Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»

Когда они закончили, Аня спросила:
– А мы не хотим заодно обсудить программу исследований для Сатурна? Ее не мешало бы обновить. Та, что есть, разрабатывалась полтора года назад. Тогда мы думали, что у нас будет два спускаемых аппарата. Сейчас остался один. Если ориентироваться на старые наработки, программу придется сократить вдвое.
– Не хотелось бы, – включился в разговор Никита.
  
– Пару дней назад Валик поднимал эту тему, – ответил Юра.
– Как раз сегодня получил ответ от Земли, – подхватил Валик. – Академия наук разрешила нам взять проработку на себя. Но они будут согласовывать наши предложения.
– Отлично! – Аня улыбнулась. – И, к слову, у меня есть пара идей для обсуждения. Только вы не ругайтесь сразу.
– Обещаем. – Юра взял со стола чашку с кофе.
– Я все время думаю о Титане, – начала Аня. – При старом подходе «Оса» проведет на нем всего пару месяцев. Остальное время уйдет на другие спутники. Но два месяца для Титана – это очень мало. Там ведь целый мир, огромный и уникальный. По размеру он больше Меркурия…
– Что же ты предлагаешь?
– Мне кажется, станцию, которую мы планировали развернуть на Титане как вспомогательную, нужно сделать не вспомогательной, а базовой – постоянно обитаемой.
– Ты про надувной модуль? – уточнил Юра.
– Да. Их у нас два, оба довольно объемные.
Даже одного из них хватит, чтобы разместить экипаж из трех-четырех человек. А двух – тем более.
– Второй мы хотели использовать на Энцеладе, – напомнил Никита.
– Да, но мы думали возвращаться туда несколько раз. Сейчас так, скорее всего, не получится. Или мы успеем изучить всего два-три спутника вместо шести-семи.
– Погоди. За полгода «Альфа Ориона» сделает десять, а то и двенадцать облетов вокруг Сатурна. Мы же планировали по одному спутнику на облет, не считая Титана.
– Не совсем, – уточнила Аня. – Титан действительно стоял особняком: туда должен был лететь отдельный посадочный модуль. Для остальных спутников идея была другая: один пролет мимо Сатурна – высадка, второй пролет – возвращение на «Альфа Ориона». Дальше разгрузка, техобслуживание, восстановление экипажа. И только потом, на третьем пролете, снова высадка.
– Надо отказаться от потерь на восстановление, – предложил Никита.
– Ни в коем случае, – запротестовала Клава.
Никита бросил на нее короткий взгляд и продолжил:
– Когда у нас было два спускаемых аппарата и два экипажа, холостые пролеты действительно были актуальны. Мы планировали, что четверо из нас будут исследовать Титан, еще четверо – другие спутники. Теперь осталась одна «Оса». Значит, пока одна четверка будет летать на ней, остальным и так придется сидеть на «Альфа Ориона». Мы можем просто меняться на каждом витке.
Клава задумалась.
– Пожалуй, ты прав.
– Нет, не прав, – отозвалась Аня. – Точнее, прав, но не до конца. Если просто меняться на каждом витке, программу для небольших спутников мы выполним, а Титан так и останется недоизученным.
– Почему? – Никита ход ее мысли не понял. – Ты же сама говоришь: два месяца на Титан, остальное – на другие спутники.
– Я говорю как раз о том, что двух месяцев на Титан мало. Это единственный спутник в Солнечной системе с плотной атмосферой, с морями и реками, с круговоротом жидкости, как на Земле. Может, там даже условия для зарождения жизни есть.
– Угу, – фыркнул Никита. – С венерианскими черепашками мы уже познакомились. Теперь будем искать титаниан.
– Погоди, Никита, – вмешался Юра. – Сейчас не время паясничать. Аня, что конкретно ты предлагаешь?
Аня стала загибать пальцы:
– Смотрите. Первый пролет мы пропускаем: он нужен для стабилизации орбиты. Во время второго пролета вчетвером высаживаемся на Титан.
У нас будет примерно две с половиной недели: первые витки – самые длинные. Мы разворачиваем базовую станцию. На третьем пролете двое возвращаются на «Альфа Ориона». Двое остаются на Титане и продолжают исследования.
– То есть как, остаются? – затараторила Клава. – Без корабля? Это невозможно!
– Клава, не торопись, – снова вмешался Юра. – Пусть Аня закончит.
Он повернулся к Ане и дал знак продолжать.
– Следующий виток я как раз думала оставить для восстановления экипажа – вернуть на «Альфа Ориона» двоих и никого не высаживать. Но Никита говорит дело: сейчас в этом нет необходимости. Нас на корабле тринадцать человек. Вполне можно спланировать экипажи так, чтобы каждый из нас чередовал пребывание на Титане, на «Осе» и на «Альфа Ориона».
– Ты кое-что упускаешь, – вставил Никита.
– Что именно?
– Некоторые из нас в этих вылазках будут всего лишь туристами.
Варя (она как раз начала собирать посуду) обиженно стукнула тарелкой о поднос.
– Я помню: не все среди нас ученые, – мягко осадила Никиту Аня. – Только это не значит, что ребята не смогут быть полезными. Они учились работать с приборами и делать наблюдения. А интерпретировать результаты будем мы. Что до замечания Клавы, можно взять на Титан модуль обслуживания. Он, конечно, небольшой, но для двоих вполне сгодится. Правда, есть одно «но».
– Всего одно? – удивился Юра.
– Нет, вопросов, конечно, больше. Только все остальное вполне решаемо. Ребята ведь смогли превратить изрядно потрепанный дирижабль в вездеход повышенной проходимости. Не думаю, что с модулем обслуживания у них возникнут проблемы.
– О чем тогда речь?
– О защите от радиации. – Аня сделала небольшую паузу. – Честно говоря, тема радиации актуальна и для «Осы», но в меньшей степени.
У «Осы» высокий уровень пассивной защиты.
А модуль обслуживания так защитить не получится: у него рабочий объем и без того маленький. Если увеличить толщину стенок, из двухместного он превратится в одноместный.
– На Титане можно обойтись и так, – включилась в разговор Настя. – Там плотная атмосфера, у поверхности радиации быть не должно.
– Да, только до поверхности нужно еще добраться.
– Перевезти его на буксире, – пожала плечами Настя.
Аня задумалась:
– У меня, честно говоря, была другая идея – сложная в реализации, но все же…
– И? – Юра выжидающе смотрел на нее.
– Я подумала, почему бы нам не попробовать собрать для него электромагнитный щит, как у «Альфа Ориона».
– Ты же понимаешь…
– Понимаю. – Аня не стала дожидаться, пока Юра закончит. – И все же. Даже небольшое, но мощное магнитное поле неплохо снизит уровень радиации.
– Что скажете? – Юра посмотрел сперва на Лешу, потом на Валика.
Валик почесал бороду:
– Задачка, прямо скажем, со звездочкой. Мы как раз любим такие. – Он подмигнул Ане.
– Все это нужно как следует обмозговать, – подытожил Юра.
И тут в обсуждение снова включилась Клава:
– Я не хотела говорить об этом сейчас, но, раз уж вы всерьез решили обосноваться на Титане, я не могу не напомнить. – Она сделала паузу, посмотрела на Аню. Аня посмотрела на нее. – Анечка, ты же понимаешь, такая затея пока не для тебя.
Аня выпрямилась и холодно произнесла:
– А когда станет для меня? После возвращения на Землю?
– Аня, я же о тебе беспокоюсь.
– Я взрослый человек. Не нужно обо мне беспокоиться. Если хотите, я готова взять всю ответственность за свое здоровье на себя.
– Пока мы находимся на одном корабле, – возразила Клава, – каждый из нас несет ответственность не только за себя, но и за весь экипаж.
Мы – звенья одной цепи. Если одно звено прохудится, вся цепь потеряет прочность.
  
Аня и Клава молча смотрели друг на друга, пока Варя случайно не уронила вилку. Металлический звон вывел обеих из оцепенения. Аня нарочито вежливо улыбнулась и произнесла:
– Конечно же, ты права.
Она встала, вышла из-за стола.
– Аня, я не из вредности так говорю, – протараторила ей вдогонку Клава. Аня не обернулась.