Любовь на забытой планете. Книга 2

Но я уже задыхалась, меня трясло от осознания несправедливости и обмана. Он несколько минут назад также сомневался в моих способностях. И дело уже не в корабле, а во всём, что я потеряла из-за Доминика.
– Ты уничтожаешь всё вокруг, никого не жалеешь. Мой отец в тебя верил больше, чем в меня. И ты забрал его, а потом разбил корабль. И растоптал мою…
Я чуть не сказала про любовь. Но замолчала и ушла обратно к Гарэ. Лучше буду там.
   
Глава 2
 
Доминик
Я сидел в кресле. Эми злилась. Что ж. Нам надо было поговорить, но не сейчас, не тогда, когда она не даёт подойти.
Внизу пролетали поля, леса и даже какие-то диковинные местности, но мои мысли унеслись в воспоминания.
– Рад снова тебя видеть в строю, Доминик! – похлопал по плечу бородач Лэнс.
Бюрократ до мозга и костей. Именно он выдавал разрешения на полёты и работу.
– Я могу летать? – Даже мой голос сел от того, как я нервничал.
Сейчас мне скажут вердикт.
– Увы! – цокнул он языком и грузно сел. – Твои медицинские показатели недостаточно хороши! Попробуем через два месяца.
– Чёрт! Лэнс! – вскочил я. – Ты же знаешь, как мне важны полёты. Кроме этого, у меня ничего нет! Я целыми днями пялюсь в потолок и жду, когда мне дадут добро! Это уже третий отказ! Третий! Мои показатели в норме! Вот взгляни. – Я начал тыкать в бумажку. – Лишь небольшое отклонение от нормы. Всего чуть-чуть! Лэнс, прошу. Я же свихнусь.
– Спокойней, Доминик. Сядь! – В его голосе звучали металлические нотки. – Я не могу. Выпустить. Тебя. С такими показателями и историей. – Он разговаривал со мной, как с ребёнком. – В отчётах сказано, что тебя мучили головные боли…
– Они уже прошли.
– Месяц назад всего. Ты сидел на сильных обезболивающих.
– Да брось! – протянул я.
– А если при перегрузке что-то случиться? – злобно зашептал он. – Чья голова полетит? Правильно. Та, что выдавала тебе разрешение. И вот… – Он тоже указал на строчку в копии моих документов. – Колени. Я не закрою на это глаза. Думаешь, я рискну всем, чтобы тебе не было скучно?
– Лэнс, дружище. Я здоров. Таблетки уже не пью, да и с коленями… разберусь. Они не помешали пройти норматив.
– Нет, Доминик. Можешь не уговаривать. – Он штампонул красную печать с отказом. – Мне нужны показатели выше среднего. Именно от тебя. Поскольку я должен знать, что ломанный переломанный мальчик может выжать из себя сверх, а не просто стандартные нормативы!
– Твою мать! – Я с силой стукнул ногой по столу и опустил глаза, чтобы прийти в себя, потому что сейчас в них расплывались красные круги.
Лэнс глубоко вздохнул и снова подошёл ко мне, потрепал примирительно за плечо.
– Я же не отказываю тебе навсегда. Просто даю время полностью восстановиться. Два месяца – это не вся жизнь.
– Для меня вся. – Я посмотрел в его узкие, тёмные глаза. – Каждый день я хочу забыть то, что произошло на том корабле. И когда я ничего не делаю, меня преследуют страшные картины! Ещё два месяца… Да я просто повешусь.
– Сходи к психологу.
– У меня там выписан абонемент.
– И что… не помогает?
– Я должен вернуться к работе, иначе это состояние меня убьёт.
Это было правдой. Каждый день начинался с мучительных воспоминаний. Мне долго не удавалось справиться, доходило до панических атак, где я задыхался, не мог ни о чём думать и, казалось, просто умирал. Длительная терапия дала результаты, но вернуться к работе – мой шанс на спасение. В этой реальности, если я не летаю – значит, не живу.
– Через два месяца увидимся. Я в тебя верю, Доминик.
Бумага в моих руках превратилась в комок, и я быстро вышел, столкнувшись в коридоре с улыбающейся девчонкой. Она… дочь Аргуса. Наверное, именно её возьмут в исследовательский полёт. Я видел её показатели. Неплохие. Чуть лучше, чем у меня сейчас. Плевать. Мне надо выбраться из этой ямы. Надо снова вернуться. Иначе… Я не хотел думать, что будет, если услышу новый отказ.
Записаться на операцию удалось не сразу. Это несложная процедура, да и с нашими новыми технологиями полное восстановление – всего месяц. Достаточно, чтобы к следующему медосмотру я подошёл совершенно здоровым.
Но за день до операции позвонил Лэнс.
– Тут такое дело, Доминик… короче, не экспедиция, как ты хотел, а экспериментальное тестирование нового корабля.
– Ты же мне отказал, – почти прошептал я, не веря, что это действительно правда.
– Да-а-а… но все пилоты сейчас на заданиях, я бы мог поставить Эмилию Квинт, но она совсем зелёная. У неё не так много опыта для управления Аргоном. Включу её в состав экипажа, пусть наматывает лётные часы.
– Вы хотите тестировать Аргон? Этого неповоротливого бегемота? А почему поменял решение?
Вопросы сыпались из меня не переставая.
– Новая система пилотирования на основе искусственного интеллекта. Даже если ты поедешь кукухой, он сам вырулит и на колени не большая нагрузка. Там новейшее гравитационное оборудование.
– Нет. Не подумай ничего. Я согласен. Но… если всё так просто, нахрена двух пилотов туда пихать?
– По протоколу положено. Если не хочешь, я поставлю Эмилию и ещё кого-то, с ней договор уже подписан…
– Сказал же, что согласен. Чего ты начинаешь? Просто задаю вопросы… уточняющие.
– Ну тогда жду тебя в понедельник.
– И даже бумажки подпишешь?
– Если не будешь меня донимать.
– Лады.
Счастье разлилось по телу. Я тут же стал собираться. В тот момент я ощущал дикое одиночество и тревожность. Мне не было дела ни до кого: я сам себя пытался вытащить из глубокой ямы депрессии. Операцию перенесли на месяц. На это Лэнс закрыл глаза, пригрозив пальцем и взяв обещание, что я точно её сделаю, когда прилечу.
На борту оказалось не так много народа. Всего десять человек, включая Аманте и Эмилию.
И вот сейчас… в очередной раз прошлое настигло меня. Как ей всё объяснить в двух словах? Как рассказать, что полёты – это всё, что у меня было? Поймёт ли она? После стольких отказов я не смог сказать «нет». Меня и так держали долго без крыльев. А что такое нелетающий пилот? Это ничто. Пустота. Оболочка. Эми ещё молодая, здоровая. Ей открыты все дороги. У меня же на горизонте маячил закат. Мои травмы обязательно дадут о себе знать. Не в этот год, так в другой.
Дирижабль качнуло, и я почувствовал, как мы пошли на снижение.
– Наконец-то, – пробухтела раздражённая Эмилия.
Её нога нервно подёргивалась, и брови сошлись к переносице. Злая девчонка, которая свела меня с ума… так хотелось схватить её и заставить слушать.
Почему мне так важно её мнение? Что изменится, если я всё расскажу?
Нас тряхнуло, благо на этот раз все пристегнулись. Ещё один удар.
М-да… пилот из Гарэ хреновый. Козлит при посадке… Вот и давай после этого управление женщинам.
В конце концов мы остановились. Только открылась дверь, как тут же к нам подбежали мужчины. Вооружённые. А вот это поворот. Нет, у них не новые бластеры, какими снабжали нас. Старые ружья. Я такие в музее видел.
Несколько дул направили в нашу сторону.
Но только показалась Азира, как раздался громкий приказ:
– Опустить оружие!
Низкий глубокий голос принадлежал накаченному мужику в военной жилетке на голое тело. Все мышцы перекатывались. Он что, жрёт только белок? Судя по волосам – точно его: густая чёрная шевелюра спадала к плечам. Кожа тоже имела сиреневатый оттенок, но не такой яркий, как у Азиры, скорее, он больше приближался к нашему цвету кожи, отчего мужчина казался просто бледным.
Строгий взгляд неестественно зелёных глаз по очереди останавливался на каждом из нас.
  
– Брат! – кинулась к нему принцесска.
Чудесное воссоединение семьи. Вот это я понимаю, родственники.
Крепкие объятия затянулись. Судя по всему, Азира давно не видела братца.
– Это Кай! – спохватилась она, представив его.
А потом пошли чередой наши имена. Эмилия стояла в конце, и на ней он задержался чуть дольше, рассматривая и изучая. А во мне что-то кольнуло… что-то неприятное, противное.