Из пепла (ЛП)

Меня окружили Никкии Эмили и я быстро объяснила Тайлеру, кто такие Джесси и Изабелла. Я рассказала им обо всем вчера вечером, так что они знали о драке, пожаре, Калифорнии и Тайлере, но Джесси, похоже, все еще совсем не нравился Тайлер. Однако я заметила, что они с Амандой не сводят друг с друга глаз, а Изабелла, взглянув на них, повернулась ко мне и подмигнула.
Эмили и Никки потянули меня к дому, Аманда помогла Изабелле, а Джесси и Тайлер взяли все сумки и пошли за нами. Когда мама Гейджа, Тесса, услышала, что мы вошли в дом, она вышла из кухни и, выронив деревянную ложку, бросилась обнимать меня, что продолжалось, казалось, несколько минут. Когда она отстранилась, в ее глазах блестели слезы, и она коснулась моих щек так же, как это сделала Аманда.
— О, моя милая девочка, спасибо тебе.
Мои брови сошлись в замешательстве, но у меня не было времени спросить, за что она меня благодарит, потому что именно тогда она заметила Джесси и Изабеллу, и начался следующий раунд знакомства. Конечно же, она схватила телефон и сразу же позвонила отцу Гейджа, сказав ему, что он должен немедленно вернуться. Не прошло и десяти минут, как он вошел, взглянул на меня, и из-под усов Сэма Эллиотта вырвалась огромная ухмылка. Он большими шагами пересек комнату, поднял меня с пола и обнял, после чего поставил обратно на пол.
— Черт возьми, девочка, я рад видеть тебя в этом доме.
— Спасибо, Джон, — тихо сказала я. Я просто надеялась, что Гейдж почувствует то же самое. — Джон, это Джесси и его мать, Изабелла. Это семья, которой ты помогал.
Изабелла тихонько плакала, а Джесси, оставив ее, подошел к Джону и обнял его. Глаза Джона расширились от шока, а его руки поднялись и погладили Джесси по спине. Когда тот отстранился и попытался поблагодарить его, он не смог сказать и слова и просто повесил голову. Джон похлопал его по плечу и прошел мимо него, чтобы сесть рядом с Изабеллой на диван и обнять ее, как это сделали остальные члены семьи.
Тайлер обхватил меня за талию и коснулся обнаженной части спины.
— Это потрясающе, Кэсс, когда ты успела ее сделать? — прошептал он.
— В четверг. А где Гейдж?
Я купила пару спортивных маек, в которых было видно татуировку; та, что была на мне сегодня, была темно-зеленой, такого же цвета, как глаза Гейджа, глаза, без которых я провела уже слишком много времени.
Он потянул меня за собой из гостиной в сторону столовой.
— Девочки сказали, что он уехал кататься за пару часов до твоего приезда. Должно быть, он вернулся сегодня рано утром; я еще спал, когда он пришел и когда ушел.
— Вернулся?
— Вчера он ездил в Калифорнию, чтобы забрать тебя; добрался до дома моих родителей, и мама сказала ему, что тебя нет. Судя по тому, что сказала тетя Тесса, он думает, что ты действительно ушла от него. Говорю тебе, Кэсс. У него. В голове. Полный. Пиздец.
— Он уехал в Калифорнию? Как он узнал, что я там? Ты ему сказал?
Тайлер посмотрел на меня, как на дуру.
— Кэсс, да ладно, я сказал ему, когда мы были в аэропорту, еще до того, как мы покинули Техас. Я думал, ты просто уехала, не сказав ни слова. Он уже проснулся и искал тебя. Он рассказал мне о записке, которую ты ему оставила — не самый лучший выбор, кстати. Он поднял на меня бровь.
— Погоди! Он знал, где я нахожусь, две недели, но до вчерашнего дня не пытался за мной приехать или позвонить?
Слова Коннора, сказанные им вчера утром в его квартире, начали заполнять мой разум.
— Мы с Гейджем решили, что так будет лучше. Ты ускользала от него, и это было из-за того, что сделал Гейдж. Если бы он попытался надавить на тебя, позвонив или приехав сразу же, а он хотел этого, мы оба согласились, что это лишь оттолкнуло бы тебя еще дальше. Мы решили дать тебе возможность разобраться во всем и подождать, пока ты вернешься к нему, но он был настолько подавлен, что вчера просто не мог больше ждать.
— Но теперь он думает, что я ушла, — тихо сказала я.
Тайлер кивнул.
— Да, милая, он думает, что все кончено.
Его слова ощущались как физический удар, и я слегка согнулась, схватив Тая за руку, чтобы удержаться на ногах.
  
— Этого не может быть. Я просто должна была разобраться с тем, что случилось, должна была разобраться в себе. И я это сделала. Я не могла вернуться к нему, не разобравшись во всем.
— Вы, ребята, разберетесь — вы созданы друг для друга, — он поцеловал меня в макушку и обхватил своими большими руками. — Просто будь с ним помягче, хорошо? Как я уже сказал, у него не все в порядке.
— Да, — прошептала я и снова посмотрела на Изабеллу.
Я вспомнила все те истории, которые она рассказывала мне о своей настоящей любви, когда я приезжала к ней в гости, и как она была уверена, что мы с Гейджем — родственные души и будем вместе навсегда. Боже, я надеялась, что она была права.
Гейдж
Мы с Медведем преодолевали последний холм перед тем, как показался главный дом. Я провел утро, глядя на то место, которое мы построили с папой, и не мог заставить себя войти внутрь. Мы немного побегали, чтобы выплеснуть из Медведя накопившуюся энергию, а я попытался очистить свой разум, но ничего не помогло; это лишь подтвердило, что Кэсс ушла. Как только показался дом, я увидел, что возле него припаркованы и другие машины, а когда мы подъехали ближе, я заметил новенький «Тахо» и знакомый «Камаро»… Джесси. Черт, подумал я, что-то случилось с Изабеллой.
Быстро сняв все с Медведя, я оставил его на одном из полей, чтобы ему не пришлось возвращаться в конюшню, и заставил себя войти в дом. За последние два месяца Изабелла мне очень понравилась: она была такой же милой, как мама, и всегда радушно принимала нас с Кэссиди в доме. Я с ужасом ждал того дня, когда Джесси позвонит и сообщит плохие новости. А сегодня это бы вообще добило меня.
Открыв дверь, я услышал смех, а когда она закрылась, шум полностью прекратился. В воздухе стоял гул, от которого у меня заколотилось сердце. Мне казалось, что я должен был догадаться, что происходит, но я был настолько поглощен своими мыслями о том, что происходило с Кэссиди, что не мог сосредоточиться на этом. Повернув за угол в гостиную, я замер и схватился за угол стены.
Кэссиди, Изабелла и мама сидели на главном диване, у каждой из них было совершенно разное выражение лица, но все, на чем я мог сосредоточиться, — это Кэссиди. Она выглядела так, будто вот-вот лопнет, будто только что впервые увидела солнце и была в ужасе от того, что его у нее вот-вот отнимут.
Она медленно поднялась с дивана и направилась ко мне, остановившись в нескольких дюймах от меня. Все, о чем я мог думать, — это о страхе в ее глазах в ночь, когда она уехала и о том, как она вздрагивала, когда я пытался до нее дотронуться. Сейчас страх на ее лице был совсем не похож на ее страх передо мной, поэтому я медленно поднял руку, провел кончиками пальцев по ее правой скуле и обхватил ее лицо. Она ни разу не вздрогнула, ни разу не моргнула, и ее тело не замерло, когда я прикоснулся к ней; оно расслабилось.
Это было все, что мне нужно было знать.
Я обхватил ее за талию, притянул к своей груди и прижал губами к ее губам. Не заботясь о том, что вся моя семья смотрела на нас. Не заботясь ни о чем, кроме тихого гортанного звука, который она издавала и о том, что ее руки тут же обхватили меня за шею, затем она сняла с меня ковбойскую шляпу и позволила ей упасть на землю, схватив в кулак мои волосы. Не говоря больше ни слова, я вывел нас из дома и направился к своему грузовику, выругавшись, когда понял, что он закрыт. Через секунду "Тахо" пискнул, замигали фары, и Кэссиди лукаво улыбнулась, протягивая мне брелок.
— Как?
— Я все объясню. Мы можем поехать на наше место?
Поцеловав ее мягкие губы, я прошептал в ответ:
— Я знаю место получше.
Я довез нас до дома и наблюдал за растерянным лицом Кэссиди, когда он появился в поле зрения.
— Что это за место, Гейдж?
С трудом сглотнув, я взял ее за руку и посмотрел на нее.