Магнат Пушкин (СИ)

— Семён, крикни служивым, что подарок можно заносить, — усмехнулся я, отдавая распоряжение слуге.
Преувеличенно покряхтывая, как и договаривались, двое отставников занесли в зал полотняные носилки, прикрытые вышитой скатёркой.
— Ставьте его туда, — показал я рукой на стол в углу, а сам встал и пошёл к нему же, — Господа, в конце зимы я обратился к Её Величеству с просьбой о выделении мне семян капусты. Моя просьба была милостиво удовлетворена и сегодня самое время отчитаться о достигнутых успехах, — с этими словами я сдёрнул скатёрку, являя взорам гостей громадный капустный кочан поистине богатырского размера, — Вес кочана — ровно пуд.
  
— Он настоящий? — пискнула одна из фрейлин.
— Подойдите и проверьте, — предложил я в ответ.
Она и подошла. Даже оторванный листик пожевала.
— Красивая пара выйдет, — словно между делом заметила Императрица, которая не так давно с явным намёком лично представила мне эту девицу, — А уж как они похожи, — отвесила она весьма сомнительный комплимент, так как Пушкина красавцем сложно назвать, а девушка действительно хороша.
Румяна, моего роста и волос похож, такой же кучерявый, но более тонкий.
В конце ужина, когда все изрядно осоловели от выпитого и съеденного, мы с Николаем переглянулись. Пора. В темпе организовали выход дам к местам отдыха, а сами, огородами, устремились в баню.
* * *
— Далеко намылились, Ваше Сиятельство? — прозвучал из кустов сирени знакомый мне густой бас начальника службы охраны.
— Да вот, решили с Великим князем в баньке попариться, Дмитрий Владимирович, — остановившись, объяснил я наш маршрут. — Как в селе дела?
— Да вроде всё спокойно, — услышал я в ответ. — Кучка пацанов на озере раков ловит, но эту мелюзгу никакими запретами дома не удержишь. Да ещё Акулина с полдюжины девок в баню провела. А так все сельчане, как вы и просили, до рассвета по домам сидят.
— Добро, — остался я доволен докладом. — Если что, где найти меня знаете.
— Как он вас узнал в темноте? Не зги ведь не видно, — услышал я ожидаемый вопрос от князя, стоило нам только отойти от охранника. — И с чего бы это у вас крестьяне по домам сидят?
— У меня охранники с тепловизорами по ночам службу несут, — объяснил я князю. — Не скажу, что с их помощью видно, как днём, но человека от животного с расстояния в пятьдесят саженей отличить можно. Как мы только что видели, некоторые меня даже по силуэту и походке в темноте могут узнать. А крестьяне с дворов носа не показывают, потому что я на время вашего визита просто объявил в селе комендантский час от заката до рассвета.
— Сурово, однако, — заметил Николай Павлович. — Прямо как во время карантина.
— Ну, так и гости у меня нынче не простые, — открыл я дверь бани и пропустил вперёд Великого князя.
Что мы с Николаем Павловичем вытворяли в бане с кучей девушек, рассказывать не буду. Могу только кратко резюмировать: заодно и помылись.
— Какая благостная деревенская жизнь! — довольно заявил князь в предбаннике, после третьего захода в парилку. — Так и жил бы до зимы у вас. Построил дачу с вами по соседству, да и проводил всё лето на Псковщине. Примите такого соседа, как я?
— У вас же целое Царское Село есть, — не понял я посыла Николая Павловича. — Зачем вам ещё в Псковской губернии дача?
— А чем климат в Царском Селе отличается от столичного, если между ними всего двадцать пять вёрст? Та же сырость да промозглость, а у меня, как вы знаете, Сашке ещё и полгодика не стукнуло.
— В Пскове климат тоже не сахар, — возразил я. — Если ставить целью заботу о здоровье ребёнка и близких, то в целях профилактики различных заболеваний лучше ежегодно проводить лето на тёплом берегу моря.
— Это, например, где? В Италии что ли? — фыркнул князь.
— Имея недвижимость за рубежом, вы с семьей запросто можете стать заложниками. О том, какому влиянию подвергаются наши соотечественники за границей, я и вовсе молчу, — помотал я головой. — Что мешает вам построить дачу на берегу Чёрного моря? Взять хотя бы тот же Крым, который благодаря усилиям вашей бабушки уже тридцать пять лет является территорией Российской Империи?
— Прекрасное место, — согласился со мной князь. — Я два года назад весь полуостров объехал. Бахчисарай со своим ханским дворцом меня, конечно, сильно впечатлил. Впрочем, всё побережье Крыма заслуживает внимания, вот только с дорогами там не очень.
— Дорога от столицы до Царского Села тоже не вдруг возникла, — заметил я. — Скажу больше — в момент основания Санкт-Петербурга Царского Села и в помине не было. Кому, как не Романовым подавать пример остальным и не начать осваивать Крым? Взять тот же южный берег полуострова — там ведь средиземноморский климат, сравнимый с климатом Лазурного берега Франции и Лигурийского побережья Италии. Лично я, при случае обязательно в Крыму приобрету землицы и построю там какой-нибудь пансионат. Буду туда своих передовиков производства на отдых отправлять. Так сказать, в качестве поощрения и для поправки здоровья.
— Действительно, — задумался Николай Павлович. — У селения Ялта есть красивые места. Правда, далеко вся эта красота от столицы.
— У вас теперь гидропланы есть, — хмыкнул я в ответ. — Несколько часов лёту и приводнитесь прямо на Чёрном море. Тем, кто боится летать, можно будет воспользоваться суднами на воздушной подушке. У меня инженеры сейчас как раз рассчитывают это новый вид транспорта. При случае покажу чертежи. Хотелось бы послушать ваше мнение.
От беседы нас отвлёк начавшийся у входа громкий спор Акулины с моим начальником охраны.
— Пусти к князю, говорю, дура, — как в трубу басил Дмитрий Владимирович. — Я по делу.
— Моются они с Его Императорским Высочеством, — не менее громко возражала Акулька. — Позже приходи.
Зная непоколебимость девушки и настойчивость Дмитрия Владимировича можно было смело сказать — эти двое будут препираться до утра. Поэтому я решил остановить спор и крикнул через дверь, чтобы Акулька пропустила охранника.
— Что случилось, Дмитрий Владимирович? — не стесняясь Николая Павловича, поинтересовался я у мужчины.
— Нарушителя возле ткацкой мануфактуры задержали. Пытался в химическую лабораторию проникнуть, — кратко доложил охранник.
— Допросили? Выяснили кто такой и откуда?
— Он пока не в состоянии разговаривать, — почесал затылок мужчина. — Мои ребята перестарались и песчаным цепом ему по голове заехали. Но судя по сопению, он вроде дышит.
Да, пришлось нам помудрить с отставниками. Вроде и вооружить их чем-то нужно было, чтобы тех же пьяных драчунов разнимать, и сделать так, чтобы не покалечить и не убить нечаянно.
— Дмитрий Владимирович, ты же военный. Не можешь определить, жив человек или нет?
— Так он, гад такой, невидимый, — заявил охранник. — Я сколько отслужил, но с таким явлением первый раз встречаюсь. Если б не тепловизоры, мои люди его ни в жизнь не увидели бы. Мы его как смогли обыскали и связали, да в мешок из под зерна запихали на всякий случай.
Не стоит думать, что я такой предусмотрительный и специально создал для своих егерей перлы-тепловизоры, дабы ловить невидимых гостей. Просто, когда возник вопрос о том, как нести службу ночью, я перепробовал разные прообразы приборов ночного видения и именно тепловизор оказался наиболее удобным для постоянного использования. Да и аурума на него требовалось гораздо меньше, чем на перлы, работающие на принципах, отличных от тепловизора. Можно сказать, что это один из тех случаев, когда моя скупость пошла на пользу. С известными в моём мире приборами ночного видения, которые преобразовывают слабый свет в видимое изображение, мои парни едва бы заметили человека-невидимку — невозможно увидеть ночью то, чего не видно даже днём.
  
— А вечер-то перестаёт быть томным, — посмотрел я на великого князя, который стал невольным участником происходящего. — Поговорим с нарушителем? Кстати, Дмитрий Владимирович, а где задержанный?
— Так около входа в баню в мешке лежит. Мои ребята его охраняют.