Чайный дом драконьей леди (СИ)

— Нуу… — я призадумалась. — Ты говорил, ваши драконы испугались?
— Верно. Одно его присутствие подавляет уверенность в себе, без которой превращение невозможно. Драконом нужно себя ощутить, проникнуться могуществом древней магии, соединиться с ней и выпустить эмоции. Только когда ты прочувствуешь, что пора — ты сможешь распахнуть крылья.
Я радостно кивнула.
— И как же это прочувствовать?
— Первые превращения обычно требуют сильного потрясения, — пробормотал Феликс, потерев подбородок. — И происходят в детстве. Но ты не ребёнок, быть может, и превращаться сможешь, как взрослый дракон, просто сосредоточившись?
Я деловито кивнула и сложила руки перед собой, пытаясь впасть в медитативное состояние и найти это пока ещё неуловимое, новое чувство внутри себя — своего дракона. Вернее, технически, отражение Феликса. Это было схоже с тем, как Фира учила находить своих и чужих, только искать надо было в себе. Я чувствовала, но словить дракона за хвост не удавалось.
К исходу часа я сделала неутешительный вывод: лучше бы мы повеселились на празднике, чем мучали бы несчастную новорождённую ящерицу внутри меня.
— Быть может, леди-бабушка сможет научить лучше? — с сомнением заметил Феликс. — В конце концов, у неё схожий с твоим опыт.
Я уныло пожала плечами. Улыбнувшись, Феликс коснулся моего подбородка, заставляя посмотреть на себя.
— Не вешай нос. С первого раза ни у кого не выходит распахнуть крылья.
А так хотелось! Я улыбнулась, пряча разочарование, и мы решили захватить последние вспышки фестиваля. Но мысли мои были теперь далеко от песен и хороводов.
Я чувствовала в себе что-то новое, непознанное, но оно казалось зыбким миражом. По рассказам Неферет и Фиры мне казалось, что в момент, когда мы с Феликсом проведём брачную ночь, свершится что-то невероятное, молния разрежет небеса и хор из тысячи ангелов воспоёт о моей новой силе! А тут… Мой дар вообще изменился?
— Поехали домой, — мягко предложил мой герцог. — Ты уже не получаешь никакого удовольствия от праздника.
Я сонно кивнула. Усталость захватила меня внезапно, без объявления войны. Всё же день был невероятно насыщенный. Нырнув в карету, я уютно устроила голову на плече Феликса и прикрыла глаза. Дорога предстояла без порталов, а значит, без крупных встрясок, и можно было с чистой совестью поспать.
Сон мне снился странный. Я бродила по чайным плантациям, которые казались бесконечными, уходящими за горизонт. Вдруг передо мной плавно опустилась Малика.
— В чём твоя сила, Лидия?
— В правде, — выпалила первую вспомнившуюся цитату я и неловко хихикнула. Малика непонимающе прищурилась, и я махнула на неё рукой. — Ты всё заимствуешь идеи и личностей из других миров, богиня, лучше бы принесла кинематограф.
— Лидия! — одёрнула она с неожиданной строгостью, так что я мигом растеряла весёлость и приосанилась. — Почему черноглазые хотели переманить к себе Лидию Фарнет, твою предшественницу?
— Ну… — я растерялась. — Они, видимо, нехватку кадров испытывают?
— А почему Эрнест Кальвиншнихтер был готов жениться на ней ради этих плантаций?
— Видел выгоду? Или просто выполнял задание того, кому он служит… Чёрт его знает, он вообще тёмная лошадка на этой доске!
— Почему Эфирия занимается с тобой магией именно на плантациях?
— Она говорила, что это хорошее место… К чему ты клонишь?
Золотые глаза богини вспыхнули, словно два солнца.
— Это не просто земля, не просто чай, и твой дар не так прост. Твоя сила сможет раскрыться только в этом месте, но если ты продолжишь дремать на плече Феликса, пока карета везёт вас домой — ты потеряешь эти благословенные земли, и дар твой останется зачатком.
Вздрогнув, я резко села. Феликс, как всегда спокойный, вопросительно взглянул на меня. Я кинулась к окну.
— Что там за свет? — спросила я всё ещё сонно. — Со стороны плантаций.
— Наверное, костры палят в честь праздника, — пожал плечами герцог.
Да, логично. Это был просто дурной сон, надо успокоиться и дальше дремать до самого дома. Но неужели праздничные огни такие огромные?
  
— Феликс. Давай проедем там, — попросила я. — Мне надо убедиться, что всё в порядке.
Герцог спорить не стал. Приоткрыв окошко, он отдал приказ кучеру, и экипаж свернул на боковую дорогу. Не самый короткий путь до нашего поместья, но зато теперь мы должны были проехать мой дом. Конечно, это место так и не стало мне полноценным домом, но как иначе его обозвать?
Чем дальше мы ехали, тем более оформленной становилась тревога в моей груди. Феликс, прищурившись, направил взгляд драконьего глаза вперёд, и зрачок его вытянулся, что не предвещало ничего хорошего.
— Ускорься, — коротко приказал он кучеру.
Через минуту я и сама разглядела чёрные даже на фоне ночного неба силуэты драконов, что летали над чайными плантациями, изрыгая пламя. А затем лакей крикнул:
— Милорд! Плантации охвачены огнём! Как и поместье Фарнетов!
  
Глава 23 Враги сожгли родную хату
 
Стоило потянуть носом, как стало очевидно: лёгкие заполнил прогорклый запах горелого чая. Это было настолько кощунственно и неправильно, что я невольно всхлипнула.
— Лидия, — тоном, не терпящим возражений, произнёс Феликс. — Сиди в карете и не высовывайся.
Он решительно распахнул дверцу, готовясь выйти, но я импульсивно схватила его за руку. Он обернулся с немым вопросом в глазах, а я лихорадочно исследовала его лицо.
— Ты один, — прошептала я, едва размыкая губы. — Мы со слугами вряд ли считаемся за помощь. Там два дракона. Феликс, ты не можешь рисковать собой ради моего дома.
— Твои родители могут быть в опасности, — напомнил он строго.
Да, точно, надо было думать о родителях, но я ещё сильнее сжала его руку и затрясла головой. Нет, я не могла потерять Феликса! Наверное, паника слишком явно читалась в моих глазах, ибо мой дракон вдруг слабо улыбнулся, наклонился и запечатлел на моих губах быстрый успокаивающий поцелуй.
— Волноваться не о чем. Мне сегодня чертовски везёт, — сказал он и подмигнул.
Его ладонь выскользнула из моей ослабевшей руки. Он выскочил из кареты, не оборачиваясь, потому что явно понимал, что если обернётся, то я его уже не отпущу. Я провожала его полным отчаяния взглядом.
Человек сделал несколько шаго, чтобы затем мгновение ока обернуться драконом. Раньше я бы непременно залюбовалась моментом обращения, но сейчас меня переполняло волнение. Впрочем, в следующий миг я уже не могла просто смотреть на него в панике, ибо я глазам своим не поверила: Феликс-то заметно вырос! В смысле, его дракон.
В первый раз я увидела дракона Феликса, когда он они с Эрнестом удумали сражаться на драгон-гале. Тогда я отметила, что Феликс гораздо меньше и изящнее моего бывшего жениха, но отличается ловкостью и подвижностью. Сейчас передо мной будто бы предстал совершенно другой дракон, с прежней формой Феликса его объединял разве что призрачно-серебристый цвет чешуи, напоминающий не то туман, не то лунный свет. Во всём остальном это был совершенно другой дракон! У него изменился не только размер, но и форма гребня, и даже, мне казалось, размеры чешуек — он был словно закован в металл. Я восхищённо ахнула на миг даже забыв, в какой ситуации мы находимся, потому что это зрелище было неземным.
Значило ли это, что он стал сильнее, или у них размеры и сила не коррелируют? Да чёрт его знает, но это было красиво. Если бы сейчас к нам спустилась Малика, они с Феликсом и правда были бы подобны Луне и Солнцу.
Он оттолкнулся от земли и взлетел легко, даже щеголевато. Я проводила его испуганным взглядом, затаив дыхание, но Феликс не позволял за себя бояться. Драконы, что пытались сжечь мои плантации, тут же обратили на него внимание и устремились в его сторону, но Феликс увернулся от их залпового огня с лёгкостью стрекозы. Для истинного картёжника вся жизнь игра, и сейчас мой дракон откровенно издевался над более неповоротливыми и медленными противниками.