Дегустатор ядов (СИ)

  
Глава 4
 
Магический будильник прозвенел в пять утра. Он летал надо мной и плевался ледяными шариками, пока не вынудил меня сесть и свесить ноги с кровати.
Я провела ладонью по лицу и просипела:
— Маги, налейте мне яда. Не ночь, а сплошное издевательство.
Вставать ужасно не хотелось. Получив в очередной раз по шее от будильника, кое-как поднялась с постели и тотчас заметила краем глаза легкое шевеление штор, хотя окна были наглухо закрыты.
«Неужели ожидается продолжение безумной ночи? — кометой пронеслась тревожная мысль. Бронзовая ваза с сухоцветами уже летала, одеяло, подушка и книги тоже. Чем он запустит в меня на этот раз?»
— Так и будешь прятаться или соизволишь все-таки показаться?! — со злостью выпалила я. Ноль реакции. Впрочем, было бы удивительно, если бы последовал ответ. — Трус!
Переступая через разбросанные по полу фолианты, кое-как добралась до ванной комнаты, глянула в зеркало и ужаснулась. Да что там ужаснулась! Я чуть сознание не потеряла, едва увидела собственное отражение.
— Это точно я? — прохрипела голосом заядлого курильщика.
Все лицо и руки были измазаны грязью, а на лбу, точно у преступника, коряво выведены углем шесть больших букв, складывающихся в слово: «СИРЕНА».
— Подлец! — сорвалось с губ ругательство. А как еще назвать того, кто пакостничает исподтишка? — Можешь бросаться книгами и не давать спать сколько угодно, тебе все равно не выжить меня. Я выйду отсюда только вперед ногами!
В ответ тишина, но ночной мучитель явно все расслышал, хотя я по-прежнему не представляла, кто он такой. Точно не ночной дух. С этим я справилась бы в два счета!
Тщательно умывшись, вернулась в спальню, в которой царил хаос, причесалась, стянула волосы узкой лентой и взяла в руки брюки синего цвета. Костюм принесли вместе с постельным бельем, очевидно, по указанию Майе. Стоило вспомнить о генерале, как меня с головы до ног обдало жаром. Рука непроизвольно легла на грудь.
Я облегченно выдохнула, когда нащупала простенький кулон в виде треугольного лабиринта. На месте! К счастью, этот поганец не сорвал его с шеи и не отнес главе безопасности. А ведь мог!
Три года я носила подвеску без каких-либо опасений, а теперь… теперь все изменилось. Во избежание проблем следовало спрятать кулон подальше от посторонних глаз. Но я настолько привыкла к нему за эти годы, что чувствовала себя без него, как без рук. Точнее, слабой. Невзрачная драгоценность придавала мне уверенности, не давала забыть, кем я стала благодаря Майе… С того дня прошло немало времени, но мне по-прежнему было невдомек, зачем я подняла тогда с пола кулон, хотя не раз задавалась вопросом. Скорее всего, это был секундный порыв, за который теперь можно было поплатиться.
* * *
На кухню я попала благодаря молодому охраннику, тому самому, что принес накануне саквояж. Несмотря на ранний час, здесь уже вовсю кипела не только жизнь, но и вода в огромных медных котлах.
В Беллатриксе не гнушались магии. По мановению рук лучших поваров королевства с полок слетали банки с сахаром и мукой, весло медленно помешивало квасное сусло, а нож чистил овощи и фрукты, нарезая их на кусочки идеально правильной формы.
Несколько минут я наблюдала из укромного места за работой кулинаров, желая понять, каким образом здесь все устроено. И лишь потом, когда часто стала ловить на себе любопытные взгляды, проговорила во всеуслышание:
— Доброе утро! Позвольте представиться, Морена Лоуренс — новый королевский дегустатор!
Кто-то воспринял новость с восторгом, кто-то не выразил никаких эмоций, лишь главный повар не удержался от небрежного замечания:
— Женщинам и свиньям не место на кухне.
Почему я решила, что мужчина с длинными и рыжими усами главный повар? Кто ж еще? У него был самый высокий колпак, самое высокомерное лицо, самый громкий голос и самый длинный язык, который не мешало бы укоротить.
— Как и тараканам. К тому же это высказывание о корабле, — произнесла с показным спокойствием. — Если Беллатрикс решит вдруг отправиться в плавание, так уж и быть, я покину его. А пока мне придется немного поиграть у вас на нервах.
 
Покраснев с головы до пят, повар открыл рот, намереваясь вступить со мной в полемику. Не получилось. На кухне появилась моя личная головная боль и заноза в сердце.
Начальник выглядел на удивление отдохнувшим, словно проспал целый день, а не три-четыре часа. Длинные серебристые волосы были собраны на затылке черной лентой — того же цвета, что и остальная одежда.
— Уже здесь? — в его голосе прозвучало удивление, которое он поспешил спрятать за раздражением. — Пойдем. Для тебя есть работа.
— И вам доброе утро, генерал Майе!
Как и прежде, он эффектно развернулся, отчего плащ взмыл в воздух, и широким шагом направился прочь из кухни. Я метнулась следом, нередко переходя с шага на бег, и вскоре оказалась в крохотном помещении. Здесь стоял всего один стул и стол со множеством столовых приборов, а стены были драпированы белоснежным шелком. Дегустационная!
Майе оперся спиной о дверной косяк, сложил руки на груди и впился в меня колючим взглядом. Около минуты он неизменно смотрел мне в глаза, будто хотел прочесть в них ответ на не озвученный вопрос, затем понурил голову и снова взялся за старое. Казалось, он видел меня насквозь, не говоря уже о кулоне, скрытом плотной белой рубашкой и синим кителем.
Я чувствовала, как заходится в частом стуке сердце, и ничего не могла поделать. Воспоминания против воли начали уносить меня в летнюю ночь, полную страсти и бесчисленных поцелуев… Кровь в венах забурлила, в животе запенилась теплота, которую довелось испытать лишь однажды.
Будь у меня пространство для маневров, я бы забилась в дальний угол, а не стояла бы на расстоянии вытянутой руки от Майе. Все-таки оказаться с ним наедине, да еще в крохотном помещении, было непростительной ошибкой.
— Как обустроилась? — внезапно спросил он явно не из праздного любопытства или из желания выказать заботу.
Я заняла рабочее место и попыталась расслабиться, сознавая, что своей нервозностью усугубляю положение. Немного помедлив, выдавила:
— Отлично.
— Вот как… — Майе склонил голову и ухмыльнулся. — Поговаривают, из твоей комнаты всю ночь доносился грохот. Переставляла мебель?
— Не без этого. Размещала по своему вкусу.
— Значит, вечером зайду. Хочу взглянуть на новую планировку, — пояснил он, заметив озадаченность на моем лице. — Ты же не будешь против? — судя по тону, последняя фраза походила больше на утверждение.
Стоило вспомнить, какой беспорядок оставила в комнате перед уходом, и представить, что туда заявится генерал, меня чуть удар не хватил. Пластом лягу перед дверью, но не пущу!
— Буду, — смело заявила я и вскинула подбородок. — Перестановка в полном разгаре. Как закончу, обязательно приглашу вас.
Майе оторвался от дверного косяка, сделал несколько шагов в моем направлении и иронично заметил:
— Если не вылетишь оттуда прежде, чем настанет полночь. Странно, что этого не случилось еще вчера…
— С чего вдруг? Меня там вполне все устраивает, — ответила я с наигранным недоумением и начала загибать пальцы. — Две комнаты, собственная ванна, кровать с балдахином, большая коллекция книг. О чем еще может мечтать бедная адептка?
— С того, что в этих покоях и дня никто не прожил с тех пор, как умер архимаг Клирел. Сговоришься с демоническим отродьем — поплатишься, — грозно прошипел он, склоняясь к моему лицу.
Теплое дыхание коснулось губ, вызывая приятную дрожь в теле. Угомонившееся сердце вновь пустилось вскачь.
— И вы туда же, — фыркнула я и попыталась отклониться как можно дальше. Не вышло, помешала высокая спинка стула. — Нет там никакого ночного духа. Вы его видели?
— Его нет, а вот синяки под глазами слуг, претендовавших на эти покои — не раз. — Майе достал из кармана брюк серебряные часы, открыл крышку и снова убрал их. — Пора накрывать на стол. Надеюсь, ты меня услышала.