Цель мафии (ЛП)

— Они бы работали через Джакомо, младшего сына, разве нет?
— Я так не думаю, — сказал я. — У меня такое чувство, что семья не слишком высокого мнения о Джакомо. Нино назвал своего брата глупым. Безответственным. Бускетта, несомненно, считает так же.
— Мы знаем, кого они используют? — спросил Фаусто, имея в виду, кто поставляет Бускетта их продукцию.
Поставщиков было не так уж много. И когда Фаусто отобрал торговлю наркотиками у Коза Ностры, сицилийцам пришлось проявить изобретательность. Так же, как и мне в последние несколько лет.
— Это не наши люди, — Марко ответил первым.
— Нет, но я почти уверен, что знаю, кто это, — сказал я. — Если нет, я могу быстро выяснить.
— Хорошо, — мой отец вернулся на свое место, устраиваясь поудобнее. — Как только мы узнаем, мы пошлем команду, чтобы убрать его.
И начать войну в процессе?
Я подумал о Фрэнки и детях наверху, о Зие, Зио Марко и его семье. Я не хотел, чтобы это стало проблемой Фаусто. Это была моя проблема.
С этим нужно было разобраться быстро и тихо.
— Нет, я пойду. Я смогу найти Бускетту и убить его. Никто никогда не узнает, что я там был.
Фаусто и Марко обменялись долгим взглядом. Между ними происходило молчаливое общение, порожденное их давними отношениями. Наконец, Фаусто сказал:
— Ни в коем случае.
— Рав, — сказал Марко, его голос был мягким, но назидательным. — Ты должен позволить мальчику быть таким, какой он есть.
— Нет, я должен оберегать его.
Слова Алессио, сказанные в ту ночь в парке, вернулись ко мне.
 «Моя единственная цель в жизни — обеспечить твою безопасность». 
Прилив свежего страдания пронесся через меня, отдаваясь болью в разбитом сердце. Я не был слабым. И не нуждался в защите. Четыре года я выживал в одиночку.
Мне больше никто не нужен.
— Мне не нужно, чтобы ты меня защищал. Я сам справлюсь, — слишком резко сказал я.
Фаусто сложил руки и прижал указательные пальцы к губам. Он делал так, когда ему нужно было сообщить плохие новости, и он думал, как лучше это сформулировать.
Но я не хотел этого слышать. И продолжил:
— Я ухожу, с Бускеттой разберусь сам. Это именно то, что ты бы сделал в моем возрасте.
— Он прав, — сказал Марко, когда Фаусто молчал.
— Я бы прислушался к старшим и принял их советы во внимание, — моему отцу это не понравилось. Он нахмурился сначала на Марко, потом на меня.
Возможно. Но Фаусто на этом не остановился бы. Я знал, как он заслужил прозвище Il Diavolo.
— А потом ты бы поехал в Палермо, выследил Бускетту и порезал его на ленточки.
Губы Зио Марко подергивались, но он молчал.
— Возьми Бенито, — прорычал Фаусто. — Не ходи один.
— Если мне придется идти в горы, будет лучше, если я буду один. Так меньше шансов, что меня обнаружат. Больше я никого не возьму с собой, — отмахнулся я от этого одной рукой.
— Если я скажу тебе «нет», ты ослушаешься меня и все равно пойдешь, — Фаусто побарабанил пальцами по столу.
— Sì, certo. (Да, конечно.)
— Ёб твою мать! — папа ударил по столешнице своего стола. — Вот в чем проблема с сыновьями. Они всегда думают, что умнее других.
— Папа, я могу это сделать. Зио, скажи ему.
На лице Марко появилась гримаса, как будто он не хотел вставать между мной и Фаусто.
— Я понимаю желание отца защитить своих детей, — медленно произнес он. — И я также помню, каким ты был, Фаусто, в двадцать четыре года.
— Ты не помогаешь, — сказал Фаусто своему кузену.
— Яблоко от яблони недалеко падает, — Марко пожал плечами.
— Мне нужны новости. Не вздумай по несколько дней не сообщать мне о себе. Звонишь каждый день, понял? — Фаусто провел рукой по лицу.
— Непременно. Te lo prometto,(Даю слово) — кивнул в ответ, подавляя улыбку. Можно по пальцам одной руки сосчитать, сколько раз отец менял свое мнение по какому-либо вопросу. Это было похоже на большую победу.
— Марко, скажи им, чтобы готовили самолет, —закрыв глаза сказал Фаусто и тяжело вздохнул.
Глава 26
 Джулио 
 Где-то на холмах в окрестностях Палермо, Сицилия 
  
 Пять дней спустя 
Я чертовски ненавидел природу.
Ненавидел бродить по лесу, лазить по горам и спать на земле. Мне нравились ночные клубы, машины и мягкая постель. Стриминговые сервисы и горячая еда. Подушки и теплый душ. Все это путешествие было ужасным.
Но я был прав. Бускетта не доверял своему младшему сыну и после смерти Нино вернул контроль в свои руки. Это означало, что моя сеть поставщиков знала, где живет Бускетта. По моим данным, Бускетта прятался в крошечном фермерском домике, затерянном в этих богом забытых холмах.
Взобравшись на гребень, достал бинокль и осмотрел окрестности. Неудивительно, что дон Бускетта так и остался призраком. Вокруг не было ничего. Мне предстояло исследовать радиус в десять миль, вершины и долины, заполненные почти невидимыми укрытиями. Но в конце концов я бы его нашел.
Я достал из рюкзака энергетический батончик и медленно его ел. Мне нужно распределить запасы еды, чтобы ее хватило надолго, по крайней мере, до тех пор, пока не найду следующий город или деревню.
— У меня есть шоколадный батончик с карамелью, если хочешь. На вкус намного лучше.
Голос позади меня был знакомым. И определенно нежелательным.
Я вскочил на ноги, обернулся и увидел стоящего там Алессио. Я уже держал пистолет в руке, направив его на него.
— Ты что, блядь, смерти желаешь?
Он прислонился к дереву, уперев руки в бока. Его рюкзак лежал на земле у ног. Алессио выглядел худее, чем в последний раз, когда видел его, лицо было покрыто щетиной. Его правую руку и предплечье закрывал гипс.
Как долго он наблюдал за мной?
— Три часа, — ответил он, прочитав мои мысли. — Ты не так хорош в этом деле, как думаешь.
— Что, блядь, это значит? — прорычал я.
— Следить за Бускеттой, и вести себя тихо. Ты не очень хорош в этом.
— Что я тебе говорил о слежке за мной, coglione (ублюдок)? Ты, наверное, очень хочешь умереть сегодня.
— Ты меня не убьешь.
— Ты ошибаешься, — Алессио не имел права так уверенно говорить об этом. Это меня разозлило.
— Если ты выстрелишь, они услышат и поймут, что рядом опасность.
— Может быть, твое убийство стоит того, — черт возьми, он был прав. Я ненавидел это.
— Не будь смешным. Кроме того, я могу помочь тебе найти Бускетту.
— Мне не нужна твоя помощь.
— Упрямый принц, — он покачал головой и потянулся вниз, поднимая свой рюкзак. — Тогда удачи. Ты идешь не в ту сторону, — он взвалил рюкзак на спину и начал уходить.
Ярость вспыхнула, как фитиль, и я бросился к нему, прижимая его к дереву одной рукой. Правой рукой я держал пистолет у его лица.
— Почему ты здесь? Почему ты снова преследуешь меня?
— Я начал следить за тобой только три часа назад. А здесь я уже неделю.
— Почему?
— Чтобы найти Бускетту и убить его, пока он не убил тебя, — его серые глаза искали мой взгляд.
— Мне не нужна твоя помощь, — повторил я, засовывая пистолет за пояс на пояснице. — Я не хочу, чтобы ты участвовал в моей жизни, — я отпустил его, как будто он был в огне и сделал шаг назад.
— Очень плохо. Потому что я не покину Сицилию, пока Бускетта не будет мертв.
— Это не твоя забота, Алессандро.
Выражение его лица стало серьезным и решительным. Как будто он собирался поклясться мне в верности.
— Ты — моя забота, Джулио. Сейчас и навсегда, независимо от того, как сильно ты меня ненавидишь.
Сердце ёкнуло при этих словах, и меня захлестнул шквал эмоций. Как у него язык поворачивается говорить такое, когда именно его поступки разрушили то, что когда-то объединяло нас? Печаль, доброта и ласка уступили место неутомимому гневу. Я жаждал нанести ответный удар, заставить его ощутить ту же боль, что испытывал и я.
— Это ничего не изменит. Ты мне не нужен, и я тебя не люблю. Так же, как и твои родители.