Возвращение ликвидатора. Новые игры 2 (СИ)

— Тем не менее. — ответил управляющий. — И, кстати, Денис. Ваша мать просила вас ей позвонить, когда вы освободитесь.
Матушка Дениса — так я и не привык ее называть своей — целый день порхала по нашему активу, аки пчелка. Во все вникала лично, изучала возможности улучшений, разговаривала с персоналам. И, конечно же, выносила мозг мне и сестрам. По ее мнению, я, раз уж в жизни мне выпал такой шанс, должен бросить все дела, кроме школы, и погрузится в работу. А не заниматься сомнительной ерундой.
И это она еще не знала, что я на Ноябрьские Игры собрался.
— А она где сейчас?
— Последний раз она сообщала, что встречается с новым подрядчиком, которого нашла на замену выбывшему. Молочником. Это было около двух часов назад. Так что, вероятнее всего, она в твоем кабинете.
— Хорошо. Тогда я там ее и навещу. — я уже собрался уходить от управляющего, как вспомнил о том, что не давало мне покоя. — А скажите, Семен, нет ли у вас знакомых, у которых бы ребенок был с доминантой Дипломата? Причем, лет пятнадцати-шестнадцати?
Все же — Дипломат был нужен. У «оригинальных» функций данный тип, кроме псионических атак и обороны собственно связи в Структуре, отвечал еще и за взаимодействие между членами Структуры. Если Аналитики усиливали скорость передачи сигнала от Лидера к модулям, то Дипломат на порядок повышал качество. В моих условиях — очень важное умение.
Проблема же была в том, что в новусах данный тип не был особенно распространен. Ни тогда, ни сейчас. Конечно, встречался несколько чаще, чем мой, но все же являлся достаточно уникальным, чтобы его носитель, рождавшийся в клане, мог претендовать на второе место по старшинству, после Лидера. А при необходимости — заменять его.
— Не припомню. — отозвался управляющий. — Но я поспрашиваю.
Я кивнул — пусть надежда на это и была слабенькой, ее наличие — лучше, чем ничего. И ушел. Точнее, выдвинулся на встречу с мамой. По пути размышляя, как бы так получше подать свое участие в Играх? В конце концов, разрешение на выделение денег дает именно Анна Алексеевна, как мой опекун.
Шел пешком — в здании четырнадцать этажей, и поход с нижнего на верхний был отличной тренировкой дыхалки не слишком выносливого пока тела. На лестничной площадке между седьмым и восьмым этажом, легкие ожидаемо стали гореть. Пришлось останавливаться, чтобы восстановить дыхание.
Что меня и спасло.
Я наклонился, уперев ладони в колени, и пуля прошла над головой. Дальше уже сработали инстинкты — рывок влево, оттолкнуться от стены, бросок вверх по лестнице. Стреляли снизу, об этом говорил и звук, и траектория пули, выбившей кусок штукатурки. Самого стрелка я не увидел, да и не собирался рассматривать. Новус ты, не новус, а пуля в голову решает. Бежать на человека с огнестрельным оружием, особенно, если ты его не видишь — верный шанс схлопатать свинца.
Выбрал разрыв дистанции. Лестничный пролет скроет меня от убийцы, а чтобы преследовать, ему придется ускорится и сбить прицел. А там его можно будет и подловить уже, если повезет, конечно.
До девятого этажа я домчался так, будто предыдущих восьми и не было. Прижался к стене, пытаясь сквозь грохот сердца о ребра расслышать шаги преследователя. По логике вещей, он сейчас должен топать, как слон, но нет. Кроме своего дыхания и уже упоминаемого стука сердца, я ничего не слышал.
«Оценка». — приказал я Кукле, соскальзывая частью сознания в Чертоги. Подобный режим позволял немного «растянуть» время, уместив в одной секунде полторы, а то и две.
Та, понимая в какой мы сейчас оба находимся ситуации, сразу же перешла в режим живого компьютера.
«Пистолет с глушителем. Одиночный выстрел. Преследователь — новус. Вероятнее всего — гибрид с навыком маскировки».
Удобно все-таки иметь в голове независимые вычислительные мощности другой личности, заточенной прежде всего на анализ. Пока я, вывалив язык, несся через ступеньки, она сумела считать все данные, которые успели заметить мои глаза и уши. Даже те, которым я внимание не придал. Осознанно, я заметил только угол вхождения пули в стену. На оценку остального не было времени.
 
«Рекомендации?»
«Разрыв дистанции».
Хоть и ничего нового, но разумно. Не, чисто в теории, я мог бы попытаться навязать «стелсеру» бой, но результат его не смогла бы предсказать ни одна, даже самая умная аналитическая машина. А мне бы хотелось действовать наверняка. Так, чтобы по итогу остаться живым и здоровым. У меня, знаете ли, большие планы. Не хотелось бы слить их в унитаз в самом начале пути.
Так что пришлось уходить. Кукла даже план на скорую руку накидала. Еще вверх на пару пролетов, там нажать кнопку пожарной тревоги, зайти на десятый этаж. Направо и налево — длинный коридор, с расположенными по обе стороны дверьми номеров. Ныряю в ближайший — мастер-карта мне в помощь, и с телефона вызываю охрану. Это в любом случае будет быстрее, чем уходить по лестнице.
Потом сидеть за запертой дверью и ждать, пока четверо Воинов — штатное подразделение службы безопасности отеля — гоняет несостоявшегося убийцу по этажам. Не факт, что поймают, но точно спугнут и заставят отказаться от попыток меня прикончить.
Замечательному этому замыслу было не суждено сбыться. На десятом этаже, пущенная снизу пуля срикошетила от бетона ступени, и пробила мне левую икру. Потеряв часть энергии при столкновении с первым препятствием, вошла неглубоко — пробила лишь кожу и завязла в первом же слое мышц. Но, и это минус, осталась в ноге.
— Ах ты ж сука! — возопил я, падая вперед, едва успев выставить руки, а то бы лицом как раз в бетон вписался.
«Четыре. Три». — начала отсчет Кукла.
В боевом режиме, в котором я находился, пояснения не требовались. Это в другое время, я бы начал тупить, задавать вопросы, мол, а что это ты, дорогая, считаешь. Сейчас же я понимал напарницу с полуслова. Аналитик мгновенно рассчитала скорость движения противника, совместила ее углом выстрела, и выдала время подхода убийцы.
«Два. Один».
Мне удалось закончить как раз к единице. Перевернуться на спину, и ударить перед собой Криком. Недоульта ударила в воздух, где предположительно должен был находиться враг. И из пустоты на секунду выпала фигура.
Женщины.
Не пульсируй болью моя нога, не будь я загнанным, как конь после часовой скачки, мог бы и протормозить. Все-таки, основы норм поведения закладывают в детстве, а преследуют нас они потом всю жизнь. Одна из таких максим — девочек бить нельзя. Родители объясняют, что они слабее, их надо защищать, но никто, ни мама, ни папа, ни бабушки с дедушками, никогда не говорят, что однажды на твоем жизненном пути вдруг появится представительница прекрасного пола с пистолетом в руке. Которая уже дважды в тебя стреляла, и одним выстрелом продырявила тебе ногу.
Так что, среагировал я не по-джентльменски. Резко выбросил тело вперед и снарядом врезался в убийцу. Она взмахнула руками — стояла на три ступеньки ниже меня — и кубарем покатилась вниз. Вместе со мной. Продолжающим остервенело наносить удар за ударом.
Остановились мы на пролете между этажами. Она — без сознания, я — в крови и синяках. Но хоть не сломал себе ничего, а кровоподтеки заживут. Как и рана на ноге, надо только пулю будет достать.
«Кидай эту суку в Чертоги, пока она в себя не пришла!»
Впервые с момента первого выстрела, Кукла позволила себе эмоции. Не страх — боятся моя помощница не умела в принципе. Злость — вот что она испытывала сейчас. Кто-то напал на нас. Сделал это подло, со спины. Хотел не унизить, а убить. Это требовало наказания.
«Ага». — отозвался я.
Положил свою ладонь к тонкому запястью женщины, там, где рукав кремовой рубашки задирался, и потянулся мыслями к тусклому огоньку ее сознания. Миг, и несостоявшаяся убийца оказывается в виаре Наставник. Такая же бесчувственная, как и в реальности.
Я же материализую из воздуха пластиковые стяжки, переворачиваю противницу на живот, и без затей фиксирую ей руки за спиной, и ноги в щиколотках и коленях. Как там в Библии говорится? «Что вы что вы свяжете на земле, то будет связано на небесах». Что-то в этом роде. Спеленутый в моих Чертогах человек и в реальности не сможет руками махать.