"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
И это было еще не все, для того, чтобы выйти к крепости пришлось штурмовать хорошо укрепленные османийские позиции на горе Аладжа. В результате штурма позиции остались за османийцами, а девятнадцатый Анненский пехотный полк сократился с трех батальонов до двух неполного состава, после чего, был выведен из первой линии для отдыха и пополнения. Полк расположился в городке под названием Бокеак, где его и нагнал капитан Магу.
Полк расположился в небольшом городишке со смешным названием Бокеак. Жители почти все ушли с османийцами, но места на всех все равно не хватало. Штаб полка отыскался на главной и единственной городской площади.
По уставу представляться следовало в парадном мундире, но по случаю войны Алекс решил этим требованиям пренебречь и явился к командиру полка в белом повседневном.
— Господин полковник, капитан Магу представляется по случаю прибытия в полк для дальнейшего прохождения службы.
Полковник Дрондуков явно выбивался из рамок полкового командира руоссийской армии. Привычный образ — здоровяк гвардейских статей. Чаще всего, действительно, выходец из гвардии. А командир Анненского — невысокий, едва ли выше Алекса, крепыш с заметным брюшком.
— Ну, наконец-то! Мы уже вас заждались капитан!
Расспросив о предыдущих местах службы, полковник перешел к делу.
— Роту вам предстоит сформировать с нуля. Завтра должна прибыть маршевая рота, четыре сотни штыков. Дадим вам полторы сотни, и приступайте.
Алекс едва сдержался, чтобы не выругаться. Дадут плохо обученную толпу ополченцев спешно переименованных в кадровых солдат, и делай с ними что хочешь. И никакого положенного роте имущества. Но выбирать не приходилось. Ничего, справится как-нибудь.
— Хоть одного субалтерна дадите, господин полковник?
— Первого же, кто прибудет в полк, отдам вам. А пока что сами.
— Слушаюсь, господин полковник! Разрешите обратиться с просьбой.
— Обращайтесь, капитан.
— Со мной прибыл еще один отставник и две лошади, разрешите…
— Зайдите в полковую канцелярию, там оформят. Скажете, я не возражаю.
Как ротный командир, капитан Магу имел право на денщика, назначаемого из солдат. Но многие ротные командиры предпочитали иметь при себе доверенного человека из своих дворовых или отставников. Их записывали в состав полка как нестроевых. Так они получали официальный статус, им даже какую-то мелочь платили, а строевые солдаты находились там, где им быть, и положено — в строю. Похожая картина была с лошадьми. Вместо казенных полковых кляч те, кто имел возможность, сами покупали лошадей под седло. Полковой казне от этого только экономия — на покупку тратиться не надо, а если убьют животину, опять же никакого убытка. А фураж все едино, на какую лошадь выписывать, что на казенную, что на собственную офицерскую. Потому, полковое начальство смотрело на это сквозь пальцы.
Пару часов пришлось подождать, пока в канцелярии оформили нужные бумаги, после чего, капитан опять появился на городской площади, где его уже заждался Фелонов.
— Держи, — Алекс протянул отставному унтеру бумагу, украшенную полковой печатью. — Поздравляю, ты опять на службе.
— Было бы с чем, — буркнул Влад.
Но потянулся, живот подобрал.
— Что дальше делать будем?
— Квартиру искать. Потом я к командиру батальона, а ты по расположению походи, посмотри, послушай, чем здесь живут. Короче, сам знаешь.
Для того, чтобы найти крышу над головой, потратить немало времени и сил. Все более или менее приличные дома в центре были заняты господами офицерами, окраины забиты солдатами. В результате, капитан Магу потеснил субалтерна из первой роты третьего батальона в угловой комнате второго этажа, а Фелонов денщика командира той же роты в каморке без окон под лестницей. Пристроив лошадей, капитан Магу и его только что приобретенный денщик разошлись каждый по своим делам.
Вновь встретились они два часа спустя. Первым начал злющий и очень раздраженный Алекс.
— Ничего нет! Ни палаток, ни домов, где можно разместиться! Даже котлов нет!
— Ну и что тут удивительного? — пожал плечами Фелонов. — Всегда так было.
— Было, — согласился капитан, — но здесь климат другой, а вновь прибывшие к нему не привычны! На следующий же день половина ляжет.
Климат здесь от равнины, действительно, отличался. Несмотря на летнюю пору ночи, были очень холодными, приходилось надевать шинель. Да и недостаток кислорода тоже сказывался, люди, и лошади быстро уставали.
— Я бы за свой счет купил, — продолжил бушевать Алекс, — так ведь во всем городе нет ничего!
Фелонов сдвинул кепи на лоб, пошкрябал пятерней затылок.
— Ладно, до вечера все равно уже ничего не придумаем, а завтра видно будет.
— Р-равня-айсь! Сми-ирна!
Пять шеренг в длинных серых шинелях перетянутых ремнями, белые пятна лиц, которые скоро станут хорошо знакомыми, но пока воспринимаются как безликая людская масса, и стволы тех самых переделочных винтовок системы Таранникова над правым плечом. Хотя, могло быть и хуже, вполне могли вооружить маршевую роту старыми дульнозарядными. А прибывшие с ротой офицеры даже не пытаются скрыть своей радости, наконец-то спихнут эту ношу на других. А вот и сам командир полка прибыть изволил.
Полковник Дрондуков принял доклад командира роты, поздоровался, солдаты ответили вразброд. Полковник недовольно поморщился и подозвал Алекса.
— Следуйте за мной, капитан.
И двинулся вдоль строя, отсчитывая ряды.
— … двадцать восемь, двадцать девять, тридцать. Всего сто пятьдесят, стало быть. Командуйте, господин капитан.
— Слушаюсь, господин полковник! — вытянулся Алекс — Рота, напра-во!
Шорох сапог, негромкое бряцание оружия и амуниции, вразнобой стукнули каблуки солдатских сапог.
— Шаго-ом марш!
Алекс взобрался на подведенную денщиком лошадь и повел ротную колонну по дороге на Аладж. Там в версте от городка Фелонов нашел овечьи загоны, где местные жители осенью стригли и резали овец. Сейчас там было пусто. Условий для размещения солдат, конечно, никаких, но хоть какая-то крыша над головой и есть возможность развести ночью костер. Но еще до темноты предстояло решить множество задач.
«Сейчас у кого-то начнется стремительный карьерный рост». Построив роту, капитан прошел на правый фланг строя и остановился перед высоким, костистым унтером. Тот представился густым, прокуренным басом.
— Унтер-офицер Севрюжаев, господин капитан!
— Первый взвод!
Следующим в строю стоял розовощекий, кровь с молоком, крепыш в лихо сдвинутом на ухо кепи.
— Унтер-офицер Таропшин, господин капитан!
— Головной убор поправь. Второй взвод!
Подбор и назначение взводных и отделенных командиров дело очень важное, торопливости и случайностей не терпит, но сейчас Алекс решил поступить именно так, поскольку, другого выхода не видел. Ничего, через несколько дней люди привыкнут к новым должностям, притрутся друг к другу, проявят свой характер. Вот тогда и можно будет решить, кого повысить, кого понизить, а с кого и лычки напрочь ободрать.
Спустя час, наконец, были назначены фельдфебель, взводные и отделенные командиры, выбран ротный артельщик. А затем начался обычный армейский бардак, сопровождающий размещение подразделения на неподготовленном месте. Тут же к ротному потянулись новоиспеченные командиры со своими проблемами — кому, где размещаться, чем людей кормить, где и чем дрова рубить, кому и где копать яму под солдатский сортир, а также, где взять строевой лес для его сооружения.
Еще два часа спустя, капитан Магу, озверевший от множества одновременно свалившихся на его голову проблем, требующих его немедленного решения, понял, что может сорваться, и кое-кто может потерять лычки уже сегодня. А вот этого допускать было нельзя, не только он солдат, но и рота проверяла своего командира.
— Фельдфебель!
— Я, господин капитан!
— Взводных унтеров ко мне! Бегом!
Три минуты спустя капитан прошелся вдоль короткого строя.