"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Сидение здесь взаперти здорово вывело ее из себя, потому как сейчас она была готова разнести здесь все. Видимо, дружинники сидели здесь явно не просто так и наверху понимали, что это необходимая мера.
— Если все будет хорошо, я за тобой вернусь и заберу отсюда. Но если что-то будет происходить до этого, действуй, как я тебе сказал. И лучше не встречайся со своим дядей. У дружинников Преображенского есть стойкое подозрение, что он в числе заговорщиков.
— Что за чушь?
— Ну, пусть они там сами разбираются. Кстати, на счет родственников. Как будешь в Ростове, попроси отца присмотреть за сестрой. Я выбил для нее вольную.
— Вольную? Но кто ее дал? Ты хочешь сказать, что видел Виктора Игнатьева?
— Глава Игнатьевых мертв, но вольную для Сашки я все же получил.
— Какой ценой? — Маша посмотрела мне в глаза, ожидая ответа.
Ответ вертелся у меня на языке, но я решил не нагнетать обстановку. Поцеловал Фролову в лоб и поспешил выйти с палаты, пока она не опомнилась и не помчалась за мной, задавая сразу кучу вопросов. Да, каша тут заварилась — не передать. Преображенские, заговорщики, очаговцы… Не хватало, чтобы посреди всего этого веселья дала о себе знать какая-нибудь четвертая сторона. Вот тогда это все точно скатится в полный хаос.
— Где ты торчал так долго? — зашипела Игнатьева, когда я вернулся к ней. — Хочешь все завалить?
— Не капай ядом, так было нужно, — отозвался я и направился в сторону арены.
Финальный бой был уже в самом разгаре. Судя по силуэтам, которые мелькали на арене, внук Городищева все же прошел в финал. А вот его соперником был парень из Новгородского княжества. Да, результатами поединков у первых курсов Палыч вряд ли будет доволен. Выходит, я вылетел в полуфинале, Влад — в одной восьмой, а Маша вообще в первом поединке. Это никак не тянуло на третье место в общем зачете.
Мы с Ингой старались подобраться поближе к арене, а я вертел головой, надеясь не натолкнуться на своих. Зря. Влад увидел меня первым и бросился навстречу, но я жестом руки остановил его.
— Не сейчас, дружище! Так уж вышло, что находиться рядом со мной — верная смерть. Сделай для меня маленькое одолжение — представь хоть на денечек, что ты меня не знаешь и останься в живых. Я буду искренне рад этому.
Васильев смотрел на меня ничего не понимающим взглядом и только раскрыл рот от удивления, когда следом за мной прошмыгнула Игнатьева. Не представляю что он сейчас думает, скорее всего, что-то не очень хорошее обо мне, но пусть даже так. Я действительно сейчас лез в самое пекло, поэтому будет лучше, если Влад не станет идти следом за мной.
В это время там как раз награждали победителя. Городищев! Надо же, все-таки смог выиграть этот турнир. Или помогли? Может, тому парню из Новогородской академии тоже сделали предложение, от которого он не смог отказаться?
Я поморщился, представив, что и до этого Великий турнир могли выигрывать далеко не самые сильные бойцы.
— Куда? — двое охранников преградили дорогу.
— Я от Серпухова! — заявил я, и те поспешили убраться с пути.
Что же, сотник начал открытую игру, теперь ему не отвертеться в случае чего. Хотя, уверен, что сам он всего лишь марионетка в чьих-то руках. За ним определенно кто-то стоит, возможно, тот человек, которого я заметил краем глаза этим утром.
Награждение завершилось, когда мы с Ингой вышли на арену. Судья заметил наше приближение и повернулся к нам.
— Что вы здесь делаете? Кто вас пустил?
— Спокойно, все идет по отработанному сценарию, — ответил я, выходя на центр арены.
Мне показалось, что эти слова должны успокоить судью и вынудить его не мешать. Зрители на какое-то время замерли в ожидании дальнейших событий. Я выскочил на арену и усилил голос с помощью дара.
— Приветствую всех участников, организаторов и зрителей Великого турнира. Многие знают меня, а для тех, кто не в курсе, я представлюсь. Мое имя — Михаил Гущин. Если вы помните, я прошел в полуфинал турнира, но так и не смог выступить на нем.
— Вы исключены из турнира по причине неявки на поединок! — это уже судья набрался смелости и решился меня перебить.
— Я и не собираюсь претендовать на пересмотр результатов турнира. Цель моего визита — попытка прекратить травлю моего рода. Я — последний из тех, в чьих жилах течет кровь древнего рода Островских. Не вижу смысла скрывать. Именно поэтому я обращаюсь к Великому князю Преображенскому с просьбой прекратить преследование и дать мне жить спокойной жизнью. Сейчас я уйду с арены, но если со мной что-то случится, пусть это будет на совести Преображенских, или тех, кто пытается их подставить. Любая попытка от дружинников князя остановить меня будет считаться попыткой убийства, и я беру на себя право действовать так, как посчитаю нужным. И еще…
Я протянул руку в сторону Инги, приглашая девушку выйти на арену.
— Я — Инга Игнатьева, — девушка запнулась и глубоко вдохнула, набираясь смелости. — Обращаясь ко всем присутствующим, хочу подтвердить, что Михаил Гущин не является убийцей студента Ростовской академии Никитова. Настоящим убийцей является мой двоюродный брат Макар. Я готова показать воспоминания любому прорицателю пятой ступени или выше, который сможет увидеть все как было моими глазами.
Вот теперь люди зашумели. Казалось, они еще переваривали триумф Городищева, и только сейчас прошло необходимое время, чтобы они осознали суть моих слов и признания Игнатьевой. Что, Преображенские, хотели выставить меня уродом и загнобить? Не вышло. Теперь у вас единственная возможность скрыть правду — убить меня и Игнатьеву, вот только кто же вам даст это сделать?
— Идем!
К нам уже спешили люди, которым хотелось задать вопросы, но я ускорился и не дал им шансов догнать себя. Я потянул Ингу за руку и поспешил к краю арены. Дружинники отшатнулись от меня, как от прокаженного, некоторые вообще не понимали как им стоит поступать — не могут же они на глазах всей толпы скрутить меня? И потом, Серпухов давал им явные приказы не делать этого.
Что же, началось! Теперь нужно делать быстрые шаги, чтобы не потерять инициативу и не дать противнику собраться.
— Далеко собрался? — когда мы с Ингой выскочили из толпы, Влад уже ждал нас.
— Туда! — я указал пальцем на стоящее в стороне здание за забором. К этому времени Сёма с ребятами уже должны были сделать подкоп. Но тебе лучше не идти за нами, там может быть опасно.
— Хрена тебе с два! — выругался Влад. — Сначала ты хранишь втайне от друзей свой второй атрибут, не говоришь о том, что твоя мать была из рода Островских, а теперь еще и пытаешься забраться в закрытую академию без своего лучшего друга! Нет, правильные друзья так не поступают. Я иду с тобой и не хочу слушать никаких возражений!
— Твое право, — согласился я и помчался к условленному месту.
— Ну, вы и долго! — выдохнул Сёма. Ребята только закончили орудовать короткими лопатками и устроились возле ограждения. — Вы бы там осторожнее, там что-то происходит.
— Да что ты говоришь! — огрызнулся я. — А мне-то казалось, что мы сейчас зайдем в пустую академию, побродим и уберемся подальше, пока нас не заругал сторож.
Сёма замолчал и нахмурился, но я похлопал его по плечу.
— Ладно, извини. Бери Гришку с Митрохой и валите к машине.
— Как? Алексей Владимирович ведь…
— Я знаю что он говорил! Не надо вам туда лезть, у вас слишком мало опыта. Садитесь в машину и ждите. Если что-то пойдет не так, пусть Гришка заводит мотор и мчит отсюда подальше.
Сёма принял решение не сразу. С пару секунд он колебался, думая не послать бы меня лесом, но потом кивнул.
— Удачи! Только через парадный вход не идите, там четверо дружинников, и они не из сотни Серпухова. Там вообще нет его людей, так что если кого встретите, можете смело бить на поражение.
— Разберемся, — ответил я, запоминая напутствия от ребят. Один за другим они направились в сторону парковки.
— Это что, нам сюда лезть? — Влад сомнительно рассматривал небольшой подкоп, который проходил под забором.