Соблазнительный шафер (ЛП)

— Притворяться, что двадцать четыре часа назад ничего не было так же глупо, как делать вид, будто между нами ничего не произошло три года назад.
Голова Мэдисон качнулась.
— И мне кажется, очевидно, что ты меня привлекаешь, — его взгляд вернулся к пене, которой почти не осталось. Сквозь воду просвечивали некоторые части тела. — Что я хочу тебя.
Её дыхание замерло, а сердце пустилось вскачь. Ого. Вау. Это было так неожиданно, и она не знала, что сделать или сказать.
Его глаза были словно обжигающие кусочки голубого льда, от взгляда которых она таяла, пока он продолжал:
— Ты забралась мне под кожу, и я устал делать вид, будто игнорирую это… но поддаваться влечению — это неправильно.
Она моргнула.
— Почему? Почему это неправильно, Чейз?
Он присел на край ванной, так близко к ней.
— Это не то, что ты думаешь, Мэдди.
Она уже не знала, что ей предполагать.
— Тогда скажи мне.
Затаив дыхание, он глянул на выглядывающие из-под воды пальчики ног с ногтями ярко-малинового цвета, но не ответил. Не уверенная хорошо это или нет, она спрятала их вновь. Вода начала остывать и, если Мэдисон останется в ней ещё дольше, то кожа сморщится, как у младенца.
Улыбнувшись, Гэмбл покачал головой.
— То, что я хочу от тебя… у нас никогда не получится. Ты знаешь мою историю. Ты в курсе, как я рос. И ты сестра Митча. Отношения между нами — плевок ему в лицо.
— Но ты не твой отец.
Чейз молчал.
— И Митч… он доверяет тебе. Быть со мной — это вовсе не значит проявить неуважение к нему, — подняв подбородок, она встретилась с Чейзом глазами. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Но…
— Но?
Мэдисон сделала глубокий вдох.
— Но мы взрослые люди, Чейз. Нам не нужно чье-либо разрешение.
И тогда понимание пронзило её. Чейзу необходим кто-то, кто верил бы в него. Его сомнения не касались Митча или даже её самой. Он искренне полагал, что она слишком хороша для него.
Её сердце сжалось. Он не замечал в себе того хорошего парня, которого видели в нём другие. Возможно, будучи свидетелем того, как отец обращался с матерью, он решил, что не сможет построить нормальных отношений? Даже с ней — той, кто знала его всю жизнь? Может быть, ему нужен лишь толчок, чтобы уйти от сомнений. И этот толчок должен быть от неё, очень мощный толчок.
Тяжело вздохнув, девушка оперлась руками о холодные края керамической ванной и поднялась. Вода побежала по её телу ручьями. Пена заскользила по бедрам. Воздух казался свежим и холодным для её разгоряченной плоти. Мэдисон не могла поверить, что сделала это. Если он отвернется от неё сейчас, когда она стояла перед ним совершенно обнаженная, если он снова начнёт извиняться, она никогда не оправится от отказа.
Чейз тяжело задышал, его ноздри раздувались, пальцы судорожно вцепились в колени.
— О боже…
Борясь с чувством незащищенности, девушка опустила руки вдоль тела, позволяя ему рассмотреть себя всю. И, господи, он смотрел…как будто не мог насытиться. Всюду, где скользил его взгляд, она ощущала жар. Вся её кожа пылала, тепло буквально затопило её, между ног пульсировала жажда.
— Полотенце? — сказала она, охрипнув.
Чейз смотрел на неё так долго, будто потерял способность говорить. И тогда она увидела момент, когда все его сомнения рухнули. Это привело её в настоящий восторг.
— Нет.
Её пульс неистово колотился.
— Нет?
Чейз положил руки на её бедра, отчего Мэдисон пробрала дрожь. Она позволила ему помочь ей выбраться из ванной и не издала ни звука, когда он притянул её к себе между ног. Её сердце замерло в ожидании, и тогда, сидя на краю ванной, он подался вперёд и запечатлел поцелуй чуть выше её бедра.
Её соски набухли, и всё тело охватила сладкая истома, когда его губы двинулись вверх по плоскому животу, а язык запорхал вокруг пупка. Мэдисон вцепилась в плечи Чейза, а он оставлял горячие влажные следы всё выше и выше.
Тело девушки ослабло, когда его требовательный рот добрался до чувствительной груди. Прикосновения были нежными и в то же время жесткими, томящими и обещающими, заставляющими её издавать короткие стоны.
 
— Расставь ноги шире, — приказал он.
Едва управляя своим телом, она повиновалась и дёрнулась, почувствовав почти невесомое прикосновение руки между своих бедер. Пальцы мужчины ощущались легко, словно перышко, и она начала выгибаться и двигать тазом вперед-назад, моля о большем. И Чейз дал ей большее, скользнув внутрь сначала одним пальцем, потом вторым.
Тяжело дыша, она вонзила ногти в рубашку, натянутую на его широких плечах, и почувствовала, как её тело начало дрожать. Его большой палец двигался кругами, лаская и дразня узел нервов на стыке бедер. Внутри неё будто бы сжалась тугая пружина.
Чейз убрал руку и прежде, чем она успела разочарованно вскрикнуть, наклонился и прижался губами к внутренней стороне бедра. Её сердце замерло, а затем забилось ещё хаотичней. Столько времени прошло с тех пор, как она испытывала нечто подобное.
— Я хочу узнать, какая ты на вкус, — его рычание завибрировало на её коже. — Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал это. Пожалуйста.
— Да-а, — простонала она и кивнула на случай, если он не получил полной картины, потому что если нет, о господи, ей придется его утопить. Объяснения с полицией и семьей будут немного смущающими.
Он скользнул на колени перед ней, и первое прикосновение его рта чуть не сломило её. Сначала его губы прижались к ней в почти целомудренном поцелуе, но потом она почувствовала нежное прикосновение языка, который гладко двигался вдоль её складок, иногда проскальзывая внутрь. Девушка готова была взорваться.
Чейз проникал языком в её плоть, ласкал, сосал, потягивал и лизал её до тех пор, пока Мэдисон не выгнулась и не закричала его имя. Она была на грани, зависнув над пропастью, и вдруг сквозь её тело пронеслась волна, унеся её туда, где существовали лишь ощущения и тепло. Но Чейз не остановился, а продолжил пить её, доводя до очередного пика, до судорог и хрипа.
Придя в себя, девушка осознала, что мужчина держит её в своих объятиях и прижимается щекой к её плечу, снова сидя на краю ванной.
Мэдисон не возражала, когда он чуть отодвинулся назад, глядя на неё из-под полуприкрытых век. На его лице появились очаровательные ямочки, которые она хотела расцеловать. Она много чего хотела с ним сделать. Например, доставить наслаждение и ему…
Девушка начала опускаться вниз, желая почувствовать всю его длину, но Чейз остановил её.
— Нам всё ещё нужно поговорить, — его ладони снова оказались на её бедрах, заставляя встать.
Поговорить? Она боялась, что в данный момент не способна строить связные предложения. Крошечные капельки воды от влажных волос разлетелись в разные стороны, когда она покачала головой.
Он усмехнулся и, встав, взял полотенце со столика. Прежде чем обернуть его вокруг груди Мэдисон, он нежно вытер её тело.
— Теперь, — сказал он, чмокнув её в лоб, — я могу сосредоточиться.
Она уставилась на него, не понимая, как он мог сконцентрироваться после того, что было, ведь это он удовлетворил её, а не наоборот. Беспокойство зашевелилось в её животе. Не так-то просто чувствовать себя так же чудесно после его заявления.
— А вот я не могу.
Взяв девушку за руку, он вывел её из ванной и посадил на кровать. Она сидела, вцепившись в полотенце, снова неуверенная во всем, что происходит. Его непроницаемое лицо не выражало никаких эмоций. Но зато его глаза…
Он встал напротив неё в доминирующей позе, широко расставив ноги.
— Я хочу тебя.
«Я и так твоя», — хотелось ответить ей, но она сказала:
— Думаю, мы установили это.
Уголки его губ изогнулись.
— Ты тоже хочешь меня.
— Ещё один известный факт, — «общеизвестный», мысленно добавила она. — К чему этот разговор?
Ей хотелось поскорее закончить неуместную беседу и, раздев Чейза до гола, наконец, сделать то, о чём она мечтала долгие годы. Как ни странно, кровать в форме сердца никогда не появлялась в её фантазиях, но она смирится с этим.