Шоу "Шанс" (СИ)
- То есть, он может двигаться сам?
- Любая машина может двигаться сама, - пожал плечами Берсеньев, - пилот нужен лишь в экстренных случаях. Вайдер?
- Да, шеф.
- Поворачивай влево и держись этого направления. Обрати внимание - поднимается южный ветер.
- Понял, - лаконично отозвался тот.
- Как ведут себя двигатели?
- Как часы.
- Расход горючего?
- Соответствует пройденному расстоянию.
- Я не видел поворота, - вмешался Артур, - пусть он повернет где-нибудь поближе. Я хочу оценить маневренность.
Взглядом показав, что понял, Берсеньев продолжал вглядываться в серую точку на горизонте.
- Шеф, - в голосе пилота проскользнуло недоумение, - компьютер выдал сигнал: температура масла падает, а давление поднялось на два пункта.
- Оба двигателя? - спросил Берсеньев, пока спокойно.
- Нет, только правый. Левый в порядке.
- Переходи на резервный.
- Понял, шеф, перехожу на резервный двигатель.
- Что-то случилось? - спросил Артур.
Берсеньев потер переносицу.
- Это очень странно, - произнес он, - температура масла не может падать во время движения. Она может только подниматься.
- И что означает эта чертовщина? - удивился Артур.
- Не в порядке датчики, - предположил Берсеньев, - что тут еще может быть?
- А то, что поднялось давление масла? - спросил Артур, наблюдая, как "бублик" нарезает аккуратные круги, - не может быть так, что в масло попало топливо?
- При той системе подачи топлива, которая у нас разработана, это, практически, исключено. Вайдер! Следи за уровнем масла. Думаю, что это ошибка компьютера.
- Новое сообщение, - прорезался голос пилота, теперь уже не на шутку озадаченный, - дисбаланс топлива. В правом баке ниже, чем в левом. Пробую их снова сбалансировать с помощью перепускного клапана...
- Добро, - бросил Берсеньев и обернулся к Артуру, - По идее, сейчас ситуация должна выправиться...
- Шеф, баланс в норме!
- Хорошо. Двигайся ближе, наш гость хотел посмотреть поворот.
- Было бы на что смотреть, - отозвался пилот, но послушно повернул. И, буквально, через секунду воскликнул, - шеф, у меня опять проблемы. Компьютер показывает, что расход горючего превышает нормы.
- Сильно?
- Нет, совсем немного.
- Утечка? - озадачился Берсеньев, - откуда бы ей взяться, ведь все тщательно проверили на стенде... Но даже если утечка, она не может быть связана с неполадками в системе подачи масла.
- Шеф, происходит что-то странное, - встревожено произнес пилот, - топлива меньше, чем должно быть!
- Тормози, - принял решение Берсеньев и обернулся к Артуру, - я пойду, проверю визуально, нет ли утечки. Вам настоятельно рекомендую остаться на безопасном расстоянии. Это - опытный образец, и неизвестно что он может выкинуть.
- Вы всерьез считаете, что моя голова для Империи важнее вашей, - тоже переходя на "вы" буркнул Артур, и, не слушая возражений, зашагал по полю за суховатым конструктором по направлению к "бублику".
Когда они подошли, "Спитфайер" плотно стоял на земле, а вокруг него чуть ли не на четвереньках лазил среднего роста, худой мужчина в простом синем комбинезоне, и чуть ли не обнюхивал траву.
- Ничего не обнаружил, - доложил он, едва увидев главного.
- Значит все-таки ошибка компьютера. Слишком чувствительные датчики, реагируют на все подряд, - Берсеньев взглянул на пилота, - сможешь повести машину вручную? Без компьютера? Если мы его совсем отключим. Не разгоняясь, просто для того, чтобы проверить - это компьютер дурит, или все же проблемы с двигателем. Получится?
- Обижаете? - улыбнулся пилот и хлопнул ладонью по капсуле. Она немедленно развалилась на две половины, открыв кресло и панель управления, Вайдер прыгнул туда, и капсула восстановила свой первоначальный вид.
- Что ты собираешься делать? - с подозрением спросил Артур.
- Проедемся так, без компа, - пояснил Берсеньев.
- Это опасно?
- Не думаю. Мы потихоньку.
- Может быть, разумнее перенести испытания? До выяснения? Императору я объяснить сумею...
- Артур, проблема в том, что если мы сейчас прекратим испытания, то причину неполадки мы не выясним. На стенде мы ее будем искать до греческих календ!
- Смотри, Антон... Ты конструктор - тебе решать.
- Вот именно, - голосом надавил Берсеньев, - Не паникуй. Вайдер сказал, что справится, а он - очень опытный пилот. Я ему доверяю.
Артур кивнул и замолчал, а Берсеньев закрутил шеей, подстраивая наушники.
"Бублик" снова подпрыгнул и завис над землей.
- Давай... Потихоньку, - скомандовал Берсеньев.
- Черт, - выругался пилот.
- Что такое?
- Шеф, у меня ощущение, что я еду в большом амбаре!
- Поясни? - потребовал Берсеньев.
- Очень плохо держит дорогу. Все-таки компьютер здорово помогал... Или это из-за того, что скорость черепашья? Шеф, я попробую слегка прибавить.
- Слегка - это сколько? - уточнил Берсеньев. "Бублик" как раз собирался поворачивать.
- Нет, это наглядно плохо, - поморщился Артур, глядя, как агрегат занесло, и он чуть не лег плашмя, - он совсем не едет как надо.
- Я разгонюсь хотя бы до девяноста километров!
- Вайдер, максимальная скорость - сорок. Повтори!
- Да вы что, шеф! На такой скорости "Спитфайер" может пилотировать моя бабушка! - в голосе пилота послышался явный протест.
- Вот если будешь оспаривать приказы, я твою бабушку и приглашу в качестве пилота! Скорость - сорок, ты понял?
- Понял, - вздохнул тот, - скорость сорок.
"Бублик", казалось, аккуратно нащупывает дорогу, словно человек, внезапно потерявший зрение.
Артур вглядывался в неровные, слегка дерганные движения опытного образца, и составлял в уме обтекаемые фразы. Ему предстояло написать доклад Императору. С тоской мужчина подумал о том времени, когда он служил другому Императору, сухонькому старичку-ученому, умному, терпеливому, все понимающему. Тому, которому можно было объяснить все, как есть, не утруждая себя дипломатией. При ТОМ Императоре Артуру приходилось быть жестким, потому что кому-то нужно быть жестким. А Всеобщий Дедушка этого не мог, не умел и не хотел. Сейчас жесткости в Империи хватало с избытком, Артур мог быть киселем, манной кашей, яйцом "в мешочек", его все равно боялись как смерти, потому что за спиной его маячила зловещая тень...
Неожиданно бублик с претенциозной кличкой "Спитфайер" вдруг заметно увеличил скорость.
- В чем дело, Вайдер? - недовольно поинтересовался Берсеньев, - я же тебе сказал - сорок!
- Шеф, я здесь не при чем, - тенорок пилота опасно завибрировал, похоже, он был на грани паники, - это залипание педали! Я не могу сбросить скорость, она все время нарастает. Уже девяносто... сто... сто пять... Скорость растет, шеф!
- На тормоз он не реагирует?
- Нет! Скорость сто двадцать и продолжает расти!
- Черт, - Берсеньев побледнел под своим загаром, губы вытянулись в струнку, морщины на лице обозначились резче, - Вайдер, блоки! Поворачивай!
- Не могу! Я поворачиваю штурвал, а машина едет прямо! Черт, шеф, скорость подходит к двумстам... уже двести! Двести пять!... Я не могу повернуть, меня несет прямо на блоки!
Артур застыл, как соляной столп.
- Скорость двести десять! Меня сейчас размажет!.. - вопль пилота слился с низким вибрирующим звуком, который вдруг возник на пороге слышимости. Берсеньев схватился за голову и отвернулся с перекошенным от боли лицом.
Артур видел всякое. И смерть. И страшную смерть. И невыносимое приходилось выносить, и морду при этом держать "по протоколу". А куда денешься? Такую долю он сам себе выбрал, еще в тот памятный день, на даче, перед отречением императора. Выбрал, решив, что ему она окажется по плечу.