Академия нечисти: пленных не берем
Тальяна Орлова
Академия нечисти: пленных не берем
Квест 1: Поступить в академию
Совру, если скажу, что не волновалась. Все-таки находилась в кабинете главного человека учебного заведения, а у лучшей академии должен быть лучший ректор. И господин Шолле, безусловно, был непревзойденным: один из сильнейших магов, один из вернейших защитников имперской короны, а с его опытом в своей области – то есть в выковывании из бездарей превосходных специалистов в сфере колдовства – ему не было равных. Поговаривали даже, что ему перевалило уже за двести лет. Скорее всего, врут. Выглядел он максимум на сотню. Импозантен, высок и взглядом строг, но образ мог существенно подчеркиваться черным костюмом, наподобие которых носили все маги направления некромантии.
Ректор посматривал больше на меня, чем в мои документы. Остановился на волосах, перевел прищуренный взгляд на лицо. Зря я все-таки заплела косы, здесь такую прическу не носят, а у меня и без того внешность могут посчитать экзотической – я слишком смугла и черноглаза для этих краев. Хотя Знающие напутствовали, чтобы на этом не зацикливалась: в академии учатся студенты со всего мира, вряд ли именно я буду выглядеть самой необычной.
Мужчина бросил взгляд на мои бумаги, переспросил:
– Лита Синица? Почему такая странная фамилия?
Вот уж не ожидала, что он начнет придираться к такой ерунде. Даже задышалось легче, а говорила я очень вежливо, готовая отвечать на любые вопросы настолько подробно, как ему только захочется:
– В месте, где я родилась и выросла, живут семьи магов воздуха, господин Шолле. Эта сила передается из поколения в поколение, и многие из нас действительно могущественны, даже без академического образования. Некоторые из нас в старости достигают такого уровня, что способны летать подобно птицам. И чтобы подчеркивать свою связь с крылатыми, мы носим имена птиц на себе как знак родства.
Не перебрала ли с высокопарностью? Да откуда мне знать, как разговаривать с могущественными некромантами, которые пережили и выпустили уже десятки потоков студентов? Но, похоже, я ответила именно так, как нужно, раз его глаза сразу потеплели и голос смягчился:
– Чистая магия воздуха без примесей? Звучит интригующе! Абсолютных стихийников очень мало осталось. Но я был уверен, что мы собрали в империи всех детей с таким даром!
Я слегка растянула губы в улыбке, хотя радости в нее добавить не смогла. Хотела сначала впечатлить ректора, а уже после перейти к главной загвоздке. Но момент истины передвинулся в самое начало нашего разговора:
– Я не из империи, господин Шолле. Я из халифата.
Как мне показалось, теплота в его глазах сменилась любопытством, и теперь мои бумаги его не волновали вовсе. Он будто бы не услышал ничего вопиющего и продолжил тем же спокойным тоном:
– Из Оланира? Лита, а ты сама понимаешь, насколько сложно тебе придется в академии? Да, мирный договор подписан три года назад, но отношение так быстро не меняется.
– А я думала, что здесь студенты делятся по способностям, а не по происхождению, – напомнила я чуть ли не академический лозунг. – И если так, то я не пропаду. Летать я не умею, но мои способности учителя оценивали довольно высоко.
– По способностям, – согласился он нехотя. – Просто тут никогда не учились студенты, которых можно всерьез ненавидеть за происхождение.
И пялится на меня, как будто я прямо сейчас должна ответить на все претензии, которые услышу в этих стенах. Пришлось изображать вежливое очарование:
– Насколько я знаю, эту академию закончили маги из многих стран. Так почему бы здесь не поучиться кому-то из Оланира? Не я начала последнюю войну, не я ее закончила, я вообще все детство провела в западных горах среди своей стаи, так почему именно мне отвечать за чужие ошибки?
Он кивнул с улыбкой – вероятно, мои слова ему понравились:
– По справедливости, ты не должна, но жизнь крайне редко бывает справедливой. Я просто предупреждаю, что проблемы возможны. Однако потом, если ты действительно сильна, сможешь заслужить уважение сокурсников. И мне все же непонятны такие риски. Неужели у вас нет своих магических школ?
– Такого уровня – нет, вы больше меня об этом осведомлены, господин ректор. А я с самого раннего детства испытывала тягу к знаниям, потому и мечтала поступить в лучшее заведение. Так почему я обязана отказаться от мечты, если какой-то недальновидный халиф еще до моего рождения решил, что может захватить вашу страну? Разве я сегодня должна из-за него менять свои планы?
Шолле приподнял руку и потряс в воздухе пальцем, будто прерывая уже понятную речь.
– Твой настрой мне нравится, Лита Синица. Тогда перейдем к более практическим делам… – Вдруг задумчивое выражение его лица резко изменилось, и ректор заорал: – Какого беса ты опоздала?! Занятия уже сегодня начались! Что это за студентка, которая даже не может явиться вовремя?
Я два раза моргнула. Может, так он меня на стрессоустойчивость проверяет? Потому постаралась ответить тем же безмятежным тоном:
– Сначала задержали на таможне, потом отправили на допрос к графу Кингарре – он захотел посмотреть на меня лично, ведь мы находимся на его территории. Я очень плохо разбираюсь в политике, но никак не могу понять: в чем смысл мирного договора, если здесь в каждой молодой и безобидной девчонке видят преступницу или шпионку? Но после долгого разговора граф проникся моей ситуацией и отправил меня сюда в своей карете, еще и письмо для своей дочери попросил передать. Вот, из-за письма я и опоздала, он его как раз сутки сочинял.
Ректор вздохнул:
– Лаур как был идиотом, так им и остался… – мужчина осознал, что произнес это вслух, прокашлялся, потом продолжил снова строго: – Ладно, войду в твое положение! Все равно первый учебный день самый бесполезный: преподаватели заливают студентов густым пафосным сиропом о том, как им повезло здесь учиться, как будто те сами не догадываются, раз примчались в далекую Кингарру со всех краев света. Разумеется, тебя определят на магический факультет. Но есть еще кое-что – я обязан испытать, что ты действительно обладаешь хоть какой-то силой… – Мужчина глубоко задумался, глядя на окно: – А в этом кабинете чистую магию воздуха не испытаешь, и даже тучи на улице не разгонишь, у нас там климатический купол. Что же для тебя придумать?
Я знала, что экзамен состоится, не станут же они принимать любого, в ком и капли дара не имеется? А то сюда бы на авось приезжали все желающие испытать удачу и хоть немного поучиться в элитном заведении. Я тоже не представляла, чем могу мгновенно впечатлить ректора, но сейчас впечатлять и не требовалось – просто показать хоть что-то. Потому я вспомнила о детской игре – маленькие ребятишки в стае часто так развлекаются.
Подалась немного ближе к его столу и хлопнула по столешнице, создавая небольшую, но резкую воздушную волну. Ректора вместе со стулом подбросило вверх. Почти сразу я предположила, что он в такую игру в детстве не играл, поскольку даже руки не додумался вскинуть, чтобы не врезаться головой в потолок… Зато когда рухнул обратно, под хруст своего стула завопил что есть мочи:
– Ты что творишь, дура оланирская?!
Я виновато скривилась. Может, надо было тот кактус на подоконнике подкинуть? Да откуда же я знала, что он не среагирует? У меня дома никто бы и глазом не моргнул… Кровь от лица отлила, когда я осознала, что этой ошибкой могла все испортить. И даже слова сказать пока не получалось, поскольку мужчина продолжал орать:
– Убить меня решила, как тебя там, Курица?!
– Синица я. И я не специально…
– У меня уже ощущение, что я сюда одних кретинов набираю, а они устраивают соревнования, кто из них окажется идиотичнее! Лучшее магическое заведение?! Трижды ха! До твоих скал просто не дошли главные новости – это место в народе называют академией нечисти, потому что нормальные дети здесь не выживают! То купол отключат, то температуры прибавят, то первым лицом заведения в потолок швыряются! У тебя в запасе гуманных фокусов не нашлось, птица неразумная?!