Пигалица (СИ)

Машина Матвея сворачивает на перекрестке и через шлагбаум въезжает на пафосную стоянку не менее пафосного ресторана. Об его открытии говорили даже в моем городе.
- Только не говори, что он закрыт на спецобслуживание твоей персоны, - ошарашенно пялясь в окно, проговариваю я.
- Не такая уж я важная птица… пока, - скалится он, заломив бровь.
Я одобрительно качаю головой. Брат хорошо поднялся за последние годы. Почти не пьет, с шлюшками не водится. Весь в делах – заботах.
И о ежемесячном пополнении моей карты не забывает.
- Пойдем, и так опоздали.
На входе нас, как положено в приличных местах, встречают, провожают до гардероба, а затем к столику.
Все уже в сборе. Человек двадцать, не меньше. Свободных мест за столом всего два – мое и Матвея.
- Моя сестра Эля, если кто не знаком, - представляет он меня.
Я киваю и благосклонно дарю свою улыбку. Одну на всех.
Этот тоже здесь. Не глядя, точно знаю, где он сидит. То смазанное черное пятно на стуле справа от брата.
- Привет, красавица. Падай рядом.
Опускаю взгляд и вижу Сашу. По левую руку от него девушка. И судя по тому, как по-хозяйски лежат ее пальцы на рукаве его пиджака, они вместе.
- Привет, - элегантно опускаюсь на свободный стул.
Друзья возбужденно голосят и принимаются наполнять бокалы.
- Шампанского? Или чего покрепче?
- Шампанского, - улыбаюсь игриво.
- И мне, - пищит голосок из-за Саниной туши.
Он молча наполняет ее фужер и обращается к черной фигуре, от пристального взгляда которой на мне рискуют волосы загореться.
- Давай, Ден, скажи пару слов другану.
Ладно. Я справлюсь. Врать я умею виртуозно.
Беру шампанское в руку и смотрю на Тюменцева.
Твою мать…
Он, вроде бы, нехотя поднимается со стула, являя себя окружающим во всей красе.
В черных брюках на ремне с массивной пряжкой, белой рубашке, расстегнутой на три пуговицы, из-под которой выглядывает новая татуировка, пиджак, взъерошенные волосы и фирменный, словно делающий одолжение, взгляд, который в данный момент останавливается на моем лице.
Я не здороваюсь, и даже не снисхожу до приветственного кивка. Он тоже. Просто открыто разглядывает то, что видит.
Пусть смотрит, потому что кроме этого ему больше ничего не обломится.
Я с честью выдерживаю экзекуцию и сильно надеюсь, что по моим лицу и шее не расползлись красные пятна.
Но, когда все же он переключает внимание на брата, незаметно выдыхаю и одновременно начинаю злиться.
Я ведь столько раз спрашивала Матвея, как дела у его друга. И что же он мне отвечал?
Стареет. Толстеет. Лысеет. Дряхлеет. И вообще, выглядит, как половозрелый кот в апреле – потасканным.
Какая наглая ложь!
Эта скотина выглядит даже лучше, чем раньше. Красив, как дьявол и притягателен, как грех.
  
Глава 10.
 
- Мот, самое главное – Удача, - начинает говорить Денис негромко, - башка у тебя на месте, руки тоже откуда надо растут, характер стальной. Все это вместе с удачей принесет тебе кучу бабла. Так что, желаю тебе удачи, - поднимает бокал, - за тебя, брат.
Я хмыкаю. А здоровья и счастья не надо было пожелать? Одно бабло на уме.
Ден опускается на стул и ловит мой взгляд, делая рукой с бокалом виртуальный дзинь, и при этом даже не утруждается чокнуться с девушкой, сидящей по его правую руку.
А ведь она та, о которой говорил Матвей. Девушка Дениса.
Проигнорировав жест, пригубляю шампанское и подставляю ушко Саше, когда он начинает мне что-то говорить. Спрашивает об учебе. Я отвечаю, не вдаваясь в подробности, вяло интересуюсь тем же.
Вечер идет своим чередом, друзья один за другим говорят тосты, а Саша продолжает бессовестно насиловать мои уши.
Складывается ощущение, что три года назад, убитый горем после моего внезапного отъезда, он дал обет молчания и вот сейчас, на радостях, щедро купает меня в словесном потоке.
Послать его не позволяют мои ангельское терпение, светское воспитание и навязчивое молчаливое внимание со стороны лучшего друга брата.
Какого черта он так пялится?! Даже его подружка это заметила. Обиженно надув губки, ноет ему в ухо.
 
- Я же продал свою Хонду, - просачивается в сознание голос Сашки, - новый байк себе купил.
Навострив уши, двигаюсь к нему ближе.
- Какой?
- Ямаху.
- Да ладно!.. – роняю челюсть.
- Ага… Семерку…
- Шутишь?! Ямаха R7?! Ты обе почки продал?
Саня, довольный произведенным эффектом, скалясь, чешет затылок.
- Накопил…
- Фигасе! Гонял?
- В августе в гонках участвовал…
- И?..
- Я вам не мешаю? – влезает в наш диалог писклявый голос его девушки.
- Не мешаешь, - отмахиваюсь от нее и обращаюсь к Сане, - ну, так что?
- Пойдем где-нибудь в другом месте поговорим, - шепчет он на ухо, - я тебе фотки моей красотки покажу.
- Пойдем.
Он поворачивается к своей девчонке, говорит пару слов, а затем, встав, галантно отодвигает мой стул.
- Ты куда? – спрашивает Матвей.
- Покурить.
- Эля…
- Сейчас приду, - проговариваю одними губами, делая вид, что не замечаю прищуренного взгляда Дена.
Саша выводит меня из банкетного зала и ведет в холл с панорамными окнами, многочисленными растениями в кадках и небольшим, подсвеченным неоном, фонтаном в самом центре.
- Сколько кобыл?
- 72.
- Маловато…
- Зато крутящий момент 66!
Мы встаем у окна с видом на ночной город и склоняемся над смартфоном Саши, в котором целая папка фотографий, где он с Ямахой.
Саша у Ямахи. Саша на Ямахе. Саша за Ямахой. Саша под Ямахой.
- Круто, че… Любишь ее?
- Да, пи@дец, как люблю!
- Я о твоей девушке, вообще-то, - пряча улыбку, рассматриваю байк.
- О ком?
- Вот ты дурень!
Парень заметно тушуется и теряется с ответом.
- Сань, - как гром среди ясного неба, разносится надо мной голос Дена, - тебя там твоя Ирина ищет.
Кожу облепляют мурашки, а сердце в панике начинает метаться по грудной клетке.
- Так я же сказал ей, что скоро приду.
- У нее там ребенок шевелиться, что ли…
Вот Саня жук! Два часа лил в уши, а о том, что скоро отцом станет, сказать забыл.
- В восемь недель?.. – хмурится он недоуменно.
- Это газы, - заявляю авторитетно.
Он понятливо трясет головой и напряженно смотрит за мою спину.
- Иди, - следует оттуда приказ.
И Саша, выхватив из моих рук, свой телефон, быстро теряется среди кадок с пальмами.
Я собираюсь последовать его примеру, но путь мне преграждают.
- Привет, - говорит тихо в макушку.
Разворачиваюсь и упираюсь взглядом в крепкую шею с крупным кадыком и колючий подбородок. Неосознанно делаю полный вдох.
Вкусно так, что во рту слюна собирается.
- Привет… пропустишь?..
- Как живешь, Малая?
- Лучше всех.
По венам носятся электрические разряды, нервы гудят как высоковольтные провода. Три года, это не три дня. Оказывается, я здорово по нему соскучилась.
- Как учеба?
- Отлично.
- Когда сессия?
- В декабре, - чеканю и вскидываю подбородок, - одеваюсь тепло, кушаю хорошо, спать ложусь вовремя. Еще вопросы будут?
- На Новый год приедешь?
Я на миг зависаю на глазах цвета черного кофе в обрамлении загнутых вверх ресниц.
- Новый год, - прочищаю горло, - я буду встречать со своим парнем.
Делаю шаг вправо и ныряю между ним и гибискусом.
Пошел он к черту. Снова режим брата включил. Учеба… сессия… Новый год…
Врываюсь в зал и принимаюсь искать глазами Матвея. Предупрежу, что домой сваливаю и такси вызову.
Иду мимо площадки, на которой в медленном танце кружат пары, и чувствую захват на локте.
- Вот ты где! – восклицает Саша, словно это я убежала, а не он, - потанцуем?
Я еще раз сканирую помещение и, не найдя Мотю, соглашаюсь.
- Где твоя Ирина? Поехала в роддом?
- Да нет, - смеется он, - с девчонками поболтать вышла.