Назад в СССР. Шелепин 2 (СИ)

Забрав микропленки с переснятыми секретными документами и отчетами законспирированных агентов о проделанной работе, начальник школы поспешил в Берлин. В фотолаборатории Службы безопасности рейхсфюрера СС их проявили и распечатали. Вот с этими распечатками фон Нидермайер поспешил к Гейдриху. Начальник СД немедленно его принял и теперь изучал принесенные им материалы — Интересно! Значит русские решили построить аж пять линкоров! Интересно за счет чего они решили профинансировать такую дорогую судостроительную программу?
  
Фон Нидермайер указал на одну из бумаг — Агент Лоза докладывает, что русские в Казахстане обнаружили новое месторождение золота, чьи размеры и глубина залегания просто невероятные и сравнимы с южноафриканскими и канадскими.
Гейдрих мрачно произнес — Ну почему это месторождение найдено там, в гребаной России, а не на нашей земле? Германия давно заслуживает такого подарка небес. Где находится этот Казахстан?
Начальник школы раскрыл карту СССР и ткнул пальцем — От границы с Польшей до месторождения около пяти тысяч километров!
Гейдрих внимательно изучил карту СССР и, оценив размеры Советского Союза, покачал головой — Не думал я, что эта страна настолько огромна! Так, что еще! Танки и самолеты с водородным двигателем. С одной стороны, водород взрывоопасен, а с другой — его изготовление дешево при массовом производстве. Тут написано, что русские нашли способ стабилизировать водород. Если это действительно так, то их изобретение просто бесценно.
— Господин Группенфюрер! У меня просьба.
— Внимательно слушаю! — Гейдрих скрестил руки и откинулся в кресле.
— Сердюков с риском для жизни выполнил задание, надеясь на утверждении его в должности моего заместителя, я ему помимо этого обещал звание гауптмана. Я вначале не доверял Сердюкову и решил скрыть принадлежность школы к СД, представившись офицером Абвера. Когда он оправдал доверие, я посчитал нужным попросить присвоить Сердюкову звание гауптштурмфюрера.
Гейдрих поморщился — Вы же знаете отношение фюрера к славянам!
— Сердюков не славянин! Он из казаков, а те считают себя отдельным народом и презирают русских. Предлагаю обосновать происхождение казаков от ариев и тем самым привлечь этих настоящих воинов на нашу сторону.
Гейдрих пожал плечами — Ваше предложение довольно разумно и перспективно. Подождите меня в приемной, я отъеду в управление полиции и переговорю с геноссе Гиммлером.
Автомобиль быстро домчал руководителя СД до здания Министерства внутренних дел на Кёнигплац. Гиммлер вел совещание, поэтому пришлось немного подождать. Дождавшись приема, Гейдрих поздоровался — Хайль Гитлер!
— Проходи, Рейнхард! Выпьешь чашечку кофе?
— Не откажусь. Взгляни, что наши агенты в Москве раскопали.
Гиммлер прочитал и вскочил — Очень интересная информация! Я хочу немедленно доложить о наших успехах фюреру — подняв трубку, Гиммлер отдал приказ — готовьте мой самолет к вылету!
— Подожди, Генрих! Тебе стоит попробовать убедить фюрера согласиться признать казаков потомками арийцев. Подожди, не кипятись! — видя как Гиммлер буквально вспыхнул от негодования, Гейдрих поторопился докончить — Огромное количество казаков сейчас находятся в эмиграции, они не разрознены, а наоборот объединены в полки. Вспомните мировую войну, эти казаки как разведчики немало проблем доставили армии кайзера. Вот здесь в рапорте я отразил причины, по которым стоит казаков объявить народом, ничего не имеющим общего с славянами.
Гиммлер снял пенсне и, протерев их бархоткой, предложил — Тогда давай попробуем это сделать вместе.
После освобождения в 1924 году из баварской тюрьмы, в которой Гитлер провёл 9 месяцев, лидер НСДАП отправился отдыхать в альпийский живописный регион Оберзальцберг на границе с его родной Австрией. На протяжении следующих четырёх лет Гитлер снимал номер в местном отеле Платтерхоф или же приюте для альпинистов. Впоследствии курорт облюбовали и другие члены НСДАП. В 1928 году Гитлер снял отдельный типичный баварский горный шале, известный как Дом Вахенфельд. Здание было построено в 1916 году для жены банкира Винтера. Особняк находился в сотне метров от отеля Платтерхоф. Арендная плата составляла 100 рейхсмарок, которые Гитлер выделил из скромного гонорара от продаж автобиографии. В этом же доме он закончил вторую, не изданную при жизни автора книгу, в которой делился своим видением внешнеполитической экспансии Германии. Хозяйкой летнего шале стала сводная сестра политика Ангела Раубаль, перебравшаяся в Оберзальцберг из Австрии. До 1930-х годов Гитлер вёл в этом доме жизнь простого, хотя и довольно известного отдыхающего. Всё изменилось в 1933 году, когда Гитлер стал рейхсканцлером Германии. Фюрер выкупил шале за 40 тысяч рейхсмарок. Жилище претерпело ряд изменений: был пристроен просторный гараж, крыша которого выполняла функцию летней террасы, появилась нацистская символика. Но масштабная трансформация летнего домика была впереди.
В 1935 году началась перестройка скромного альпийского убежища: шале не соответствовало ни статусу фюрера, ни его амбициям. Гитлер лично сделал набросок своей будущей резиденции. К 1936 году строительные работы были закончены. В особняк, получивший имя «Бергхоф», переехала Ева Браун. Она стала номинальной хозяйкой дома. Жизнеобеспечением резиденции занимался личный секретарь фюрера Мартин Борман.
Бергхоф был не только постоянным местом жительства Гитлера, но и центром политической жизни. В стенах особняка велись дипломатические переговоры, заключались пакты и союзы, именно сюда приезжал перед Мюнхенским сговором Невилл Чембрелен, отдавший Судеты нацистам. Среди гостей Гитлера были Бенито Муссолини, экс-монарх Эдуард VIII. В деревушке Берхтесгаден, которая располагалась ниже резиденции, построили презентабельный железнодорожный вокзал.
Территория вокруг Бергхофа постепенно осваивалась: был выкуплен лес, также приобретены частные земли, отель Платтерхоф стал принимать только гостей Гитлера, а альпийский приют превратили в дом охраны. Дополнительно были построены казармы, в которых размещались около 2000 охранников из СС. Площадь альпийской резиденции составляла 7 тысяч квадратных километров, обнесённых забором. По всей территории были проложены асфальтированные дорожки. Неподалёку от Гитлера свои шале выстроили Герман Геринг и Борман, а чуть в стороне Шпеер возвёл своё ателье. Ниже по склону для фюрера был построен небольшой чайный домик, до которого Гитлер любил прогуляться после обеда.
Гостей провели в гостинную. У огромного окна стоял шестиметровый стол, за которым фюрер изучал карты и планы военных действий. Мебель, обитая красным материалом, была расставлена в двух зонах: одна группа — перед мраморным камином, вторая, с массивным круглым столом, — ближе к окну. На стенах были картины и гобелены: один прикрывал будку киномеханика, второй, на противоположенной стене, — киноэкран. Не обошлось и без крупного бюста любимого композитора Гитлера — Рихарда Вагнера. Благодаря светлым стенам, высокому потолку, огромному окну и минимуму мебели, комната казалась парящей в Альпах.
  
Гитлер появился неожиданно, прошел к круглому столику и указал на кресла — Что случилось, Генрих, что вы вдвоем с Гейдрихом посетили меня в моем скромном жилище, а не связались по телефону?
Гиммлер пододвинул добытые из Москвы документы — Наша новая разведшкола уже принесла свои плоды.
Гитлер ознакомился и возмущенно стукнул ладонью по столешнице — Месторождение золота практически на поверхности! Это очень плохо!
Гейдрих осторожно предложил — Мой фюрер, а что если забросить в этот Казахстан группу курсантов разведшколы из числа казаков. Но для эффективности их службы есть идея объявить казаков одними из потомков ариев. Вот отчет моего сотрудника Мюллера о количестве организованных казацких военных соединений в Югославии, Болгарии и Франции. Все они могут быть полезными после вторжения в Советский Союз. Да и сейчас они, узнав о нашем признании казачества как отдельного народа, наверняка согласятся помогать великой Германии.