Первокурсники

— Да. Я на сто процентов уверена, что не хочу вступать в клуб любителей квиддича.
— Да я тоже не хочу, — призналась я, понизив голос. — И знаю, что тебе нравится «Гарри Поттер».
— Ага, но я из Когтеврана и сильно сомневаюсь, что когтевранцы увлекаются физическими нагрузками. — Негин закатила глаза. — Ладно, я подожду, пока он придет.
— Ну что, девчонки, вы на собрание?
  
Перед нами появилась очень-очень высокая девушка с поистине шикарным голосом.
— Могу пойти с вами, чтоб вас за чудачек не приняли. — Согласия она не ждала и просто широко улыбнулась. — Ого, он такой маленький, что я наверняка не впишусь.
Девушка подошла к сараю и встала к нему спиной, как в детстве, когда измеряешь рост. Ее макушка почти доставала до крыши.
— Нет, серьезно не впишусь. Смотрите. — Она вразвалочку вернулась к нам. — Я Фрэнки.
— Фиби.
— Негин. Но я в клуб не вступаю.
— О боже, почему нет? Зайдешь на десять минут, и тебя унесет нереальная веселуха. — Фрэнки развела руки, показывая намечающийся размах «веселухи».
А потом, не дожидаясь ответа, подхватила нас под руки и повела к сараю.
— Вы соседки?
Мы кивнули. Негин вроде как тащили против воли. А я безуспешно выглядывала Люка.
Фрэнки громко застонала, привлекая внимание всех присутствующих.
— Нет, не надо. Прошу. Я могу разрыдаться, если начнем говорить об общаге. — Она отнюдь не выглядела так, будто готова разрыдаться. — В принципе я сама виновата. Прямо сейчас я должна быть в Коста-Рике, в заповеднике ленивцев.
Я улыбнулась. Негин выглядела слегка ошеломленной нашей новой чокнутой знакомой.
— Знаю-знаю, — продолжила Фрэнки. — Но я правда люблю ленивцев. Вообще все живое люблю. Даже москитов, они ведь просто пытаются выжить. Я так люблю животных, что в следующей жизни буду ветеринаром. В этой жизни я слишком толстая для ветеринара, но все еще подумываю стать психологом для зверья.
— И почему ты не поехала в Коста-Рику? — спросила Негин, сворачивая с темы звериной психологии.
— Отличный вопрос. Моя лучшая подруга, Тигс, тоже сильно разозлилась. Потому что она хотела поехать в Таиланд и Австралию, но я такая: «Нет-нет, мы нужны ленивцам!» А в последнюю минуту я передумала и решила отправиться в универ. Еще и узнала, что в Коста-Рике есть пауки размером со шнауцеров. Миниатюрных, но все же.
Я рассмеялась:
— А билеты ты оплатила?
— Да, папа тоже меня ненавидит. Они отказались покупать мне новую одежду. — Фрэнки подняла ногу. — Вот почему я гоняю в этих легинсах. Эта ткань в силах остановить укус змеи в джунглях.
Я уставилась на легинсы, и Фрэнки кивнула:
— Честное слово. Сам Беар Грилле [3] бы такими не побрезговал. Кусай сколько влезет — не прокусишь. У меня нет одежды для учебы, только снаряжение для выживания в джунглях. Но если нас атакуют зомби, у меня также есть противомоскитная сетка, налобный фонарь и дневник путешествий с личной монограммой, триста фунтов за который мне уже никто не вернет.
Негин все еще пребывала в легком шоке от Фрэнки.
— Что ты изучаешь? — осторожно спросила она.
— Археологию. Они любят острить, мол, мне выпала честь смахнуть пыль с веков. И покуда я не с ленивцами, меня поселили на этаж с кучей стариков, а их вообще ничего не интересует. Я целую неделю дрыхла, готовясь к неделе новичков, и за все это время они удосужились лишь предложить мне поесть вместе сыра.
— Как мыши, — заметила я.
Фрэнки расхохоталась так громко, что все поттероманы оборвали разговоры и уставились на нее.
— Они и правда мыши, — вздохнула она, — но вообще, не такие уж плохие. Они жалеют меня, один даже угостил меня тостами. А другая защитила докторскую по археологии, так что, надеюсь, она расскажет мне, что за хрень творится в археологической среде. Я думала, мы будем путешествовать, отправимся в Каир, как в «Мумии», но какой там Египет? Кто выделит на это средства? Уф, они отлично нагнетают атмосферу, удерживая нас снаружи. В смысле… холодновато тут, особенно в одежде для тропиков. — Фрэнки запрыгала на месте, размахивая руками. — Быстренько разогреемся… А вы почему здесь? Не в универе, конечно, а в квиддич-клубе, — пропыхтела она. — Я вот прирожденный охотник.
— Я здесь просто как группа поддержки, — сказала Негин. — А Фиби ждет… кое-кого.
Фрэнки в очередной раз подпрыгнула и замерла перед нами в позе морской звезды.
— Типа свидание?
Негин кивнула, а я в то же время покачала головой. Фрэнки оживилась.
— Это точно не свидание, — проблеяла я. — Просто встреча с… парнем.
— Прошу, расскажи мне, — зашептала Фрэнки. — Прошу-у-у-у. Обожаю такое. Даже больше, чем животных и «Гарри Поттера». Это моя настоящая страсть. Не лишай меня сплетен! — Она обошла нас с Негин со спины, сунула голову между нами и снова прошептала: — Ну расскажи-и-и-и…
Я оглядела округу, насколько хватало глаз, и не заметила никого даже отдаленно похожего на Люка Тейлора.
— Ладно, — сдалась я. — Здесь учится парень, который мне нравился в школе…
— Как его зовут?
— Люк Тейлор.
— Отлично, продолжай.
— Ну… мы встретились на ярмарке и решили вдвоем вступить в команду по квиддичу.
— Вы решили или он тебя попросил? — прищурилась Фрэнки.
— Скажем так, он хотел куда-нибудь записаться… со мной.
— Вопрос решен! — хлопнула она в ладоши. — Бронируй церковь, потому что у нас тут в разгаре любо-о-о-оф-ф-ф.
Фрэнки снова запрыгала на месте.
— Я б заплатила, чтобы увидеть, чем все закончится. Немного, но фунтов пять точно. — Она сжала кулаки вместе и издала победный клич. Затем посмотрела на Негин: — Мы с тобой в первом ряду.
Дверь распахнулась, и рыжая девчонка, с ног до головы облаченная в розовое, взвизгнула:
— Мы готовы!
— Когда явится Люк Тейлор, подай сигнал. — Фрэнки задрала голову и громко завыла в небеса. Все обернулись. — Просто слабенький вой, ничего особенного. Расслабьтесь.
Мы очутились в вытянутой пустой комнате с низким потолком. Одну стену украшали фотографии безмерно счастливых людей. Счастливых и сверкающих улыбками на премьере «Проклятого дитя», в туре по студии «Уорнер Бразерс» и на игре в квиддич. Над снимками были подвешены разнообразные ленты, чашки и шарфы ручной вязки. А вдоль другой стены выстроились в ряд несколько метелок и в самом конце — одна швабра.
По комнате, пританцовывая, носился парнишка с пластиковой тарелкой, угощая всех сладостями.
— Вряд ли тут есть слизеринцы, — прошептала Негин.
— О мой бог, шоколадные лягушки! — воскликнула Фрэнки и схватила сразу три, тут же вручив нам с Негин по одной.
Я глянула на телефон. Затем на дверь. Ни следа Люка, а ведь время уже позднее. Чем дольше его не было, тем сильнее я нервничала. Я не могла ни на чем сосредоточиться и без конца поправляла волосы.
В центр комнаты вышла девушка в армейском камуфляже и невероятно громко хлопнула в ладоши. Поза и выражение лица выдавали в ней местного вышибалу. Казалось, она может раздробить скалу одной левой. Рядом с ней мялся маленький, чрезвычайно тощий паренек в свитере и брюках Гриффиндора, которые скорее напоминали легинсы.
— Это официально мой самый любимый клуб, — сценическим шепотом заявила Фрэнки. — В смысле, где еще такое найдешь! — Она развернула и сунула в рот очередную шоколадную лягушку. Целиком.
Негин заметила, что я снова кошусь на дверь:
— Еще даже получаса не прошло.
— Ничего страшного, — хмыкнула я, и она ободряюще улыбнулась.
— Добро пожаловать в квиддич-клуб, — заговорил тощий гриффиндорец. — Я Брендон, сокапитан. А это Мисти, тоже сокапитан. Мы решили обойтись без заместителей, потому мы оба одинаково важны.
  
— Мисти и Брендон, — пробормотала Негин.
Я кивнула:
— Брендоном могли бы звать парня на спортивном байке из Калифорнии. А Мисти отличное имя для…
— Стриптизерши, — прошептали мы хором, отчего слово прозвучало довольно громко.