Сломленная (ЛП)

— А как насчет Мисси?
Виноватый румянец заливает его лицо.
— Это было не то, что ты подумала.
— Я знаю, что видела. — И Мисси позаботилась рассказать мне о том, чего я сама не видела. Я пытаюсь отстраниться, злясь, что он лжет.
Он отказывается отпускать меня, притягивая еще ближе к себе.
— Увидев тебя с Шейном, я подумал, что между нами нет никаких шансов. Я так сильно облажался, что не думал, что ты когда-нибудь захочешь иметь со мной еще что-то общее.
Он на мгновение замолкает, прежде чем закончить свой рассказ.
— Я встретил ее в баре. Она сделала все, что могла, чтобы привлечь мое внимание. Не буду тебе лгать; я пошел к ней домой, планируя затащить ее в постель. Случилось дерьмо, но не то, о котором ты думаешь. Я не мог этого сделать, потому что каждый раз, когда я смотрел на нее, все, что я мог видеть, была ты.
— Тогда почему утром ты все еще был там? — спрашиваю я, хотя на самом деле это не мое дело. Я не должна была ревновать, ведь я была на свидании с Шейном менее двадцати четырех часов назад.
Он качает головой, явно недовольный собой.
— В итоге я выпил чертовски много и потерял сознание. Ты застала меня проснувшимся с похмелья, не более того.
— Ты уверен?
Он наклоняется, ровно настолько, чтобы поцеловать меня в висок.
— Черт возьми, да, я уверен. Для меня существовала только ты, и я понял это в тот момент, когда увидел твое лицо на той фотографии. Я люблю тебя, Бетани. И всегда буду любить.
Я хочу умолять его сказать это снова, чтобы доказать, что он говорит серьезно. Вместо этого я целую его. Впервые в своей жизни я целую мужчину первой.
— Да, я выйду за тебя замуж.
Глава девятая
Меньше чем через час после того, как я согласилась выйти замуж за Брэндона, я стою посреди спальни Джули, натягивая одно из ее платьев. Оно темно-фиолетового цвета с разрезом, который доходит почти до моих трусиков. V-образный вырез спереди показывает больше, чем просто проблеск моей груди. Сказать, что это не типичное свадебное платье, было бы преуменьшением.
— Я знала, что это платье будет идеально смотреться на тебе, — говорит Джули, застегивая мою молнию сзади. — Ты будешь прекрасно выглядеть.
Дверь распахивается, заставляя нас обеих подпрыгнуть, прежде чем Кристен входит в комнату. В ее руке болтается пара туфель с серебряными ремешками.
— Я принесла туфли.
Слава богу.
Сегодня я надела шлепанцы, а Брэндон отказался отпустить меня, чтобы купить что-нибудь другое. Возможно, это не совсем обычная свадьба, но я не выйду замуж в шлепанцах. Учитывая, что туфли Джули на два размера больше, Кристен спасает мою жизнь.
— Спасибо, Крис.
Она улыбается, прежде чем плюхнуться на кровать.
— Не могу поверить, что мы станем родственницами.
Ее слова вертятся у меня в голове, и я впервые осознаю, что буду сестрой Джули, кузиной Кристен и женой Брэндона.
— Я больше не буду Дэниелс.
— Да, — говорит Джули с широкой улыбкой. — Ты будешь Бетани Уолкер.
Моя собственная улыбка появляется, когда я повторяю свое новое имя.
— Бетани Уолкер. Мне нравится, как это звучит.
— Мне тоже, — говорит Брэндон, входя в дверь, которую Кристен оставила открытой.
— Убирайся отсюда, — приказывает Кристен, вскакивая с кровати. — Ты не можешь видеться с ней до свадьбы.
Брэндон смотрит на Кристен и закатывает глаза.
— Я видел ее час назад, так что не думаю, что встреча с ней сейчас что-то изменит. — Его глаза перемещаются на меня и путешествуют по моему телу. — Вот это зрелище.
Я чувствую, как мои щеки заливаются румянцем, когда смотрю в его горящие глаза.
— Спасибо.
Он идет вперед, останавливаясь нос к носу со мной.
— Я просто хотел сообщить тебе, что проповедник здесь, и что мистер Фридман только что вернулся с разрешением на брак.
— Я так рада, что он знает кого-то в здании суда. Если бы это было не так, вы бы никогда не получили его в воскресенье, — говорит Джули, напоминая всем нам, как много мистер Фридман сделал, чтобы помочь нам.
Брэндон кивает на ее слова, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать меня. Он начинает с мягких, как перышко, прикосновений к моим губам, а затем использует зубы, чтобы разомкнуть их. Его язык скользит по тому же месту, где только что были его зубы, облегчая любую боль, которую он, возможно, причинил, прежде чем, наконец, погрузиться в мой рот. Он пожирает меня взглядом на краткий миг, прежде чем отстраняется, одаривает меня еще одной улыбкой и выходит из комнаты, не попрощавшись.
  
И снова от его поцелуя у меня перехватывает дыхание, я жажду чего-то, чего не совсем понимаю. Я смотрю на дверь, желая, чтобы он вернулся и поцеловал меня снова. Только слова Кристен удерживают меня от того, чтобы броситься к двери и догнать его.
— Хорошо, когда это произошло? Я думала, что это был просто брак, чтобы обезопасить тебя. Тот поцелуй не касался твоей безопасности.
Мой фильтр полностью отключен, я выбалтываю то, что должно оставаться тайной между мной и Брэндоном.
— Он любит меня.
— Что? — спрашивает Джули, покачиваясь на каблуках.
— Он любит меня, а я люблю его, — говорю я, делая шаг к Джули и хватая ее за руку. — Я любила твоего брата много лет.
Кристен в замешательстве качает головой.
— Ты только что встретила его.
Я сжимаю руку Джули, прежде чем повернуть голову, чтобы посмотреть на Крис.
— Это случилось из-за писем.
Следующие несколько минут я рассказываю им всем о том, как я тайком приносила письма Брэндона в свою комнату и перечитывала их снова и снова. Я рассказываю им, как я влюблялась в него все сильнее с каждым разом, когда приходило очередное письмо. Я также рассказываю им, что он чувствовал то же самое, как он влюбился в меня через письма Джули. К тому времени, как я заканчиваю, мы трое плачем.
— Не знаю, что здесь происходит, но у нас нет на это времени. Брат Томас должен вернуться в свою церковь к дневным служениям, поэтому мы должны организовать это шоу, — говорит Энджи, входя в комнату с букетом желтых ромашек.
Она протягивает их мне.
— Цветочный магазин закрыт, поэтому мне пришлось украсть их со двора соседки Джули.
Я смеюсь, когда беру их у нее из рук.
— Они идеальны.
Минуту спустя она ведет меня вниз по лестнице, а Джули и Кристен следуют за нами. Когда мы заходим в гостиную, я вижу всех, кто мне дорог. Шейн и Поп стоят у окна, разговаривая между собой. Джейс стоит рядом с Маком, прижимая Джейми к груди, и оба мужчины разговаривают с проповедником. Дженни сидит рядом с Мэтти на диване, прислонившись к его плечу, почти засыпая.
Брэндон, самый важный человек из всех, стоит, прислонившись к входной двери, и улыбается мне. Он выглядит спокойным и полностью контролирующим ситуацию, но я могу сказать, что он ждал меня и следил за тем, чтобы я не сбежала.
Он медленно отталкивается от двери и подходит ко мне. Положив руки на мои щеки, он наклоняет голову, чтобы подарить мне сладкий, слишком короткий поцелуй.
— Ты готова?
— Абсолютно.
Он ведет меня к проповеднику, и все остальные следуют за ним по пятам.
— Мы готовы.
Пожилой джентльмен улыбается.
— Тогда давайте начнем.
Без всяких предисловий проповедник начинает нашу церемонию.
— Мы собрались здесь сегодня перед лицом Бога и в компании вашей семьи и друзей, чтобы соединить Брэндона Уолкера и Бетани Дэниелс священным браком. Если кто-то может привести справедливую причину, по которой эти двое не могут быть законно соединены вместе, пусть они скажут сейчас или навсегда замолчат.
Я почти ожидаю, что моя мать выскочит и закричит: «Я могу», но в комнате остается тишина, и я облегченно выдыхаю.
— Кто отдает эту женщину замуж за этого мужчину?
На мгновение я беспокоюсь, что никто не сказал проповеднику, что моего отца здесь нет. Я ожидаю услышать тишину. Вместо этого я чувствую, как Джейс подходит ко мне сзади.