Соблазнительный шафер (ЛП)

Сполоснув лицо, она затянула волосы в хвост и, вернувшись в комнату, забралась под одеяло. Она уже не чувствовала себя ужасно на кровати из семидесятых, на которой её недавно отвергли.
Мэдисон повернулась на бок спиной к двери и зажмурилась. Мысленно подсчитывая, сколько писем ей нужно будет прочитать, вернувшись к работе, и сколько телефонных звонков сделать, девушка пыталась заснуть до прихода Чейза. Но удача была не на её стороне.
Когда луна была высоко, и её свет прорезался сквозь жалюзи, дверь скрипнула, и его шаги нарушили тишину.
— Мэдди?
Затаив дыхание, она притворилась спящей. Настоящая взрослая женщина.
Шаги приблизились, а затем кровать прогнулась под его весом. Молчание было натянутым, как и её нервы. Что он делает? Она почти боялась того, что произойдёт дальше.
От тяжелого вздоха, который она услышала, у неё заколотилось сердце. Секундой позже она почувствовала кончики пальцев, убирающие прядь волос с её щеки.
— Прости меня, — тихо прошептал он, но она услышала. — Прости меня за всё.
У неё перехватило дыхание. Она не была уверена, что означают его извинения. Он забирает свои слова назад? Должна ли она принять это и поднять пресловутый белый флаг, чтобы вернуть их дружбу? Ведь без Чейза в её жизни всё станет неважным. И она уже не была уверена, кто виноват в той катастрофе. Конечно, Чейз не ангел, но это она всё усложнила своими чувствами. Она стиснула зубы и сильней зажмурилась в попытке остановить слёзы.
Чейз в молчании нависал над ней ещё несколько минут, а затем кровать скрипнула, когда он убрал руку и отодвинулся к краю, собираясь уйти. Не в силах больше притворяться, что ничего не происходит, она повернулась.
— Чейз?
Посмотрев на неё, он замер, положив руку на одеяло близ её бедра. Его глаза в темноте казались чёрными, а резкие черты лица на удивление открытыми и уязвимыми.
Она не понимала, зачем это делает. Ещё с тех пор, как она была ребёнком, её разум постоянно спорил с сердцем. Девушка села и коснулась ладонью его гладкой щеки. Вместо того чтобы отстраниться, он закрыл глаза и прижался к её руке.
— Я уже и забыл, что мы здесь из-за свадьбы, — она почувствовала, что он улыбнулся. — А между тем её ещё даже не было.
Затем он положил собственную руку поверх её ладони, и сердце Мэдисон перевернулось, когда он её поцеловал.
— Я прошу прощения, Мэдди. Мне, правда, очень жаль. Я не представляю, о чём, чёрт возьми, думал, когда говорил тебе те слова. Я не хочу забывать то, что между нами произошло.
Её пальцы переплелись с его. В голове была настоящая путаница.
— Я не… я не понимаю.
Он сделал глубокий вздох.
— Я сам не понимаю, что я имею в виду. Чад разглагольствовал, неся эту чушь Опры, но в этом был какой-то смысл, как бы безумно ни звучало.
— Что?
Чейз слегка улыбнулся, а затем встретил её взгляд.
— Я хочу тебя.
У Мэдисон перехватило дыхание. В сердце снова появились проблески надежды. С этим человеком все было как на американских горках. Вверх. Вниз. Вверх. Вниз.
— Ты уже говорил это.
— И я действительно хочу.
И хотя множество сомнений до сих пор роилось в голове, её сердце уже не слушало их, чувства в нём росли, оставляя все больше и больше места для Чейза.
Слово, сорвавшееся с ее губ, решило её судьбу.
— Останься?
Чейз колебался, его тело казалось застывшим и натянутым, она чувствовала, как накалены его нервы. Затем он вскочил и в спешке начал скидывать ботинки, расстегивая при этом рубашку, которая в итоге упала на пол, как белый флаг.
Её сердце билось в горле, когда взгляд заметался по твердо очерченной груди, по впадинам и выпуклостям его пресса. Он был таким красивым, прямо из её фантазий. В бледном свете луны, в темноте комнаты она отмела все сомнения и страхи. Вокруг существовало только одно — её любовь к Чейзу.
И в одно мгновение они подошли к моменту, который, как она верила, они строили много лет. У них не было пути назад. И если уж она не сможет доказать, что этот человек не похож на своего отца, никто не сможет. Чейз скользнул на кровать и лег лицом к Мэдисон, оставив небольшое пространство между ними. Никто из них не сказал ни слова, когда она подвинулась к нему ближе, сократив расстояние до дюйма.
 
Его пальцы медленно заскользили по её щеке и губам и, замерев там на мгновение, отправились вниз к шее — туда, где начинался край хлопчатобумажной футболки. Каждая клеточка её тела мгновенно отзывалась на это лёгкое прикосновение.
— Осознаешь ли ты, насколько меня заводит видеть тебя в моей одежде? — он отодвинул воротник и дотронулся до её ключицы, отчего пальчики на её ногах сжались. — Не знаю, почему, но это так.
Она спрашивала себя, чувствовал ли он то же самое, когда она была без одежды. Потом она вспомнила, как его напряженный член прижимался к ней через брюки, когда они были в ванной — похоже, что да.
— Что мы делаем, Мэдди? — спросил он хриплым, низким голосом.
Мэдисон тяжело глотнула, её тело уже присоединилось к сердцу, разум тоже был готов сдаться. Прежде чем она поняла, что делает, девушка подвинулась к Чейзу ещё ближе. Поднявшись на колени, она положила руки на его плечи и толкнула, чтобы он перевернулся на спину.
Она еле сдержала стон, когда, оседлав его, почувствовала между ног его эрекцию, натянувшую материал брюк.
— Займись со мной любовью, — прошептала она. — Пожалуйста.
Чейз замер, а его густые ресницы вспорхнули, открыв взгляд, который пронзил её. Молча, он положил руки на её бедра и медленно потянул вверх низ футболки, сминая пальцами материал. На момент всё остановилось, слышно было только стук её сердца, и тогда он дернул футболку вверх.
Это и было ответом.
К тому времени, когда и её одежда полетела на пол, её рот уже атаковал его, а под собой она чувствовала большое горячее тело. Поцелуй не был ни мягким, ни нежным. Это был результат сдерживаемого долгими годами желания. Его губы ловили её стоны, что вырывались с придыханием. Прижав ладонь к спине девушки, он рванул её к своей груди. Ощущение его кожи на своей захлестнуло всё её существо.
Чейз целовал её так, будто изголодался, будто от этого зависела его жизнь… будто она необходима ему.
Руки Мэдисон ухватились за его плечи, когда он что-то протестующе промычал.
Запустив руку в её волосы, он сказал:
— Если мы собираемся остановиться, то мы должны сделать это прямо сейчас. Ты поняла меня?
Он снова замер, а затем почти с диким рычанием перевернул её на спину, и теперь уже она лежала под ним, открытая и беззащитная. Всё её внимание было сосредоточено на его губах. И он обрушился на неё. Его губы сжимали сосок груди, пока руки торопливо работали над застежкой брюк. У девушки вырвался сдавленный крик, когда её спина оказалась вжатой в матрац.
Плоть к плоти, бедрами она ощущала, как он твёрд и горяч. Вцепившись в предплечья, Мэдисон начала покрывать крошечными поцелуями его лицо и шею.
Чейз вновь поймал её губы и, держа её за подбородок, целовал до тех пор, пока она не начала извиваться под ним. Он всё ещё сдерживал себя, и часть её хотела, чтобы он отпустил себя.
Немного реальности проникло в её разум, и она коснулась его груди.
— Я пью противозачаточные…
Он криво усмехнулся.
— У меня презервативы.
Встав с кровати, он порылся в чемодане и вернулся, держа в руке квадратный кусочек фольги.
Мэдисон приподняла бровь.
— Планировал воспользоваться на выходных?
— Не совсем, — признался он. — Но у меня всегда немного с собой.
У неё не было времени на ревность, потому что её взгляд метнулся туда, где его пальцы раскатывали резинку вдоль толстого стержня. В следующую секунду их губы снова встретились, и он повалил её обратно на спину, вытянувшись над ней.
Девушка поразилась силе в его теле. Проведя ладонями по его бедрам и животу, она почувствовала атлас кожи и твёрдость мышц. Идеально.