Хозяйка волшебного ателье (СИ)

— Но недавно я обрел храбрость, которой прежде не было. Я всю жизнь боялся, что, несмотря на мою любовь и все, что нас связывало, однажды Элизабет может покинуть меня.
— Как ты мог такое подумать? — возмутилась мачеха. — Это я должна была бояться, что ты найдешь какую-нибудь молоденькую...
— Да кому я нужен! — фыркнул отец, целуя между делом ее пальцы. — Так вот, дорогие гости, мы все же решились провести ритуал полного магического брака. Церемония была скромная, в кругу семьи. И свершилось чудо, — отец дернул за конец банта на своем шейном платке, и тот легко развязался. Почти синхронно с ним мачеха расстегнула свое многоярусное жемчужное колье-стойку, они вместе повернулись к гостям спиной, и стало видно, что у основания их шей виднеются одинаковые метки — видно было лишь часть, не скрытую одеждой, но и этого было довольно.
  
— Что это? Как это возможно? — удивленные шепотки разошлись по залу.
— Богиня Улессия сняла с меня свое проклятье, потому что я нашел свою истинную! — провозгласил отец, поворачиваясь к залу лицом и поднимая бокал. — Проклятье обратимо. Давайте же отпразднуем эту радостную весть!
Я вспомнил, как во время ритуала катался по полу храма отец в приступе боли, когда к нему возвращалась метка. Но теперь он был счастлив доказать всем, что он не проклятый, не изгой. Даже продемонстрировать метку не постеснялся — нашедшим истинную пару, правда, это уже не так запретно, никто не сможет использовать знания о метке против человека, но все же.
— Это же чудесно, правда, — улыбнулся Алан, чокаясь с мои бокалом.
— Замечательно, — улыбнулся я.
Только вот, хотя проклятье с отца спало, для меня ничего не изменилось — на моем теле метки как не было, так и нет.
  
Глава 77 
 
Надежда
В день приема миссис Фруткинс настояла на том, чтобы я приехала еще с утра, и мы весь день провели вместе за разнообразными процедурами красоты: ванны, массажи, маникюр-педикюр, маски для волос, рук, лица и прочее-прочее-прочее. С этой стороной жизни в этом мире я еще не сталкивалась, поэтому следила с любопытством. Между делом миссис Фруткинс учила меня местному этикету, к счастью, он был не слишком сложным, учиться делать реверансы и пользоваться двадцатью вилками не пришлось. Нельзя первой заговаривать с незнакомцами, тебя должны представить — но эту обязанность миссис Фруткинс обещала взять на себя. Перед вышестоящими лучше не говорить, пока к тебе не обратятся, отвечать только когда спрашивают и так далее.
— Впрочем, как представительнице богемы, вам будет позволено чуть позже. Я уже запустила слух о вашем иномирном происхождении, — похихикивала миссис Фруткинс, — вы привлечете много внимания своей оригинальностью.
— Так, может, надо было сделать что-то еще более оригинальное? — заволновалась я.
— Нет, перебарщивать тоже не стоит. Вы должны быть образцом стиля с толикой экстравагантности. Тут важно не переперчить.
К вечеру подъехал куафер — местный парикмахер-стилист, и сделал нам обеим прически, тщательно подобрав их под наряды. Макияж тоже сделали по местной моде — с четким угловатым контуром губ, как на земле носили в начале века. Было непривычно, но в целом образ вышел интересный. Волосы мне уложили волнами вокруг лица, они спускались до мочек ушей, имитируя каре, а остаток убрали в пучок на затылке. На лоб приладили горизонтальную ленту, расшитую стразами, как мне показалось в первый момент. Но, когда я присмотрелась к блестящим камешкам...
— Миссис Фруткинс, я надеюсь, это просто стеклянные стразы? — охрипшим голосом, спросила я, не смея прикоснуться к переливающемуся украшению.
— Конечно-конечно, главное — не потеряй, — рассмеялась та легкомысленно, поправляя широкие драгоценные браслеты на тонких запястьях, к ним в комплекте шло украшение-стойка со свисающими на грудь рубиновыми каплями. Украшения идеально сочетались с темно-бордовым платьем с широкой юбкой и вырезом в виде сердечка, куда почти ныряла одна из драгоценных «капель».
— Миссис Фруткинс! — простонала я с несчастным видом.
— Идем, а то опоздаем, — поторопила меня она и, взяв под руку, вывела из дома.
Смеркалось, на улицах богатого района столицы зажглись магические огни, да и каждый особняк подсвечивался по-своему разными цветами и украшениями. Мы сели в шикарный магомобиль, обитый изнутри очень мягкой на ощупь кожей, и отправились «на бал».
— Главное, держи спину ровно, плечи вниз, голову повыше и улыбайся уверенно. Не хмурься, дурацкая привычка.
— Я не специально, — пробормотала я, пытаясь пальцами расслабить напряженные мышцы бровей.
— Ну, так контролируй свое лицо, оно же твое, а не чужое. Ты должна выглядеть уверенно и расслабленно, а не так, будто тебе задали в школе слишком сложную задачку с дробями.
— С дробями бы я легко справилась, — тяжко вздохнула я.
Ехали недолго, но я отметила, что особняк, к которому мы приблизились, выглядел еще шикарнее, чем у миссис Фруткинс: четыре этажа, огромные окна без лишних перекрестий. В этом мире чем больше было стекло, тем дороже оно стоило, поэтому именно чистые окна без дополнительных соединений свидетельствовали о благосостоянии владельцев. Нашему автомобилю пришлось отстоять очередь среди таких же, редкие гости подъезжали на каретах, запряженных лошадьми — вероятно, настоящие эстеты и приверженцы традиций.
— А вот-вот видишь, это выходят супруги Лаплис с дочерью. При родителях она, конечно, серая мышь, но вообще-то она студентка в магической академии и на уроки носит самые оригинальные модели. Тебе нужно ее очаровать. А вот это видишь? Юная супруга мэтра Дальвани. У нее, говорят, десятки поклонников и любовников, а муж давно впал в маразм. Уверена, она заинтересуется твоими работами, с ней можешь быть смелее... — пока ждали своей очереди втолковывала мне миссис Фруткинс, рассказывая обо всех, кого только замечала.
Голова пухла от имен и образов, но я пыталась все старательно запомнить.
Прием был действительно шикарен: зал в несколько раз больше школьного спортзала, сотни гостей, которые хаотично движутся в одном им понятном направлении и ритме, духота от горящих свечей и сквозняк от приоткрытых окон.
— Миссис Роквистер, как всегда, отдает предпочтение натуральному огню, кто-то ей сказал, что он меньше подчеркивает морщины, чем яркий свет магических светильников, — хмыкнула миссис Фруткинс. — Выше нос, ты должна здесь всех покорить.
Я встрепенулась, выпрямилась и напялила на лицо самую приветливую улыбку. В бой, как говорится.
— Миссис Фруткинс, вы сегодня без супруга? — какой-то молодой мужчина первым подошел к нам, поцеловал руку моей «крестной фее» и стрельнул в мою сторону оценивающим взглядом.
— Он в отъезде, хочет купить недавно обнаруженную картину очень древнего и безумно популярного художника, чтобы перепродать коллекционерам в столице. Если это, конечно, та самая картина, а не подделка. В общем, весь в делах, как всегда, — улыбнулась миссис Фруткинс. — А это моя протеже, мисс Надежда Хрустова, подающая надежды дизайнер одежды, скоро открывает свое ателье.
— Очень приятно, мое имя мистер Барнс. Быть может, я зайду в ваше ателье, — мужчина склонился и к моей руке.
— Я буду рада видеть вас вместе с дамой, боюсь, мы пока не шьем для мужчин. Зато в нашем ателье будут самые модные фасоны.
Он оглядел меня с головы до ног, оценивая:
— Я вижу, что в нашем болоте появилась новая модная струя. Будет очень интересно. Если вам понадобится помощь — обращайтесь.
  
— Благодарю, — кивнула я.
А дальше пошла череда новых знакомств, одни люди сменялись другими, кто-то фыркал и смотрел на меня пренебрежительно, кто-то с восторгом рассматривал необычный наряд. Миссис Фруткинс, как настоящая светская львица, то подхватывала меня под руку и тащила в гущу блуждающих гостей, то резко останавливалась, знакомя с очередной группкой людей, отпуская шутки, колкости, перебрасываясь сплетнями, хваля между делом мое мастерство, и потом опять тащила меня дальше, не давая толком отдышаться.