Из пепла (ЛП)
Кэссиди отпрянула от меня.
Мне показалось, что в грудь выстрелили из дробовика.
— Что, черт возьми, с тобой не так?! — Джеки закричала на меня.
— О боже, Кэссиди! Я сделала короткий, болезненный вдох. — Детка, с тобой все в порядке? Я… — Еще один болезненный вдох. — Мне так жаль.
Я поднялся на ноги и последовал за Итаном, который подхватил ее на руки и быстро пошел с Джеки обратно в спальню; Тай не отставал.
— Ты что, издеваешься надо мной? Ты всегда твердишь, что я причиняю ей боль, а ты ее бьешь?!
Я почувствовал, что меня вот-вот вырвет.
— Я понятия не имел, что это она, я даже не знал, что она в комнате. Боже. Кэссиди, ты в порядке? Пожалуйста, скажи что-нибудь. — Итан уже усадил ее на кровать, поэтому я подошел ближе и осторожно коснулся ее руки, но она отдернула ее.
— Не трогай ее, придурок! — Тайлер оттолкнул меня и встал лицом к лицу со мной.
— Хватит драться, — сказала Кэссиди мягким, безэмоциональным голосом. Я обернулся, и мое сердце разбилось, когда я увидел, что правая сторона ее лица скрыта знакомой безжизненной маской. — Тайлер.
— Да, милая? — Он присел на корточки рядом с ней и взял ее за руку, улыбка на его лице показывала, как он счастлив, что она возвращается к нему, как всегда.
— Мне нужно, чтобы ты ушел, мне нужно немного времени…
— Кэсси, я всегда…
— Больше нет, не после того, что ты со мной сделал. — Ее голос утратил свое звучание, как у робота, и стал тихим, почти шепот, когда она посмотрела ему в глаза. — Ты закрыл окно, Тай.
Я понимал, что это было единственное, что могло ранить Тайлера больше всего. Последние слова Кэссиди, какими бы непонятными они ни были, убили его. Он на мгновение застыл с широко раскрытыми глазами, прежде чем кивнуть и выйти из комнаты. Как бы сильно я его ни ненавидел, мне все равно было немного жаль его. Я не мог себе представить, насколько это задело меня, но, судя по тому, как Кэсс посмотрела на меня, я подумал, что вот-вот узнаю.
— Итан, Джеки, ребята, не могли бы вы оставить нас на минутку, пожалуйста?
Блядь.
Как только за ними закрылась дверь, я поднял глаза и увидел, что она смотрит на меня. Она убрала руку от лица, и я увидел, что оно густо покраснело. Я не сомневался, что утром у нее будет огромный синяк под глазом. Я проглотил подступившую к горлу желчь и сделал два шага к ней.
— Не прикасайся ко мне, Гейдж Карсон.
О Боже. Что, черт возьми, я натворил?
— Кэссиди. — Мой голос прозвучал хрипло и тихо. — Клянусь, я даже не знал, что ты была в комнате, дорогая. Я бы никогда не причинил тебе вреда.
— Часть меня знает это, Гейдж.
Часть ее. Часть ее. Какого черта?!
— Но я не могу… я не хочу… тебя… ты… — Ее маска соскользнула, и она уронила голову на руки; рыдания мгновенно вырвались наружу.
К черту все это. Я сделал последние два шага к ней и опустился на кровать, притянув ее к себе на колени. Она дернулась, как будто я ударил ее током, но крепко держал ее и не отпускал. Я ни за что не отпущу ее.
— Кэссиди, я так сильно тебя люблю. — Мой голос прозвучал напряженно, и я поцеловал ее в макушку. — Боже, детка, прости меня.
Кэссиди
ЭТО был первый раз за много лет, когда я плакала после того, как меня ударили. Но, с другой стороны, этот удар полностью отличался от всех остальных. Этот удар предназначался для кого-то другого и был актом самообороны, я это знала. Правда, все равно плакала. Но этот? Это был, безусловно, самый страшный удар, который я когда-либо получала.
Выйдя из спальни в небольшой коридор, я словно провалилась в адский кошмар. Я ненавидела любые виды физической борьбы. Ненавидела это каждой клеточкой своего существа. И то, что вышла на улицу, где по меньшей мере десять парней выбивали друг из друга дерьмо, вызвало воспоминания, которые я с таким трудом пыталась стереть из памяти. Встреча с Гейджем в самом центре событий превратила все это из адского кошмара в настоящий ад. Мой личный ад — это видеть, как Гейдж выбивает дерьмо из Гранта. Я все еще не знала, из-за чего началась драка или кто ее начал, но это не имело значения. Для меня есть только одна причина драться с кем-то, и это если он пытается лишить тебя жизни или того, кого ты любишь. Но, учитывая, что все эти парни были близки, я сомневалась, что это так.
Мне не следовало врываться туда, я должна была крикнуть Гейджу, чтобы он остановился. Я пыталась закричать, но у меня ничего не получалось, а что касается того, чтобы ворваться туда… Это было глупо, но я просто хотела, чтобы драка прекратилась. Вместо этого я получила локтем в глаз. Учитывая, что пережила, это было не так уж и плохо. Я была так потрясена тем, как быстро запрокинулась моя голова, что мне потребовалась секунда, чтобы понять, почему я падаю назад, пока не приземлилась прямо на задницу, в то время как руки Итана потянулись, чтобы подхватить меня. Боль в глазу и голове наконец-то стала ощущаться, когда Гейдж обернулся с убийственным блеском в глазах, его правая рука была отведена назад, готовая нанести новый удар. И это было все, что я могла видеть и чувствовать даже сейчас.
Боль пронзила мою голову. Лицо Гейджа исказилось от ярости, а его кулак нацелился на меня, готовый нанести еще один удар.
Его руки сжались вокруг меня, когда он снова поцеловал меня в макушку. Я положила дрожащие руки ему на грудь и толкнула, но он не сдвинулся с места. Я не могла быть здесь, в его объятиях, не тогда, когда все, что могла видеть, это ту ужасную картину. Я не знала, смогу ли когда-нибудь забыть это. Было очевидно, что мои слова причинили ему боль, но не хотела ему лгать. В глубине души знала, что Гейдж никогда бы не причинил мне боль. До сегодняшнего вечера я все это знала, и хотя я понимала, что он сделал это не нарочно и это была моя вина, мое прошлое не позволяло мне понять это.
— Дорогая, я такой, такой… — Его голос сорвался на последнем слове, и он уткнулся лбом в изгиб моей шеи.
Я снова прижалась к его груди и почувствовала, как он покачал головой.
— Пожалуйста, не надо. Перестань пытаться оттолкнуть меня, Кэссиди. — В голосе Гейджа было столько боли, что у меня перехватило дыхание, руки перестали сопротивляться, и я начала сжимать его рубашку в кулаках. — Я люблю тебя. — Он поднес руку к моей щеке и наклонил голову, прижавшись своими пухлыми губами, мягкими, как перышко, к моему поврежденному глазу.
Я попыталась отстраниться, но его рука, крепко обхватившая меня за талию, удержала меня на месте.
— Я не они, — сказал он после того, как молча обнял меня еще на несколько минут. — Я никогда не буду ими, дорогая. Я видел… — Голос Гейджа сорвался, и ему пришлось откашляться. — Я видел страх в твоих глазах, Кэсс. Не могу представить, о чем ты сейчас думаешь, но на твоем месте я бы думал только о них… о том, что они с тобой сделали, и о том, что я… только что сделал. Черт возьми, мне так жаль. — Его рука на мгновение крепче обняла меня за талию, и он снова уткнулся лицом мне в шею.
Когда он прижался лбом к моему горлу, я почувствовала его горячее дыхание на своей груди, а затем что-то легкое и влажное. Мое тело замерло, и я полностью сосредоточилась на Гейдже. В какой-то момент мои руки неосознанно обхватили его широкие плечи, и я почувствовала напряжение и легкую дрожь в мышцах его спины. Прежде чем смогла заставить себя расслабиться и провести рукой по его спине, чтобы успокоить его, я снова почувствовала легкую влагу на своей груди, дважды. Я высвободилась и запустила руки в его волосы, чтобы оторвать его голову от своей шеи, на мгновение опустив взгляд на свою грудь, прежде чем взглянуть в измученные, влажные глаза Гейджа.
Гейдж плакал.
О. Боже. Мой.
Я видела его разъяренным, как его распирало от радости, я видела, как он был раздавлен, и я видела, как любовь свободно исходила от него, когда он смотрел на меня. Но я ни разу не видела, чтобы Гейдж Карсон плакал.
— Пожалуйста, позволь мне отвезти тебя домой и позаботиться о тебе. — Его голос был еще более глубоким и хриплым, чем обычно.