Цель мафии (ЛП)

— Ничего не исправишь, Саша! Я чуть не убил его отца, — она пыталась меня разозлить?
Саша, взмахнув леденцом в руке, издала презрительный звук сквозь зубы.
— В России это называется прелюдия. Иди и извинись, Алессио.
Она не понимала. Я потерял Джулио, потому что не рассказал ему о том, что подстрелил его отца. Он бы никогда меня не простил. И это убивало меня — все время сидеть и думать о нем. Больше я ничего не мог сделать.
Я все испортил, и этого уже не исправить. Как говорил мой отец, я был сломлен и не заслуживаю любви. А работа была тем побегом, который мне был нужен.
— Найди мне работу сейчас же, — я сел и провел рукой по волосам.
— Или?
— Или я найду новую помощницу, — прорычал я.
— Ты уволишь меня? Только потому, что я говорю тебе отдохнуть и позаботиться о себе? — она усмехнулась, оглядев меня с ног до головы.
— Да, именно это я и говорю.
Мы не отводили друг от друга глаз. Саша была упрямой, но и я тоже. И я не мог продолжать лежать и думать о Джулио. Это убивало меня.
— Ладно, — она вскинула руки. — Хочешь работать? Будем работать! — она подошла к компьютеру и плюхнулась в кресло. Ее пальцы летали по клавиатуре. — Мы найдем тебе хороший жирный контракт, и ты сможешь пойти и убить кого-нибудь, чтобы почувствовать себя лучше.
— Только делай это тихо, — я потер виски, головная боль, вызванная недосыпанием, вернулась с новой силой.
— Пойди и возьми в моей аптечке обезболивающее. Потом налей нам обоим выпить.
Не уверен, что мне нужен алкоголь, но оставил ее работать. Ванная была крошечной. Я проглотил две таблетки и сходил в туалет. Затем вымыл руки и вернулся в гостиную.
Настроение определенно изменилось. Саша нервно вертела во рту леденец.
— Мне нужно, чтобы ты присел, — сказала она мне.
— Почему?
— Просто сядь.
— Саша, да говори уже, — я упер руки в бока.
— На Джулио Раваццани готовится покушение.
Нет, это не может быть правдой.
— Ты имеешь в виду Фаусто, его отца.
— Нет, я имею в виду Джулио. Иди, посмотри.
— Наверное, заказ старый. Или ошибка, — поспешил к ее мониторам.
— Это не ошибка, — она указала на сообщение в чате. — Это место в даркнете, где размещаются объявления о работе. Я редко сюда захожу, потому что люди обычно приходят к нам. Видишь, вот оно.
Я видел. Кто-то предложил миллион евро за убийство Джулио.
— Соглашайся. Скажи им, что я сделаю это.
— Его уже приняли. На прошлой неделе. Видишь этот ответ?
— Minchia!(Твою мать!) — я пнул ее мусорную корзину.
— Эй! Не ломай мои вещи.
Заказ разместили на прошлой неделе. Времени в обрез.
— Мы можем посмотреть, кто разместил или принял запрос?
— Я не знаю, кто его разместил, но давай посмотрим, смогу ли навести справки об ответившем, — клавиши на ее клавиатуре клацали. — Мне кажется, что я узнаю пользователя.
— Просто напиши сообщение. Скажи, что я предложу им двойную плату за невыполнение задания. И я хочу знать, кто их нанял.
— Я могу спросить, но они могут ответить не сразу.
— Сделай это, — Я схватил телефон и набрал номер первого человека, который, как мне думалось, мог заказать Джулио.
— Алло, — Вито Д'Агостино ответил на втором звонке.
— Мне нужно поговорить с твоим братом.
— Я тебя слушаю, Алессандро Риччи, — это был дон Д'Агостино. — А я думал, что в прошлый раз мы договорились притворяться, что не знаем друг друга.
— Ты нанял другого?
— Cosa?(Что?)
— Другого, после меня. Для Джулио, — я не хотел говорить это по телефону.
— Нет.
— Точно? — я уставился в окно, ничего не видя.
— Ты сомневаешься в моих словах?
— Конечно, нет.
— Вот и умница. Кстати, я слышал, что ты неплохо устроился в Сидерно. Встреча с родственниками прошла хорошо?
На заднем плане я услышал, как Вито хмыкнул. Чертов мафиози.
Я повесил трубку.
Спустя несколько минут, Саша сказала:
— Я только что получила ответ. Смотри!
На ее мониторе я увидел его. Киллер был немцем. Он с радостью согласился взять мои деньги за несделанную работу. Еще лучше, он назвал имя заказчика.
Дон Бускетта, отец Нино Бускетты.
  
Я ударил по стене позади себя. Вот же старый stronzо (ублюдок). Значит, Бускетта узнал, что Джулио убил Нино в Палермо. Затем вспомнил, что Джулио единственный, кто снял маску в ту ночь. У Нино были камеры в спальне?
Cazzo. Почему я не проверил? Конечно, у этого любителя кокаина были камеры, он поди пересматривал видео, как трахает свою любовницу.
Я должен был позаботиться об этом. Джулио ненавидел меня, но я не позволю дону Бускетте убить его. Джулио заслуживал спокойной жизни без бомб и снайперов. Пусть даже я умру, но я дам ему эту жизнь. Это самое малое, что я мог сделать.
— Ты знаешь, кто это? — Саша откинулась назад, глядя мне в лицо.
— Забронируй мне билет на первый рейс в Палермо, — кивнул я.
 Джулио 
— Джулио, ты меня слышал?
— Хм? — я вернул свое внимание к тому, где находился — на пассажирском сиденье внедорожника Бенито. Я плохо спал и мало ел. Три недели. Казалось, что это долбанная вечность. Единственное, что помогало мне оставаться в здравом уме — это подготовка к Малаге.
— Я спросил, ты согласен, чтобы я поехал с тобой в Испанию?
Я подкурил сигарету и затянулся. Темные улицы Сидерно проносились мимо, пока мы ехали через город на нашу встречу, и я расслабился от никотина.
— Конечно. Фаусто сказал, что я могу выбирать. Ты уверен, что хочешь поехать?
Когда я выпустил дым в окно, Бенито наклонился, чтобы взъерошить мои волосы.
— И пропустить все веселье? Ma dai! (Да ладно?!)
Я оттолкнул его и сказал, чтобы он отвалил. Бенито рассмеялся, но я услышал серьезное беспокойство, когда он спросил:
— Ты точно в порядке? Ты неразговорчив.
— Я в порядке, — в последнее время говорю это так часто, что мне стоит сделать это своей новой татуировкой.
Когда докурил сигарету, тут же зажег другую. Жужжание отвлекло меня от беспорядка в голове. Я был измотан и зол. Единственным человеком в хорошем настроении в эти дни был мой отец. Ему нравилось, что я дома. Фрэнки настороженно наблюдала за мной, а Зия постоянно оставляла мне церковные расписания. Хуже того, я ни с кем не мог поговорить об этом. Кроме моих близких родственников, никто не знал истинной причины ухода Алессио.
Никто не знал, что он предал меня.
Чтобы избавиться от горечи во рту, я сделал еще одну затяжку. Преданность была для меня всем, это понятие прививалось мне с рождения. Люди Раваццани не прощали и не забывали. Перемирие моего отца с Д'Агостино было единственным исключением, которое я мог вспомнить, и это было свидетельством того, как сильно он любил Фрэнки.
— Итак, Испания. Расскажи мне о ней, — Бенито повернул за острый угол.
—— Хорошая еда, хорошее вино. Пляжи, madonna. Тебе понравятся местные женщины, — в Малаге было столько всего интересного. Она напомнила мне Сидерно на самом деле.
— Хорошо, потому что я уже перетрахал всех самых красивых калабрийских женщин. Мне нужна новая киска, кузен.
— Это единственная причина, по которой ты хочешь поехать со мной?
— Конечно, нет, — он толкнул меня в плечо. — Я скучаю по тебе, idiota.
— Я думаю, ты должен стать моим консильери, — с тех пор как я узнал, что Бенито поедет в Испанию, у меня зародилась идея.
— Ты серьезно? — он повернул голову в мою сторону.
— Кому еще я могу доверять больше, чем тебе? — хотя он был на несколько лет старше, мы с Бенито выросли вместе. Мы были семьей.
— Это будет честью для меня.
— Спасибо, — я положил руку ему на плечо. — Из тебя получится неплохой советник, Бенито.
— Так мне, что? Называть тебя теперь Дон Раваццани? — Бенито приподнял брови.
— Нет, черт возьми, — это звание было моего отца до самой смерти. — Так же как и раньше.