Молчание Гладиатора (СИ)

— Да. У тебя есть вопросы, на которые я в очередной раз отвечу, — стараюсь говорить спокойно, но внутри всё кипит. — Не пропустишь?
— Не хочу.
— Будем говорить в подъезде?
— Да.
Вздыхаю. Хорошо.
— Ты испортил моё имущество, Валера. Пришлось вызвать полицию. За это могут срок впаять и штраф.
— И? Мне плевать.
— Но ты это сделал, зачем?
— А с чего ты взял, что это я?
  
Игра в кошки мышки.
— Твоё лицо попало на камеру и видно, что ты идёшь к моему зданию.
— И что?
Сжимаю зубы. Если это какой-то метод психического давления, то он работает. Мне хочется врезать ему по роже.
— Валера, давай начистоту. Ты пытаешься мне отомстить за тот случай, я это прекрасно понимаю. Я виноват, знаю. И мне правда жаль, что тогда так всё случилось. Я не смогу искупить свою вину полностью, потому что твое здоровье до конца не восстановится. Но я всё-таки сделал много, чтобы ты поправился, — убираю руки за спину.
— И что? — гладит подбородок и зевает. Он издевается надо мной, блядь⁈
— И то, что люди пострадали.
Молчит.
— Главное, что пострадала твоя молчаливая красавица жена. Знаешь, а я ведь… — мечтательно улыбается. — Успел потрогать ее. Там. Хороша.
Дальше как в тумане. Бью кулаком Валере в лицо, он падает назад, но быстро встаёт. В квартире кислый запах, это сразу как-то дезориентирует.
— Давай! Бей! — истошно кричит. Замахивается и бросается ко мне. Я уворачиваюсь и Валера попадает кулаком в стену. Визжит. — Сука!
— Я бы убил тебя за свою жену, честно. Но двадцать лет мотать из-за такого ушлепка, жалко. Поедешь за решетку, устрою.
— Ты ничего не докажешь. Проклятый Гладиатор! — тычет в меня пальцем. — Ты испоганил мне всю жизнь, инвалидом сделал. Кому я нахрен нужен? Руки не держат, реакции уже нет такой. Всё сломалось, — садится на пол и обнимает себя руками. — Лучше бы я сдох. Лучше бы ты убил меня прямо там, на ринге. Это было бы достойно, а не так.
Бегло осматриваю квартиру, полнейший срач. Горы грязной посуды, пустые бутылки и пакеты. Ремонт когда-то был хорошим, но сейчас все какое-то… Грудь сжимается от жалости. И чувства вины. Я понимаю, что это отчасти из-за меня. Но только отчасти.
— Валера, иногда жизнь поворачивается задом и к этому нужно адаптироваться. Твоя карьера боксера закончилась, но жизнь — нет. Ты сам выбрал это дерьмо и сам в нем погряз. А сейчас ещё и уголовку на тебя повесят. Ты ведь Расула ударил по голове?
— Ещё один сопляк, который возомнил, что он лучший. Ты на него смотрел, чуть в штаны не ссал, — морщится. — Он тоже больше не будет блистать на ринге. Никто больше не будет, — сжимает волосы и немного тянет. У меня мелькает мысль, что он психически нездоров. Такое может быть после инсульта?
— Ошибаешься. Расул поправится и если захочет, вернётся на ринг. Полиция докажет, что ты подстроил имитацию убийства на стройке. И всё, всё забудется, — сажусь перед ним на корточки.
— Но твоя жена не забудет меня, — ухмыляется. Глаза будто пьяные, губы дрожат. — Так она плакала, Шахид. Но молчала. Будь у меня чуть больше времени, я бы, наверное, попробовал ее, — не успевает договорить, бью кулаком в челюсть. Ещё и ещё. Валера валится на пол, но уже не встаёт. Просто смеётся и сплевывает кровь.
— Шахид Анварович, успокойтесь, — следователь заходит в квартиру. — Убьёте, с вашими-то возможностями.
Встаю и встряхиваю кисти. Я бы и рад его замочить, но, всё-таки, я не такой.
Перед тем как поехать к Валере, я позвонил Андрею и рассказал про камеры. Он отговаривал меня ехать, ведь это всё не прямые доказательства и самосуд — это тоже статья. Но ждать, пока полиция сделает хоть что-то я не собирался. Тем более, угрозы поступали недвусмысленные. Жить в страхе — не про меня.
Андрей сказал взять с собой диктофон, но у меня его нет. Поэтому я в подъезде включил функцию диктофона на телефоне и только потом позвонил в дверь. Всё сохранилось и они приложат это к делу.
— Запись скинул вам, — показываю чат в мессенджере.
— Да, вижу, — Андрей смотрит в свой телефон и кивает. — Заходите, — выглядывает в подъезде. Слышу шаги и через минуту заходят полицейские, опергруппа, наверное. Не разбираюсь.
Валера стонет на полу, я выбил ему зубы. Кровь стекает изо рта. Девушка в жилетке с надписью «криминалист» помогает ему сесть, подаёт салфетки со стола.
— Я могу идти? — спрашиваю у Андрея.
— Ну, вообще, нет. Опросить вас надо.
— Я вам дело раскрыл и даже запись приложил, — сжимаю и разжимаю кулак. Вижу сукровица выходит на костяшках.
— Завтра к десяти жду в кабинете у себя. Есть вещи, которые придется сделать, Шахид Анварович. Поэтому, до завтра, — протягивает руку. — И, спасибо.
Спускаюсь к машине с лёгким сердцем. Я думал, это будет более… Не знаю. Серьёзней? Сложней? А Валера так быстро всё рассказал. Но то, что он трогал Лию… это доводит до бешенства. Сложно представить, что она пережила. Моя маленькая хрупкая девочка.
К дому отца приезжаю под утро. Солнце ещё не встало. Надеюсь, Лия спит.
— Всё нормально? — Олег спрашивает наклоняясь к окну.
— Да. Моя жена?
— Ни разу не выходила из комнаты. Анвар Зелимханович к ней заглядывал и сразу же вышел. Наверное, Лия Артуровна спала.
— Хорошо, спасибо, — выхожу из машины, Олег сам поставит в гараж.
Дом спит. Стараюсь идти тихо, чтобы не разбудить никого. Хотя, кроме отца, Лии и нескольких работниц, здесь никого нет.
Открываю дверь в комнату, чувствую запах Лии. Она лежит под одеялом, волосы рассыпались по соседней подушке. Хочу прикоснуться, но сначала душ. Быстро раздеваюсь, быстро моюсь. Нет сменной одежды, но на всякий случай проверяю шкаф. И здесь висит мужская и женская одежда наших размеров. Открываю внутренний ящик — нижнее белье на месте. Сдираю этикетку с боксеров, надеваю на ещё влажное тело. Руки колет как я хочу к ней.
Выключаю свет, убираю волосы Лии с подушки. Осторожно ложусь рядом, залезаю под одеяло. Как же здесь тепло. Обнимаю жену, прижимаюсь сзади. Лия ворочается и упирается попой мне в пах. Выдыхаю. Я бы очень хотел, но ещё рано. Чем сильнее Лия прижимается, тем твёрже я становлюсь.
— Маленькая, — целую оголившееся плечо. — Лия.
Она поворачивает голову, смотрит на меня пару секунд. Полностью разворачивается и тянет меня за шею к себе. Целую уголки пухлых губ. Лия двумя руками обнимает меня и закрываю глаза.
Наконец-то я дома. И всё равно что-то не даёт покоя.
  
Глава 26
 
Шахид
 
Хоть я и лег под утро, но проснулся раньше, чем Лия. Она лежит на животе, рукой касается моего плеча. Волосы прикрывают половину лица, осторожно убираю их в сторону. Смешная. Губы приоткрыты, ресницы подрагивают.
Встаю в душ и когда возвращаюсь, она уже не спит.
— Доброе утро, — вытираю волосы полотенцем. Лия смотрит на мой живот и я демонстративно напрягаю мышцы. Она краснеет и отводит взгляд. — Я твой муж, Лия, ты можешь меня разглядывать.
Вешаю полотенце на дверь и залезаю к ней в кровать. Кладу Лию на спину, нависаю. Она смотрит мне в глаза и я снова чувствую это в груди. Трепет, нежность и желание раствориться в ней.
— Я ночью был у человека, который имитировал твоё похищение, — кладу ее руки себе на ребра. Тело сразу покрывается мурашками. Лия при упоминании Валеры резко напрягается. — Всё нормально, его закроют либо в психушке, либо в тюрьме.
Лия смотрит мне на грудь, долго бегает глазами по ключицам. Капли воды стекают с моих волос и падают прямо ей на шею. Наклоняюсь ниже, медленно слизываю влажную дорожку. Лия дёргается и замирает. Я не скрываю своего желания, выпуклость между ног говорит сама за себя. У меня красивая жена и я пускаю на нее слюни. Да, именно так.
  
— Он сказал, что трогал тебя. Там, где не должен прикасаться никто, кроме меня, — упираюсь локтями по обе стороны от ее головы. — Было?
Лия смотрит испуганно, в глазах собираются слёзы. Целую кончик носа, провожу щекой по скулам.