Вильгельм (СИ)

— Тебе туда, — подтвердил Мор, когда я вопросительно на него взглянул.
— Я в нее при всем желании не пролезу.
— Она такая не везде. Пока ты сюда полз, я проверил: примерно на локоть в глубину лаз не шире моей ладони, однако потом он расширяется до размеров колодца, так что помучиться тебе придется, но не слишком сильно.
Я заколебался. Но останавливаться на полпути было глупо, поэтому я снова принялся ломать камень. А когда расширил проход до приемлемой величины, сел на край дыры и спустил туда ноги.
Мор на этот раз юркнул вниз первым и по мере того, как я спускался, загодя подсказывал, где развернуться, где втянуть живот, а где без грубой силы уже не обойтись. В паре мест мне даже приходилось долбить по каменным выростам ногами. Один раз, когда застряли плечи, я был вынужден сломать себе ключицу и несколько ребер, чтобы протиснуться дальше. Однако, как и обещал призрак, на большем протяжении щель все-таки оказалась проходимой. Так что, угробив на спуск почти полтора часа, я все же добрался до нужного места и, ощутив, что нога провалилась в пустоту, на всякий случай поинтересовался, велико ли расстояние до пола.
— Здесь пещера, — гулко отозвался снизу призрак. — Большая. Если решишь прыгать, точно без ног останешься.
Сращивать кости мне лишний раз не хотелось — на это требовалось время, поэтому пришлось выбираться из лаза осторожно, медленно, чтобы не грохнуться на камни с огромной высоты. А потом, цепляясь за уступы, переползать на ближайшую стену, после чего, уподобившись пауку, так же аккуратно спускаться.
Мор не ошибся — пещера и впрямь оказалась огромной. Пожалуй, раза в полтора больше, чем расположенная над нами площадь Путешественников. Высокий, теряющийся во тьме потолок… торчащие снизу и сверху здоровенные каменные наросты… покрытые фосфоресцирующим мхом стены… подземное озеро, занимающее добрую треть доступного для обзора пространства… а еще, как ни странно, тут имелись живые. Точнее, незнакомый мне вид довольно крупных летучих мышей, которые при моем появлении дружно оживились, а как только я оказался на полу, всей стаей сорвались со своих насестов и с оглушительным визгом ринулись в атаку.
Спрашивается, и что они нашли в худосочном мальчишке, если живого во мне было не так уж много?
Сбить меня с ног у них, правда, не получилось. Напугать — тем более. Те же, кто попытался цапнуть меня зубами, секунд через десять замертво повалились на камни, и только тогда я наконец смог как следует их рассмотреть.
Ну что сказать… мыши и мыши, только здоровые, как собаки. Тощие, костлявые, абсолютно лысые. Бледно-серая, почти как у меня, кожа. Красные глаза, острые зубы… в общем, ничего интересного. Одно плохо — твари оказались до безобразия тупыми, поэтому, даже оставив на полу с десяток дохлых сородичей, так и не сумели сообразить, что связываться со мной смертельно опасно.
Толкаться в мешанине чужих тел во второй раз мне не захотелось, поэтому я просто поднял руки и, отодвинув лохмотья на груди, приоткрыл старую рану, выпуская наружу дожидавшееся своего часа проклятие. Вырвавшийся оттуда дым тут же заполонил пещеру густым удушливым облаком. Попавшие в него твари негодующе заверещали. Некоторые даже попытались повернуть обратно, но поздно — дым сожрал их практически мгновенно, выплюнув наружу лишь симпатичные белые косточки. Причем костей оказалось много… так много, что в них, наверное, можно было утонуть. Но лишь когда крики вокруг прекратились, и на мою голову перестал сыпаться всякий мусор, я сдвинул края раны и обвел глазами очищенную от посторонних пещеру.
Просторная и достаточно высокая, с относительно ровным потолком и надежно защищенная от посторонних… да это же просто находка! А если на стены и потолок защитные руны нанести, то лучшего тайника будет просто не найти.
— Ну и где твой камень?
Мор, издав странный звук, безропотно улетел вперед, а я пошел следом, уже мысленно прикидывая, что и как надо обустроить, чтобы здесь не только ценности можно было хранить, но и полноценное логово сделать.
 
— Вот.
— Где? — не понял я, когда призрак завис над ничем не примечательной кучкой костей. — Я ничего не ощущаю.
Тень нетерпеливо качнулась навстречу.
— Зато я ощущаю. Доставай. Он прямо на поверхности, даже копать не нужно.
Я пожал плечами и, присев на корточки, разгреб оставшиеся после тварей кости. Но среди нашедшихся там камней ни один не привлек моего внимания. Больше скажу — ни один даже не светился. И тем более меня не позвал.
— Ты уверен, что это именно тот камень, что мы ищем?
— Абсолютно. Стой… протяни руку… левее, еще левее… стоп! Вот он!
Проследив взглядом за полупрозрачным пальцем и все еще не веря, что призрак прав, я уставился… даже не на нормальный камень, а на крохотную каменную чешуйку, в которой ни на первый, ни на второй взгляд не было ничего примечательного. Она ничем не отличалась от других камней. Вообще, представляете? И в моей душе ничто не шелохнулось, когда я попытался эту штуку забрать.
— Осколок очень маленький, — словно в оправдание пробормотал Мор, кружа неподалеку. — Настолько, что, наверное, его слышу и вижу только я. Возьми его.
Я послушно выпрямился, держа находку на вытянутой ладони. Мор в это же самое время резко выдохнул и быстрым движением накрыл мою руку своей. И вот тогда камень отреагировал — коротко мигнув, испустил крохотную, едва заметную во тьме струйку дыма, но буквально через миг снова погас и превратился в обычную каменюку.
Правда, за этот миг многое успело произойти. Я и удивился поступку тени, и задумался, и на какое-то время впал в уже знакомое оцепенение. Правда, на этот раз воспоминаний было очень немного, однако они оказались более чем странными. И я бы не возражал, если бы на этот раз мы обошлись вовсе без них.
Мор, судя по виду, тоже ничего хорошего о себе не узнал. Когда его опалил свет проклятого предмета, призрак аж вздрогнул, заметно поблек и ужался весь, словно в ожидании удара. Однако длилось это недолго — не успел я переварить полученную информацию и принять новые факты о своем прошлом, как Мор тоже отмер и, опустив плечи, тяжело вздохнул.
— Я был прав: эта вещь действительно проклята. Только до поры до времени проклятие было неактивным, поэтому ты его и не почувствовал.
— Ты что-то вспомнил? — насторожился я.
— А ты?
— Лучше б не вспоминал.
— Я видел мертвых людей, — очень тихо признался Мор. — Много… очень много, Вильгельм… целые поля мертвецов, которых некому хоронить и некому оплакивать.
— А я вспомнил, что когда-то ел мертвых людей, — невесело хмыкнул я. — Как думаешь, что из этого хуже?
Мы одновременно покосились на смирно лежащий на моей ладони осколок и так же одновременно буркнули:
— Гадость какая.
После чего осколок я все же предпочел убрать к остальным камням. Затем прогулялся по пещере. Изучил повнимательнее стены. А когда настало время уходить, с удивлением обнаружил, что других выходов из нее, кроме того, каким сюда попал я, попросту не существует. Иными словами, пещера была замкнутой. Практически полностью изолированной от внешнего мира, что, с одной стороны, еще больше повышало ее ценность, а с другой — ознаменовало совершенно неожиданную проблему.
— Да уж, — протянул Мор, когда я ему эту самую проблему обозначил. — Об этом я как-то не подумал. Но ты ведь сможешь взобраться наверх, правда?
Я смерил взглядом расстояние до потолка. Но потом мне в голову пришла идея получше, и я предвкушающе улыбнулся, когда понял, как решить эту непростую задачу.
  
Глава 9
 
— Ну и что это? — с откровенным скепсисом осведомился Мор, когда я показал ему слепленное из мышиных костей чудище.
Чудище получилось не слишком большим — всего-то с мою ладошку, к тому же откровенно страшненьким, зато простым и функциональным. Вместо обычных ног я ему сделал шесть трехсуставчатых лап вроде тех, которые имелись у пауков. Сверху приладил три такие же многосуставчатые «руки» с длинными гибкими пальцами. На место головы водрузил зубастую черепушку, а из хвоста сделал острое жало, которое можно было использовать и как бур, и как оружие.