Хозяйка волшебного ателье (СИ)

— Какой кошмар, — развалившись на кресле и закинув одну ногу с до зеркального блеска начищенным ботинком на подлокотник, страдальчески воскликнул мистер Мунс, когда я рассказал, по какому вопросу пришел. Штаны у него были чрезвычайно узкие и в вертикальную полоску, делая его высокую стройную фигуру похожей на какого-то богомола. Он картинно поднес руку ко лбу и произнес: — во времена царствования монаршего рода такое и представить себе нельзя было! Чтобы кто-то похитил девочку из приличной родовитой семьи — уму не постижимо!
  
— А девочек из обычных семей, значит, похищать можно? — не сдержал сарказма я.
Мистер Мунс глянул на меня с явным недоумением, не понимая, к чему я клоню. На его породистом напудренном лице отразился тяжелый процесс мышления, и он, наконец, разродился:
— Конечно, нет, любое похищение — это преступление. Но как можно сравнивать детей из дворянских семей и обычных горожан?
Я сдержался от грубого ответа, сделал глубокий вдох и начал допрос:
— Мистер Мунс, скажите, нет ли у вас каких-то подозрений, кто мог желать зла мисс Лилиане Коренфорт, ее матери или отцу? Насколько я понял, вы достаточно близки к этой семье?
Поняв, что его игра не нашла отклика, наследник несуществующей монархии все же сел нормально, скрестив ноги и опираясь на один из подлкотников:
— Я покровительствую миссис Коренсфорт, но все в пределах моральных норм. Если вы подозреваете что-то эдакое... — он сделал неопределенный жест рукой.
— Я должен что-то подозревать? — выгнул бровь я. Слухи о мистере Мунсе ходили разные, но, насколько я понял, он одаривал своим вниманием либо самых красивых, либо самых состоятельных дам их монархистской общины, а миссис Коренсфорт не относилась ни к одной из этих категорий, так как сама состоянием мужа свободно распоряжаться не могла.
— Конечно, нет. Мы с миссис Коренсфорт хорошие друзья, я сочувствую ее горю.
— К вам не приходили какие-либо письма, требования выкупа или ультиматумы, связанные с похищением?
— Нет, конечно, если бы мне что-то такое пришло, я немедленно сообщил бы полиции, — возмутился мистер Мунс.
— Иногда в подобных письмах грозят убить похищенного в случае обращения в правоохранительные органы. К сожалению, родственники часто верят в это...
— Уверен, если поддаться провокации преступников, вероятность смерти похищенного будет выше. Наш род не ведет переговоров с террористами, похитителями и преступниками, — жестко оборвал мистер Мунс.
Хм, а под маской легкомысленного хлыща оказался холодный расчетливый разум. И никакой жалости к девочке, никаких сомнений.
— Мистер Мунс...
— Лорд Мунс, — немедленно поправил меня мужчина.
Я с трудом удержался от замечания, что это обращение уже устарело. Ну, хоть не именует себя «его величеством».
— Хорошо, лорд Мунс. Пожалуйста, ответьте честно, эта информация не будет разглашена, но она может стать решающей для расследования. Миссис Коренсфорт во время допроса заявила, что считает, что ее дочь Лилиана — ваша истинная пара. Вы можете подтвердить эту информацию?
Довольная улыбка скользнула по тонким губам «принца», он откинулся на спинку кресла с самым что ни на есть королевским видом:
— Лилиана еще слишком юна, чтобы это проверять. Я не стал бы лишать девочку детства, втравливая ее в политические дрязги.
— И все же? Как вы считаете, этот факт мог спровоцировать преступников?
— Возможно, — медленно произнес мистер Мунс. — Вы знаете, как в королевском роду официально передается право наследования?
Я безразлично пожал плечами, и он принял это за интерес:
— Из всех сыновей монарха наследником назначается тот, кто раньше находит истинную пару. Иногда, если ни один из принцев истинной так и не встречал, власть переходила к истинному супругу принцессы. Я, хоть и дальний родственник покойного короля, считаюсь возможным наследником именно из-за того, что мои родители и дедушки не прерывали этой традиции и женились только на истинных. Так что, да, если миссис Коренсфорт слишком сильно распространялась о своей надежде, что ее дочь станет моей истинной супругой, могли найтись люди, которые решили этому воспрепятствовать.
Не было похоже, что его самого это волнует.
— Если последний король женился на истинной, почему он умер бездетным? Всем известно, что истинные союзы порождают обильное и талантливое потомство.
— Может, он ошибся в выборе? — ухмыльнулся мистер Мунс.
— Вы полагаете, миссис Коренсфорт тоже ошибается?
— Кто знает? — он равнодушно развел руками, — кто знает.
Покинув мистера Мунса, я остался со странным неприятным впечатлением гадливости. Можно было бы подумать, что Лилиану похитили, чтобы лишить его истинной пары и, соответственно, права на престол (мифического права), но он не выглядел обеспокоенным этим фактом. К тому же, я не слышал ни о каком ином представителе этого рода, который бы мог составить конкуренцию Девиду, и которому могли подыгрывать злоумышленники.
Разговор продолжал крутиться в голове всю дорогу, мне казалось, что я что-то упускаю, какие-то детали, пока взгляд сам собой следил за пешеходами, переходящими дорогу. Вот старушка с тросточкой торопливо семенит через дорогу, но ее торопливость — это в три раза медленнее других пешеходов. Рядом вышагивает девушка, и игривая юбка бордового цвета волнуется от ветра сильнее, чем у прочих, ткань будто ласкает стройные ноги, демонстрируя изящный изгиб икры, тонкое колено. Хочется вслед за ветром провести от изящных щиколоток вверх, пощекотать под коленкой, скользнуть ладонью по бедру.
Неожиданно девушка остановилась и посмотрела прямо на меня через лобовое стекло, перехватив поудобнее пакет с покупками, который несла в руках, махнула мне рукой и улыбнулась:
— День добрый, капитан.
— Здравствуйте, мисс Надежда, — хрипло выдохнул я, чувствуя, что краснею.
Это ж надо было так выпасть из реальности, чтобы позволить в своих мыслях... ох ты ж! Надежда на последних шагах подхватила старушку под руку и помогла ей подняться на тротуар.
— Вас подвести? — вырвалось само собой.
— Да нам недалеко... впрочем, если вас не затруднит, буду очень благодарна, — улыбнулась девушка, демонстрируя симпатичные ямочки на щеках.
  
Глава 29 
 
Надежда
Не один день я сражалась с неудобным артефактом для шитья под руководством миссис Трутрос под язвительные комментарии мистера Трутроса. Иногда сталкивалась и с ее клиентками — в основном такими же старушками, которые прощали давней подруге недочеты. Когда одна из них принесла заказ на крошечную распашонку, которую хотела подарить в честь рождения правнука, я не выдержала и села помогать, тем более, что клиентка пожаловалась, что жена внука ее не любит и вечно критикует все ее подарки.
Зато, наблюдая за работой миссис Трутрос, заметила и какие-то особенности ее шитья, о которых она забывала говорить, делала автоматически: смогла понять, на какой высоте эффективнее держать артефакт, чтобы иголка не подпрыгивала, как безумная, и была более управляема, как миссис Трутрос двигает локтем, как раскладывает детали. Если строчка шла вкривь, я ее останавливала и подсказывала, а какие-то мелкие детали прошила вручную — так было быстрее.
— Но так не делают, как же это, — причитала миссис Трутрос, когда я принялась пробовать новый разработанный при наблюдении метод.
— Не мешай клиентке развлекаться, я всегда говорил: пусть молодежь свои шишки набивает, не нужно им мешать, — прикрикнул из гостиной мистер Трутрос.
  
Я только усмехнулась и продолжила, и не прогадала. Пришлось взять одну из старых деревянных колодок, на которых обычно прошивали рукава, она как раз подходили по высоте. Аккуратно разложила сколотые детали юбки на столе так, чтобы шов шел параллельно краю столешницы на специально отмеренном расстоянии. Затем положила перпендикулярно колодку, сверху положила руку от локтя до запястья, чтобы не держать на весу, зажала артефакт в кулаке по сути — кверху ногами, но мне так было удобнее, главное было дотянуться пальцем для выемки включения.