Реквием. Книга первая Инициация (СИ)

«Шишига» и Ниссан остановились вплотную, на дозиметре было без изменений — 0.43 микрозиверта.
— Держите периметр, — не дожидаясь моих указаний, скомандовал Виталий Семенович, пока я при свете внутреннего плафона лихорадочно искал объезд. Маршрут нашелся — нужно было вернуться назад на сотни две метров и съехать с шоссе в направлении Селятино. Пересечь Киевское шоссе по окраине Селятино, чтобы попасть в маленький поселок дома отдыха «Отличник». В километре от микропоселка был крупный населенный пункт Сырьево, от которого вела дорога на ЦКАД.
Позвав Дениса и Ваню, показал предполагаемый путь, девушки тоже вылезли из машины, чтобы размять ноги. Мы проехали всего около тридцати километров, затратив больше часа. Брошенные машины, заторы и толстый слой снега на дороге не позволяли развивать скорость выше сорока километров в час.
Вернувшись назад, мы аккуратно съехали с трассы, чтобы попасть в Селятино. В населенный пункт вела одна дорога, и уже подъезжая к первым зданиям, мы уткнулись в баррикаду, организованную двумя автобусами, полностью перекрывавшими проезд. Одновременно с трех сторон — с боков и спереди — вспыхнули фонари, слепя нас.
— Выйти из машины, подняв руки, — голос, усиленный рупором, не предвещал ничего хорошего.
— Всем спокойно, — успел сказать в рацию, прежде чем за дверь машины дернули снаружи. Слепящий свет заставлял жмуриться, но ствол, уткнувшийся мне в ребра, я почувствовал однозначно.
— Кто такие? Дернетесь — стреляю! — говоривший еще не заметил автомат в моих ногах. Он торопливо провел рукой по мой груди и животу, ища оружие.
— Русские мы, с Одинцово едем, свет убери, поговорим.
— Все здесь русские, да не все друзья, — зло проговорил голос, но фонарь отвел в сторону. Проморгавшись, я наконец увидел визави — это был мужчина средних лет с маской из марли на лице. Одет был по-домашнему — теплая куртка, лыжная шапка. В руках охотничье ружье, ствол направлен на меня. За ним стояло еще несколько парней, у одного в руках топор, у двоих ружья в руках. Со стороны Семенова тоже были люди — двое парней с арбалетом в руках.
— Мужики, спокойно, мы не причиним вам вреда. На трассе страшный затор, мы просто хотим объехать через ваш поселок.
Страха не было — это простые люди, вышедшие на защиту своего дома. Да и вооружены они слабо, но стрелять своих без причины я не собирался. Беспокоился только за импульсивного Дениса.
— Опустите оружие, — скинув с себя дождевик, Семенов явил свою форму подполковника. — На территории страны военное положение, а вы препятствуете проезду официальной колонны.
Но слова подполковника возымели обратный эффект, почти в одновременно заговорили все. Со стороны автобусов подтянулись еще около десятка человек, возмущающиеся тем, что власти бездействуют, что не оказывается гуманитарная помощь. Еще немного и их неприязнь перейдет в открытую вражду, надо было что-то срочно предпринять.
— Народ! — мне пришлось повысить голос, — Мы едем в Коломну, где должны передать информацию по выжившим после атаки. И про ваше Селятино скажем, обязательно передадим, чтобы направили сюда продовольствие.
Эти слова возымели эффект — меня засыпали вопросами, где главнокомандующий, что стало с Америкой и когда все наладится. Больше всего радости у людей вызвали мои слова, что США превратились в выжженную пустыню.
— А Франция? Это лягушатники все начали! — вперед протиснулся сухопарый старик в очках, похожий на школьного учителя.
— Такой страны больше нет, — как можно увереннее ответил на его вопрос. — Британия практически полностью ушла под воду, но и мы понесли огромные потери. Москвы, Питера больше нет, по столице враги отработали особенно сильно.
Около получаса мы провели, беседуя с жителями Селятино, подтянулись даже женщины из ближайших домов. Когда мы грузили припасы и вещи, не все поместилось в «шишигу» — в Додже был наполовину полный ящик с тушенкой, около двадцати банок. Глядя на небритые и исхудавшие лица, я почувствовал стыд. Открыв дверь, вытащил неполный ящик и протянул старшему местных со словами:
 
— Вы, ребята, продержитесь немного, все должно наладиться.
Провожали нас дружно — сопроводили до Киевского шоссе, показали, где лучше въехать, чтобы попасть в следующий поселок. Доехав до Сырьевого, Семенов свернул направо к ЦКАДу, вернувшись на шоссе минут через пять. До следующей крупной развязки, пересечения с Каширским шоссе, было почти семьдесят километров, этот участок ЦКАД был наименее пустынный, если не считать пары маленьких поселков.
Снег здесь местами сдувался ветром, Семенов даже смог разогнаться до семидесяти километров, пока я не попросил сбросить скорость. В любой момент на снежной дороге можно допустить ошибку, а на этой трассе, ставшей для нас дорогой к жизни, ошибиться означало погибнуть.
  
Глава 9
 
Островок цивилизации
 
Дорога впереди была свободной, но на ней лежал толстый слой снега, не меньше десяти сантиметров. Периодически встречались машины, застывшие у обочины, а порой брошенные прямо посреди дороги. Снег облепил их, частично размывая, частично скрывая контуры. Следов от машин было мало, до нас здесь проехало максимум пара десятков, сформировав небольшую колею, по которой старался ехать Семенов.
Разговаривать не хотелось, дозиметр словно застыл на цифре 0.42 микрозиверта, давая свободно дышать и курить. Я заново прокручивал события последних лет, приведших к этой глобальной катастрофе.
Все началось с одного митинга в Киеве, случившегося более десяти лет назад. Произошла смена власти — одни это расценивали как переворот, вторые — как высшее проявление демократии. События развивались стремительно — Крым вернулся в состав России, на Донбассе образовались народные республики, объявленные Киевом сепаратистскими и преступными. В течении восьми лет ситуация «ни война, ни мир» держала в напряжении два братских народа. А потом все вышло из-под контроля — славяне схлестнулись между собой. Довольный англосаксонский мир потирал потные ладошки — у них получилось лучшее вложение средств, приведшее к взаимной ненависти.
Можно ли было все это предотвратить? Наверное, да, но история не знает сослагательного наклонения. Когда исход специальной военной операции был практически предрешен, на горизонте появились силы НАТО и случилось то, чего боялись больше всего — ядерная война. Во всей этой истории меня терзал один момент — я получил смс о ядерной атаке, и сирена прозвучала буквально за несколько секунд до взрыва в Красногорске. Почему предупреждение пришло так поздно? Была это преступная халатность или враг умудрился обойти наши системы ПВО? Почему практически сразу пропал интернет и перестали работать мобильники? Ведь невозможно всю сеть вывести из строя, тем более что на орбите есть спутники. Неужели спутники были выведены из строя?
Много раз вместе с парнями мы моделировали ситуацию, но связь и интернет какое-то время должны были работать. Или по радио не сказали всей правды и удар по России был нанесен куда сильнее?
Мы уже ехали около часа, сзади негромко переговаривались Аннабель и супруга подполковника. Мне было приятно, что у Семеновых начали налаживаться отношения с Денисом. Маша просто расцвела. Все это время ее угнетало данное обстоятельство. Да и Виталий Семенович оказался мужиком со стальными фаберже. Вспомнив, как он лихо отправил Картуза на тот свет, покосился на подполковника. Сидит за рулем спокойный и сосредоточенный, словно мы едем в уик-энд на шашлыки. Непростой мужик, непростой — первое впечатление, что он мягкий и пушистый, но жена не смеет слова против сказать.
— Олег, впереди что-то есть!
Вглядываюсь в темноту — словно отблески красного прямо по курсу.
— Сбавь скорость, — в сфере фар прочитал название населенного пункта — Молодежный. Сверяюсь по карте, пока Семенов, сбросив скорость до тридцати, продолжает держать курс на мигающий красный свет. Через километр — пересечение с Симферопольским шоссе, мы отъехали от Селятино примерно на сорок километров.