Магнат Пушкин (СИ)

— Молодец. Так всем и говорите. Сын палача моей свекрови был сильным формирователем перлов и большим выдумщиком. Пойди сейчас, проверь, что он химичил у себя дома. Думаю, что многие поверят в такое происхождение металла, — неожиданно, как снег в мае, свалилось на меня одобрение Императрицы. — А хотите я сама скажу, сколько денег вы получили от шаромыжников, только в перерасчёте на французские франки?
  
— Я не слежу за курсами валют, — пожал я плечами. — К тому же всяким песо, фунтам и долларам предпочитаю отечественный рубль, желательно серебряный. Одного понять не могу — какое отношение имеет прусский грум, пойманный у дверей моего дома, ко всему ранее сказанному?
— Луи Жак Тенар через свою супругу Викторию Умблот является каким-то дальним родственником прусского посла и уговорил того взять к себе на службу человека, пойманного вашими егерями. Кстати, сегодня же подайте список лиц, участвующих в задержании. Думаю, что по серебряной медали «За храбрость» они заслужили. Только лишних не приписывайте. А то у нас вечно непричастных награждают, а невиновных наказывают.
— Я правильно понимаю, что француз, испытывающий чувства антипатии ко мне, через прусского посла подослал своего человека, чтобы тот пробрался в моё имение? Я могу получить с лягушатника сатисфакцию?
— Не думаю, что Тенар в ближайшее время появится России. Да и вам пока не следует выезжать из страны. Кто его знает, как отреагируют французы на ваше появление, зная, что один из их банков выплатил вам шестьдесят миллионов франков. Да и в Пруссии с Австрией вам не рады будут, а уж про англичан я и вовсе молчу.
— А эти-то здесь с какого бока? Им-то я что плохого сделал? Французский частный банк получил от меня алюминий по курсу, который сам же и установил. Их посла за язык никто не тянул. Какое отношение имеют все остальные к обычной торговой сделке?
— Как вы думаете, где обычно берёт деньги частный банк, когда ему не хватает средств, чтобы совершить выгодную сделку?
— Я слабо знаком с банковским делом, но думаю, что в случае нехватки денег, частный банк может обратиться за помощью к государственному банку.
— Лионский кредит так и сделал, — кивнула Императрица. — Как вам, наверно, известно согласно Парижскому мирному договору от пятнадцатого года, Франция в этом году имеет право просить у Священного Союза вывести со своей территории оккупационные войска. Этот вопрос, в числе других, будет поднят в конце сентября этого года на Ахенском конгрессе. Австрия, Пруссия, Англия, да и Российская Империя тоже, не против того, чтобы вывести свои войска, но при условии, что Франция своевременно выплатит контрибуцию в размере двухсот шестидесяти миллионов франков. И тут появляетесь вы и делаете в бюджете лягушатников огромную дыру.
— В этой логике есть изъян, — возразил я. — Дело в том, что я не воровал у шаромыжников шестьдесят миллионов, а честно продал им на эту сумму дефицитный металл по цене, которую они сами же и установили. В конце концов, если французам не хватает денег на выплату репараций, то пусть они с теми же англичанами алюминием рассчитаются. Только предупредите нашего Императора, чтобы он не соглашался на такую сделку.
— Шутите, — улыбнулась Мария Фёдоровна. — Ступайте князь. Мне Николаю Павловичу нужно пару слов сказать. К тому же Вы грозились мне своё имение показать, а я ещё не одета подобающим образом, чтобы выезжать в поле.
— Разрешите вопрос, Ваше Императорское Величество? — решил перед уходом выяснить все последствия, которые могут последовать за событиями прошедшей ночи. — А что с послом, который привёз в мой дом шпиона?
— России не выгодно обострять отношения с союзниками. Тем более, накануне Ахенского конгресса. Так что пока посол останется Российской Империи, а там видно будет.
«Ещё орден Сутулова с закруткой на спине ему повесьте, чистоплюи», — хотелось высказаться мне, но сдержался и вышел из комнаты, услышав, как за спиной вновь зашелестели карты.
— Александр Сергеевич, — нагнал меня великий князь по дороге к моему дому и пристроился рядом. — Вы про сатисфакцию говорили. А какое оружие выбрали бы, если б случилась дуэль с французом.
— А кто он такой, чтобы с ним драться? Он решил проверить прочность замков в моём доме, а я могу проверить насколько крепко само жилище Тенара.
— Это каким же образом? — внезапно остановился Николай Павлович, и в его голосе прозвучало настоящее любопытство.
— Натравлю на его дом, или где он там обитает, стаю морских свинок, а для пущего эффекта каждой дам в лапы по пуду пороха или чего мощнее. Вот и посмотрим, правду ли говорят, что французы строят на века.
— Вы снова шутите, — улыбнулся Романов, но в его глазах мелькнуло сомнение. — Как же грызун сможет целый пуд пороха унести? Разве что вы для них усиляющие перлы сделаете.
— Мои свинки и так справятся, — заверил я князя, пряча усмешку.
Не рассказывать же ему, что можно посадить животное в небольшой планер, набитый взрывчаткой, приделать к нему несколько перлов и управлять полётом, находясь в любой точке Российской Империи. Естественно понадобятся ретрансляторы для передачи изображения, которое будет идти с летающей бомбы, но этот вопрос вполне решаемый, хоть и не быстрый. Но если меня всерьёз разозлить, то я могу и вплотную им заняться.
* * *
Поездка по имению Велье с Их Величеством Императрицей Марией Фёдоровной у нас была назначена после завтрака.
Утро выдалось ясным, словно сама природа стремилась угодить августейшей гостье. Солнце золотило купола сельской церкви, а легкий ветерок трепал шелковые ленты на шляпах фрейлин, суетившихся у крыльца. Кареты уже стояли во дворе, но Императрица, вопреки ожиданиям, предложила прогуляться пешком до оранжереи.
— Мне говорили, здесь сохранились вековые дубы, — проговорила она, поправляя кружевную накидку.
Голос её звучал мягко, но в глубине, как всегда, угадывалась та напряженная нота, что напоминала о вечной борьбе между долгом и усталостью.
— Да, возле древнего городища есть небольшая дубовая роща, — согласился я, — Но это относительно молодая посадка. Не удивлюсь, если когда-нибудь узнаю, что дубки специально высадили во времена Петра Первого. А самый большой дуб у нас произрастает в Псковско-Печерском монастыре. Его ствол руками не обхватить.
Вперёд верхом выехали два моих отставника, чтобы разгонять любопытных, а мы двинулись следом. Александра Фёдоровна шла неторопливо, порой останавливаясь, чтобы коснуться руками гладкого ствола яблони или вдохнуть аромат цветов. Казалось, в эти мгновения она пыталась забыть о Петербурге с его тревогами, о письмах, что ждали в кабинете, о неумолчном шепоте двора.
— Das ist zumindest amüsant,* — послышалось из-за спины.
* Это по меньшей мере забавно. (нем.)
— Говорите по-русски, — тут же отреагировала Императрица.
— Глазам не могу поверить! У него арбалет. Боже, я даже представить себе не мог, что такое древнее оружие ещё существует! — с пафосом и желанием привлечь к себе внимание громогласно заявил немецкий посол, — Это же такая древность! Неужели в России их до сих пор применяют. Или вы, князь, специально музей ограбили, чтобы нас поразить?
Нормально он на вид моего отставника отреагировал. Даже не ожидал такого подарка.
— Жаль, что вы так плохо разбираетесь в оружии, — спокойно заметил я, чуть усилив свой голос магией, оттого меня услышала вся свита Марии Фёдоровны.
— Я хорошо разбираюсь в оружии! — возмущённо ответил немец.
— Сколько выстрелов в минуту может сделать обученный и опытный немецкий солдат?
  
— Не меньше трёх, — гордо возвестил посол.
— А мой боец успеет выстрелить больше тридцать раз.
— Lüge! — завопил было посол, но тут же поправился, — Не может быть, я вам не верю!
— Ваше Величество, разрешите переубедить господина посла? — обратился я к царственной особе.
— Разрешаю.
— Фёдор, — окликнул я знакомого десятника, с которым мы неплохо знакомы, — Покажи немцу, как твой арбалет работает. Только вон к тому забору отойдите, — подмигнул я отставнику, — Десять выстрелов и постарайся уложиться в пятнадцать секунд.