — Дай папочке в попочку…
От злости у меня потемнело в глазах.
Вот же козел.
В памяти зааалели его самодовольные слова:
«Девчонка теперь на сосунков смотреть не сможет. Ей нужен этот папочка…»
Мое молчание Макар расценивает, как знак согласия, и чмокает в плечо.
— Давай, разогрей себя, а я пока за смазкой… — шлепает по заднице.
Бесстыжий.
Я провожаю его взглядом.
Засранец.
Собой хорош и на этом — все.
Как там в старой-старой песне песне поется: «Зачем вы, девочки… Красивых любите?»
Мой случай.
Красивый. Горячий. Активный….
Муж пользуется спросом у женщин и, судя по всему, активно этим пользуется.
И мной… тоже пользуется…
Это очень неприятно и больно — узнать, что и тебя ещё потрахивают….
Потрахивают из жалости… пока из тебя песок не посыпался.
Глава 3
Алла
Слезы снова подступили к глазам, обжигая их.