"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Хорошая штука.
Фелонов хлопнул по верхнему стволу и тут же отдернул руку – ствол был горячим.
– Хорошая, – подтвердил Алекс, – но если бы они пошире развернулись и дисциплина у них была получше, нам бы никакая картечница не помогла.
Взглянув на шевеление среди трупов, Фелонов кивнул на «гартинг» и внес предложение:
– Может, их еще раз причесать?
Лейтенант отрицательно покачал головой.
– Не получится, его заклинило.
– Тоже мне заграница, – разочаровался в картечнице Фелонов. – Придется по старинке.
Щелкнув затвором «крейзе», он в четыре выстрела пресек всякое шевеление. Если кто и выжил, то предпочел прикинуться трупом.
– Вот это я понимаю.
– Винтовка-то тоже импортная, – осадил его Алекс, – а наш штуцер ты сейчас только второй раз заряжал бы.
Убедившись, что перестрелка закончилась, перевозчик вернулся за следующей партией груза. Несколько бандитов далеко не ушли, вертелись неподалеку, пару раз пытались подобраться к месту побоища, но их отгоняли выстрелами из винтовок. А когда это не помогало удержать их на почтительном расстоянии, лейтенант демонстративно наводил на них картечницу. Этого хватало, чтобы самые смелые шарахались в сторону и увеличивали дистанцию. Скоротечная гибель половины банды произвела на них должное впечатление.
Было уже темно, когда Фелонов наконец-то доложил:
– Все на том берегу, господин лейтенант.
– Уходим!
Солдаты подхватили «гартинг» вместе с треногой и потащили в лодку. Под ногами уже хлюпала вода, когда с берега послышался топот копыт. Унтер наугад пальнул в темноту. Из темноты бабахнули два неприцельных выстрела, даже свиста пуль никто не услышал. Лейтенант достал револьвер, но стрелять не спешил, приберегая патроны на крайний случай.
– Быстрее, быстрее.
Лодка качнулась, принимая тяжесть картечницы, следом торопливо переваливались через борт солдаты. Последним, оттолкнув лодку от берега, в нее ввалился Фелонов.
– Тише ты, слон, чуть лодку не перевернул!
Перегруженная посудина с трудом выгребла через стремнину и приткнулась к левому берегу. Пока солдаты, матерясь, вытаскивали из лодки «гартинг», Алекс отсчитывал перевозчику честно заслуженные ассигнации. В самый интересный момент появился унтер-офицер.
– Со стороны Текуля идет конница, думаю, наши.
Видимо, весть о перестрелке на правом берегу дошла до полка, и оттуда выслали конную полусотню, чтобы разведать обстановку. Лейтенант, не считая, сунул лодочнику все имевшиеся у него деньги.
– На, возьми, тут даже больше, чем уговаривались.
– Благодарствую, господин офицер.
– Стой!
Алекс достал блокнот и буквально на ощупь карандашом нацарапал записку. Вырвал листок и протянул его мужику.
– Здесь адрес и текст телеграммы. Завтра, как только в Текуле откроется телеграф, отправишь. Понял?
– Все сделаем, господин офицер, – лодочник сграбастал бумажку. – Ну вы, если что, я завсегда готов…
– А теперь давай быстро отсюда!
Под плеск весел лодка растворилась в темноте. Убедившись, что перевозчик ушел незамеченным, Алекс побрел к берегу. Там его с нетерпением ждали.
– Какие будут приказания, господин лейтенант?
– Разоружайтесь, будем сдаваться.
– Сдаваться?
Сейчас эти солдаты считали себя победителями. Они дошли туда, где последние десять лет не ступала нога руоссийского солдата, убили и ранили десятки врагов, сумели отбить у бандитов и доставить на родную землю ценнейшие трофеи. А их обратно под арест? Лейтенант поспешил вернуть их на землю.
– А вы что думали? Семеро вооруженных арестантов, вместо того чтобы сидеть на гауптвахте, пятые сутки шляются черт знает где во главе с офицером, который обязан их под замком держать! И поймали их на берегу пограничной реки, да еще и на куче нелегально ввезенного оружия. Осознали?
Наконец-то дошло, приуныли.
– Теперь полковник нас точно сожрет.
– Выше нос, – подбодрил солдат Алекс, – черт не выдаст, Вернов не съест. И на него найдется управа. Все, винтовки в козлы, подсумки и тесаки долой! А я попробую с их командиром договориться.
 
Поправив фуражку, Алекс пошел навстречу настороженно приближающимся всадникам.
– Господин лейтенант! Господин лейтенант! Семь часов, надо вставать.
Алекс с трудом разлепил левый глаз, несколько секунд потратил на осознание окружающей действительности, потом разлепил второй глаз и дал обещание склонившемуся над ним унтеру:
– Сейчас встану.
Унтер счел свою миссию выполненной и вышел из камеры, лязгнув запором. Эта камера считалась офицерской, поскольку сегодня ночью трех отбывавших в ней наказание солдат перевели в другую, а сюда впихнули лейтенанта Магу. Вообще-то обычно офицеров на гауптвахту не сажали, ограничивались домашним арестом, но вчера ночью злющий, как собака, полковник всех отправил сюда, предварительно наорав и не сделав никаких исключений.
Голова гудела от недосыпа, все тело ломило от четырехчасового лежания на жестких нарах. Тонкая прокладка сукна офицерской шинели положения не спасала. Немного придя в себя, Алекс решил, что надо все-таки встать. Порядок есть порядок, да и дежурного унтер-офицера подводить не стоило. Когда за ним пришли, Алекс уже принял сидячее положение. Его отвели в туалет, потом дали умыться и вернули обратно.
– Через полчаса у нас завтрак, – предупредил дежурный, – если хотите, господин лейтенант, я кого-нибудь в ресторацию пошлю.
Алекс вывернул пустые карманы, все деньги вчера отдал лодочнику. Оставалось надеяться, что тот свое обещание исполнит и телеграмма уйдет сегодня утром. Принесенную баланду можно было есть. Если зажать нос. Но голод не тетка, проглотил, хоть и морщился. Хлебнул из оловянной кружки горячей, сладковатой бурды. Когда дежурный пришел за посудой, лейтенант поинтересовался, где сейчас фельдфебель Грушило.
– Через одну камеру от вас, господин лейтенант.
– Давно сидит?
– Третий день пошел.
Значит, вся их конспирация продержалась всего двое суток.
– Можешь привести его сюда?
Унтер коротко кивнул, и через четверть часа, лязгнув запором, дверь отворилась. В открывшийся проем протиснулась гориллообразная фигура.
– Здравия желаю, господин лейтенант.
– И тебе не хворать. За что тебя сюда-то?
– Ну как за что? Арестанты разбежались, начальство неизвестно где, а я командиру полка байки рассказываю. Вот и посадили до выяснения.
– Не жалеешь, что со мной связался?
– Об одном жалею, что с вами пойти не смог, ноги подводят.
– Ничего, держись, помощь уже близка. Где сын Мантасура? Его нашли?
– Нет, не нашли. Под гауптвахтой подвал есть, о котором никто уже не помнит, там и сидит.
– Пусть пока сидит. А вы валите все на меня, я выкручусь.
Приблизительно через час после ухода фельдфебеля лейтенанта вывели на допрос. В штаб полка он вошел с почетным эскортом из двух солдат, идущих в паре шагов позади. В кабинете полковника, кроме самого Вернова присутствовали его адъютант и подполковник Кавелин, конвой остался снаружи. С ходу на лейтенанта обрушился град вопросов, Алекс отбивался, как лев.
– Эти винтовки являются частью моей коллекции охотничьих ружей.
– Боевые винтовки «крейзе» – охотничьи ружья? Да вы в своем уме, лейтенант?
– В своем, господин полковник, и любой врач это подтвердит. А на «крейзе» у меня все бумаги, надлежащим образом оформленные, имеются. Закон не запрещает.
Неожиданная помощь пришла со стороны Кавелина. Подполковник, перебиравший изъятые у лейтенанта бумаги, подтвердил:
– Бумаги, действительно, оформлены безупречно.
Полковник решил зайти с другой стороны.
– А на картечницу Гартинга у вас тоже все безупречно оформлено.
– Так точно, господин полковник!
– Но закон запрещает иметь в частной собственности артиллерийские орудия. Или вы где-то видели ружье на лафете?
– А вы, господин полковник, видели артиллерийское орудие, стреляющее винтовочным патроном?