Цель мафии (ЛП)

Быстро найдя смазку в ящике тумбочки, я капнул прохладной жидкостью на щель его задницы.
— Раздвинь ягодицы для меня.
Я провел пальцами по его спине. Затем я ввел в него большой палец. Тугой жар охватил меня, и мы оба резко выдохнули.
— Не могу дождаться, когда введу в тебя член, — прошептал я, покручивая большим пальцем.
Растягивая его, я любовался татуировками на его широкой спине, тем, как сужаются талия к бедрам. Упругие ягодицы. Я едва мог дышать. Джулио был совершенен... и он принадлежал мне.
Я вынул большой палец и сменил его двумя пальцами. Его спина выгнулась дугой, тело напряглось.
— Расслабься, — сказал я. — Отдайся мне.
Согнув пальцы, я стремясь к цели, и когда коснулся простаты, он стал задыхаться.
— Cazzo! Я почувствовал это до самых пальцев.
Удовлетворенно хмыкнув, я сделал это снова. И еще раз. Мне хотелось, чтобы ему было так хорошо.
Я продолжал, дразня и потирая, пока легкая испарина не покрыла его кожу, и он не заскулил в подушку.
— Сделай это. Быстрее, — пыхтел он через плечо.
Все еще приказывал. Я намеренно замедлился, затягивая его пытку.
— Я не трахну тебя, пока ты не попросишь меня, — затем добавил третий палец. — Я трахну тебя так сильно, принц. И тебе понравится каждая минута.
— Пожалуйста, Алессионе, — хныкал он.
— Это то, что я хочу услышать, — Я поцеловал его спину, вынимая пальцы. Смазав член, медленно надавил на его тугую дырочку. Головка проскользнула внутрь, и Джулио втянул воздух. Я ласково провел по его ногам и бедрам, успокаивая. — Ш-ш-ш. Я не сделаю тебе больно. Я никогда не причиню тебе боль, просто дыши.
Я не двигался, позволяя ему приспособиться. По опыту знал, что это не всегда легко, и хотел, чтобы он наслаждался этим. Мне хотелось, чтобы он чувствовал себя в безопасности со мной.
Я глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Прошла целая вечность с тех пор, как я трахался с кем-либо, и даже больше с тех пор, как это был мужчина. Забыл, как это приятно, как горячо. Это был абсолютный рай.
И я так долго хотел этого именно с этим мужчиной.
— Ты хочешь остановиться? — прошептал я.
— Нет, — его мышцы дрожали, задница покраснела. — Но поторопись, — он покачивал бедрами и пытался ввести меня глубже.
— Подожди. Помедленнее, — я удержал его.
Я не стал торопиться и рисковать причинить ему боль. Вместо этого крепко держа его, входил по сантиметру за раз. Каждый раз, когда он напрягался, я останавливался, чтобы поцеловать его в спину и приласкать, пока он не расслабится. Мы делали это снова и снова, пока я не вошел полностью, и это было похоже на все, о чем я когда-либо мечтал.
Я закрыл глаза и молился о силе. Черт, как же было хорошо. Я так не протяну и пяти минут.
— Ты в порядке? Мы можем остановиться, если это слишком, — он вздрогнул, и я нахмурился.
— Нет, не надо останавливаться. Черт! Я чувствую тебя везде. Ты должен двигаться.
— Еще? — я сделал экспериментальное движение бедрами. Он застонал, что я расценил как хороший знак.
Джулио вцепился пальцами в простыни.
— Madre di dio, (господи) может, ты уже трахнешь меня?
Схватив пластиковую бутылку, я из предосторожности капнул немного смазки в место нашего соединения. Его дырочка было растянута вокруг меня, и я знал, что никогда не забуду этот момент, когда смелый и красивый мужчина позволил мне иметь его всего.
Я уперся коленями в матрас и сделал несколько грубых толчков. Джулио часто дышал, с губ срывались стоны.
— Да, Алессио. Дай мне всё.
— Встань на колени, — приказал я.
Он встал на колени и поднял задницу вверх, но грудью остался лежать на матрасе. Под новым углом я вошел в него глубже, и мы оба застонали. Затем я начал трахать его по-настоящему. Мои бедра ударялись о его задницу, яйца раскачивались при каждом толчке. Каждый рывок моего члена задевал простату, и я видел, как по его коже бегут мурашки.
— Cazzo madre di dio! — он откинул голову назад. — Это невероятное ощущение.
Я не замедлил темп. Пот выступил на теле, сердце бешено колотилось в груди, в паху нарастало желание кончить. Я проигнорировал это. Мне нужно было, чтобы Джулио получил от секса удовольствие. Его возбуждение - вот что имело значение.
  
— Ты такой чертовски сексуальный, — сказал я. — Прогибаешься и позволяешь мне взять тебя за задницу. Тебе это нравится? Тебе нравится, когда я тебя трахаю.
— Sì, sì. Mi piace così tanto. (Да, да. Мне так нравится.)
Я радовался, что ему понравилось, но мне нужно, чтобы он кончил. Я был уже так близко.
Положив руку ему на плечо, я приподнял его. Поцеловал его в шею.
— Я не могу насытиться тобой. Я хочу тебя все время, черт возьми.
Он приоткрыл рот, его кожа покраснела. Мне нравилось видеть его вот таким, обезумевшим от похоти и на моем члене. Я стал быстро и сильно дрочить ему.
— Мне нужно, чтобы ты кончил, принц. Кончи, чтобы я мог излиться в тебя. Ты почувствуешь, каково это, когда из твоей дырочки вытекает моя сперма.
— О, черт! — он сжался вокруг меня, когда его член набух и начал пульсировать. Густые потоки спермы вытекали из него, заливая простыни, а пальцами впился в мои бедра.
Давление вокруг моего члена было слишком сильным. Оргазм, нахлынувший на меня, было не остановить. Я сделал несколько толчков, а затем закричал, дрожа, горячие струи вырывались и наполняли его. Кайф был не похож ни на один другой оргазм в моей жизни, бесконечный и глубокий. Я сомневался, что когда-нибудь приду в себя.
Наконец, мы оба обессиленно рухнули. С легким головокружением я лег на его спину и обмяк. Дыхание вырывалось из моих легких. Madonna, это разрушило меня. Джулио разрушил меня. Никогда прежде я не ощущал такого отчаяния, такой всепоглощающей потребности в другом человеке.
То, что было между нами, было не только физическим. Для меня Джулио был очень важен. Важны его улыбки, его смех, я хотел быть рядом с ним в любое время. Мне было больно, когда мы не находились в одной комнате.
— Amore mio, (Любовь моя.) — прошептал я, прижимаясь губами к его плечу.
— Мне это нравится, — он застонал во весь голос.
— Трахаться или ласковое обращение?
— И то, и другое, — он снова обхватил рукой мое бедро, как будто ему нужно было как-то прикоснуться ко мне.
В конце концов, мой член стал достаточно мягким, чтобы выскользнуть из его дырочки. Он вздрогнул, когда я отстранился.
— Ну как? — спросил я.
— Ты был прав. Это было по-другому, — он кивнул.
— Надеюсь, лучше?
— Да, лучше. Не знаю, захочу ли я делать это часто, но время от времени было бы неплохо, — он размял руки и ноги. — Чувствую себя уставшим, но расслабленным. Это странно, — он криво усмехнулся.
— Хорошо. Оставайся здесь.
Я поднялся и пошел в ванную. Намочил полотенце теплой водой и принес его. Джулио потянулся за ним, но я отбил его руку.
— Позволь мне это сделать. Я хочу позаботиться о тебе, — поцеловал в его в бедро.
— Тебе не обязательно это делать.
— Нет, я хочу.
Мне нужен был предлог, чтобы продолжать прикасаться к нему. Я хотел сохранить в памяти ощущение его кожи, тепло его улыбки. Как он выглядел в постели, когда солнечный свет струился по его точеным чертам.
Когда мы оба вытерлись, я устроился у него под боком. Пальцами я провел по его скуле, затем по щекам.
— Спасибо, что доверился мне.
— У тебя это хорошо получается.
— Трахаться?
— Да. Но я говорил об уверенности, о том, как ты меня успокаиваешь. В тебе есть что-то такое, что заставляет меня чувствовать себя защищенным и в безопасности, — он тихонько рассмеялся.
Потому что он был важен для меня. Я скорее умру, чем причиню ему боль. И я готов пожертвовать всем, включая собственную жизнь, ради его защиты.
— Кстати, о безопасности... Ты действительно собираешься вернуться в Малагу, чтобы снова начать торговать наркотиками?
— Это то, к чему я привык, и я не могу вернуться в Сидерно, — Джулио пожал плечами.